Следующие дни после встречи в таверне прошли в странном состоянии между счастьем и тревогой. Воспоминания о поцелуе Кирана согревали меня в тихие минуты, но вместе с ними приходили и беспокойные мысли. Что-то в этой истории всё ещё не сходилось, какие-то детали не укладывались в общую картину.

Я пыталась заглушить эти сомнения повседневными делами: встречами с советниками, решением споров между крестьянами, планированием восстановительных работ. Но назойливые вопросы не давали покоя, особенно по ночам, когда некому было мешать думать.

Мирный договор работал лучше, чем я осмеливалась надеяться. Уже через неделю после подписания в замок прибыла первая торговая делегация из южных земель – купцы, которые раньше обходили наши территории стороной из-за постоянных военных действий. Маэстер Элвин едва успевал записывать новые торговые соглашения.

– Миледи, – радостно докладывал он утром четвертого дня, разложив на столе цветные карты торговых путей, – запросы поступают быстрее, чем мы успеваем их рассматривать. Гильдия суконщиков просит разрешения на строительство новых складов у восточных ворот. А морские торговцы предлагают закупать нашу шерсть по цене вдвое выше прежней.

– Морские торговцы? – насторожилась я. – Откуда именно?

– Из Вольных Городов, миледи, посланец дома Редвинов. Очень щедрые предложения, надо сказать. Они готовы заплатить половину суммы уже сейчас.

Что-то неприятно кольнуло в груди при упоминании этого имени, но я не могла понять, что именно меня настораживает.

– А условия? – спросила я, откладывая документы. – Какие условия они ставят?

– Самые обычные, – пожал плечами маэстер. – Исключительное право на покупку нашей шерсти на три года, твёрдые цены, предоплата… Честно говоря, миледи, это очень выгодно. После войны нам нужно золото на восстановление.

– Пока ничего не подписывайте, – решительно сказала я. – Мне нужно время подумать.

Элвин удивлённо поднял брови, но кивнул. Когда он ушёл, я осталась одна со своими мыслями. Почему упоминание Редвинов вызывало такое беспокойство? Чутьё редко меня подводило, а сейчас оно предупреждало об опасности.

Вечером, когда замок погрузился в тишину, я призвала к себе своих ближайших советников. Торвин, Олдрик и Дункан собрались в моих покоях при свете камина, на их лицах читалось любопытство – такие поздние совещания обычно означали что-то важное.

– Мне нужно поговорить с вами, – начала я, когда все устроились в креслах у огня, – сегодня мне нужны не подчинённые, а советники. Люди, которые могут сказать мне правду, какой бы неприятной она ни была.

– О чём речь, миледи? – спросил Олдрик, отставляя кружку с глинтвейном. – Что-то случилось?

– Я не уверена, – честно призналась я. – Возможно, ничего. А возможно, мы все находимся в большой опасности.

Я рассказала им о предложении Редвинов, о своих смутных подозрениях, об ощущении, что в истории с предательством Гарета слишком много тёмных мест.

– Подумайте сами, – продолжала я, встав и начав расхаживать по комнате. – Мой брат был умён, но как бастард не имел больших связей или богатств. Откуда у него золото на наёмников? Как он вышел на Валерия среди Магвайров? Кто дал ему точные сведения о планах отца?

Торвин задумчиво потёр подбородок.

– Вы думаете, что был кто-то ещё? Кто-то, кто играл на обе стороны?

– Именно это я и думаю, – кивнула я. – А предложение Редвинов может быть частью того же замысла.

Дункан наклонился вперёд, заинтересованно прищурившись.

– Но зачем кому-то нужна была война между нашими кланами? Торговля в округе зачахла, дороги стали небезопасными…

– Не для всех, – возразил Олдрик. – Помню, ещё до войны морские торговцы сетовали, что караваны через наши горные перевалы отбивают у них покупателей. Наши дороги были короче и безопаснее их морских путей.

– А теперь караванные пути мертвы, – понимающе добавил Торвин. – И морские купцы назначают любую цену, какую захотят.

Тишина повисла в комнате, нарушаемая только потрескиванием дров в камине. Каждый обдумывал услышанное, и я видела, как на их лицах постепенно появляется то же беспокойство, что мучило и меня.

– Олдрик, – обратилась я к старому капитану, – вы ведь были в плену у Магвайров. Что вы там видели? Что показалось странным?

Олдрик сосредоточенно нахмурился.

– Теперь, когда вы спрашиваете… Да, кое-что было необычно. У них была очень хорошая сталь – лучше, чем обычно куют в их мастерских. Много привозного зерна, хотя все торговые пути были перерезаны. И… – он помолчал, – среди охранников темниц я видел людей с явно не северными лицами. Смуглые, черноволосые. Говорили с южным выговором.

– Наёмники с юга, – мрачно произнёс Дункан. – За хорошее золото они пойдут служить кому угодно.

– А что с нашей стороны? – спросила я. – Проверял ли кто-нибудь, откуда Гарет брал средства?

Торвин неловко откашлялся.

– После ареста вашего брата я изучил записи казначея. Признаться, картина там не очень ясная. Много сделок через посредников, займы от неназванных кредиторов. Но есть одна деталь…

– Какая?

– Несколько крупных поступлений в казну незадолго до начала больших сражений. Официально это записано как «дары от союзников», но имена не указаны.

– Сколько? – заинтересовалась я.

– Достаточно, чтобы содержать отряд наёмников полгода, – мрачно ответил Торвин.

Картина становилась всё яснее и всё тревожнее. Кто-то действительно снабжал золотом обе стороны, заинтересованный в продолжении войны.

– Завтра же начинайте расследование, – приказала я. – Торвин, изучите все документы времён Гарета. Каждую расписку, каждый договор. Дункан, поговорите с торговцами. Выясните, кто именно приходил к нам с предложениями во время войны. Олдрик…

– Да, миледи?

– Олдрик, завтра утром поедете к Кирану с моим посланием. Если мы правы, то опасность грозит и ему тоже. А сообща нам будет легче докопаться до истины.

– Что именно передать? – спросил старый капитан.

– Что у меня есть подозрения касательно истинных причин войны между нашими кланами, и что для их проверки мне нужна его помощь. Встреча в безопасном месте, без лишних ушей.

Ночь прошла беспокойно. Я почти не спала, прокручивая в голове возможные варианты. Если мои подозрения верны, то заключённый мир может оказаться под угрозой. Неизвестный враг всё ещё на свободе, и он вряд ли откажется от своих планов просто потому, что мы с Кираном решили помириться.

Более того, наше примирение могло стать для него неприятным сюрпризом. Вместо двух ослабленных войной кланов он получил возможный союз, что заставит его действовать быстрее и решительнее.

Олдрик вернулся через два дня с ответом. Киран не только согласился на встречу, но и сам предложил место – старую сторожевую башню на границе наших земель. Заброшенная уже лет двадцать, она идеально подходила для тайных переговоров.

– Он сказал, что у него тоже есть сведения, которые могут нас заинтересовать, – доложил Олдрик. – И что дело действительно не терпит отлагательств.

Значит, Киран тоже что-то подозревал. Это было одновременно обнадёживающе и тревожно.

Встреча была назначена на следующий день в полдень. Я взяла с собой только Торвина и поехала к старой башне по едва заметной лесной тропе. Киран прибыл почти одновременно, в сопровождении молодого сира Гарольда, того самого рыцаря, который вытащил его из горящей избы.

Башня представляла собой печальное зрелище: каменные стены, поросшие плющом, провалившаяся кровля, заколоченные окна. Но помещение на первом этаже ещё можно было использовать. Мы расчистили старый стол от пыли и паутины, зажгли принесённые с собой свечи.

– Леона, – сказал Киран, едва мы уселись друг напротив друга, – твоё послание заставило меня пересмотреть многие вещи, и я думаю, ты права. За всем происходившим стоял не только Валерий.

– Что заставило вас так думать? – спросил Торвин, не скрывая любопытства.

Киран достал из кожаной сумки небольшой мешочек и высыпал его содержимое на стол. Передо мной лежало несколько золотых монет необычной чеканки, шейная цепь из дорогого металла и странный перстень с резным камнем.

– Это нашли в личных вещах Валерия после казни, – объяснил Киран. – Золото высшей пробы, работа мастеров первого разряда. Но чеканка и стиль незнакомые. Не наши, не ваши, не из соседних северных земель.

Я взяла одну монету и внимательно изучила. На одной стороне был изображён корабль под полными парусами, на другой – корона над скрещенными якорями.

– Морские города, – прошептала я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. – Это деньги Вольных Городов с восточного побережья.

– Именно, – кивнул Киран. – А теперь скажи мне, кому из морских торговцев была бы выгодна затяжная война между двумя сильнейшими кланами Севера?

Ответ лежал на поверхности, и от него мурашки побежали по коже.

– Дому Редвинов, – медленно произнесла я. – Они владеют половиной морской торговли на восточном побережье. Наши сухопутные пути через горные перевалы были их главными соперниками.

– Если мы ослабим друг друга войной, – продолжил мысль Киран, – Редвины получат единоличную власть над торговлей с севером, смогут ставить свои цены, выбирать пути, навязывать условия.

Торвин мрачно покачал головой.

– Сколько людей погибло ради чужой наживы… А ведь и сейчас они не отстанут. Война закончилась, но цель их не достигнута.

– Вот именно, – сказал Киран, и его лицо стало жёстче. – Сир Гарольд, расскажите леди Леоне то, что вы выяснили.

Молодой рыцарь откашлялся и начал свой рассказ:

– Милорд поручил мне разобраться с доходами и тратами нашего клана за последние два года. Картина оказалась… неприятной. Незадолго до начала больших сражений к нам обратился торговец, представившийся посланником крупного торгового дома. Мэриус Редвин, племянник главы семьи.

– И что он предлагал? – заинтересовалась я.

– Займы. Очень выгодные займы на закупку оружия, доспехов, провианта для войска, под малый рост и с долгой отсрочкой платежа. Валерий убедил нашего казначея, что это замечательная возможность укрепить силу клана.

– И сколько вы взяли? – спросил Торвин.

– Достаточно, чтобы влезть в долги по самые уши, – мрачно ответил сир Гарольд. – Сумма огромная. А главное – условия договора позволяют заимодавцу потребовать немедленного возврата, если «положение в землях изменится».

– То есть заключение мира может стать основанием для требования сиюминутной выплаты? – уточнила я.

– Именно. А если мы не сможем расплатиться золотом, то согласно подписанному договору, заимодавец имеет право забрать наши земли в качестве возмещения.

Я почувствовала, как гнев закипает в груди. Какая изощрённая, дьявольски умная ловушка! Сначала разжечь войну, ослабить оба клана долгами и потерями, а потом забрать их земли за долги.

– А как обстоят дела у нас? – обратилась я к Торвину. – Проверяли ли вы записи по тем загадочным «дарам»?

– Проверял, миледи, – кивнул старый капитан. – И выяснил кое-что интересное. Те самые наёмники, которых нанял Гарет, были оплачены через цепочку посредников. А первоначальное золото шло от торгового дома… можете угадать какого.

– Редвинов, – выдохнула я.

– Совершенно верно. Более того, я нашёл копию предварительного соглашения, подписанного вашим братом и очень похожего на то, что заключили Магвайры. Заём на военные нужды с правом потребовать возврата в любой момент.

Я встала и прошлась по разрушенной комнате, обдумывая услышанное. Картина стала кристально ясной. Дом Редвинов спланировал всё заранее и с поразительной хитростью. Они не просто разжигали войну – они создали западню, из которой не было выхода.

– Сколько времени у нас есть? – спросила я, поворачиваясь к собравшимся.

– По условиям договора, – ответил сир Гарольд, – долг должен быть возвращён в течение года после «установления мира в землях». Но что считать этим миром, решают сами заимодавцы.

– То есть они могут потребовать возврата в любой момент, как только сочтут нужным, – поняла я.

– Именно. И я подозреваю, что этот момент наступит очень скоро, – мрачно добавил Киран. – Сегодня утром я получил письмо от Мэриуса Редвина. Он поздравляет меня с заключением мира и просит о встрече для «обсуждения наших взаимных обязательств».

Тишина повисла в воздухе, тяжёлая и зловещая. Враг уже затягивал петлю.

– Значит, нужно действовать быстро, – решительно сказала я. – Киран, нам необходимо объединить силы. Поодиночке мы не справимся с такими могущественными противниками.

– Полностью согласен, – кивнул он. – Что предлагаешь?

– Во-первых, собрать все возможные доказательства того, что Редвины устроили войну. Если мы сможем это доказать, их притязания потеряют силу.

– А во-вторых? – спросил Торвин.

– Во-вторых, заручиться поддержкой других северных лордов. Если Редвины получат власть над нашими землями, следующими на очереди будут соседние кланы.

Киран одобрительно кивнул.

– Я уже отправил осторожные запросы нескольким союзникам. Лорд Старк из Винтерфелла с опаской относится к усилению морских торговцев. Леди Морвен с Туманных Островов прямо враждебна к ним – у неё были стычки с Редвинами из-за рыболовных прав.

– Хорошо, – решила я. – Тогда вот что мы сделаем. Торвин, вернувшись в замок, ещё раз изучите все документы. Нам нужны имена, даты, суммы – всё, что может связать Редвинов с поддержкой войны.

– А я займусь нашими долгами, – добавил Киран. – Возможно, есть способ оспорить их в суде лордов, если докажем, что они получены обманом.

– И мне нужно ответить на предложение о встрече с Мэриусом, – сказала я. – Но не спешить. Дать ему понять, что мы не так беспомощны, как он думает.

Мы провели в башне ещё полчаса, обсуждая подробности. Когда солнце начало клониться к закату, пора было расходиться.

– Леона, – сказал Киран, когда мы вышли из башни, – завтра вечером у нас была назначена та встреча в таверне. Но теперь у нас появилась ещё одна причина для разговора.

– Общий враг действительно сближает, – согласилась я, чувствуя, как между нами устанавливается новая связь, не только личная, но и деловая. Мы стали товарищами в буквальном смысле слова.

– Увидимся завтра, – сказал он, помогая мне сесть в седло.

– До завтра, – ответила я.

Дорога домой была полна мрачных размышлений. Дом Редвинов представлял угрозу не только нашим кланам, но и всему привычному укладу Севера. Если они смогут захватить власть над торговыми путями, то превратят гордых лордов в своих должников и слуг.