15 января. Стерлигов: общий язык. Раньше был, сейчас нет, даже с самим собою. Общий язык должен быть, если есть главный путь. Как найти его? Прежде всего, понять непрямоту, то есть искривленность самого разума. Начало пути Декарта правильно: непосредственность жизни мысли, пространство мысли. Но направление неправильное, так как Декарт не знал непрямоты или искривленности найденного пути, то есть противоречивости непосредственного тожества — одностороннее тожество в абсолютном факте, тожество апории.

27 января. Я не уважаю себя, не человеческую природу во мне, а именно себя — вот эту свою мысль, это желание, это намерение. Человеческая природа, если не абстрактное понятие, то именно то, что я имею общего с другими людьми. Тогда, не уважая себя за свою человеческую природу, я не уважаю не столько себя, сколько других людей и Адама, в котором я пал. Тогда, скорее, уважаю себя, что понял это. Затем, это кощунственно: ведь человеческую природу создал Бог, и виноват не Адам, а я сам, Адам создал возможность моего падения, вкусив от древа познания добра и зла. Но создал и возможность спасения и возвышения даже над ангелами, не знающими различия добра и зла. Тогда я должен быть, скорее, благодарен Адаму и моей человеческой природе. Грехопадение нельзя абстрагировать и удалять назад: я пал и унизил себя именно сейчас этой определенной мыслью, определенным пожеланием. И вообще неверно разделение: высокое общее и низкое конкретное, это. Высокое — в низком, конкретном вот этом вот.

Апория праведности — неправедности. Я не уважаю себя. Но теперь я понял это, понял, что не уважаю себя, и уважаю себя за то, что понял, что не уважаю себя. Но это уже фарисейство. Тогда не уважаю себя за то, что уважаю себя за то, что понял, что не уважаю себя, и т. д.

Другая форма этой апории: я могу доказать, что я хуже того, кто говорит, что не уважает себя за свою человеческую природу, хуже любого грешника. Это доказательство или верно, или ошибочно. Если верно, то я хуже любого грешника. Если ошибочно, то гордость или кокетство. Тогда тоже хуже.

9 февраля. На вертикальном непонимании основано кастовое деление. Низшая каста ненавидит высшую, высшая презирает, скорее, безразлична и не замечает низшей. Сейчас осталось духовное кастовое деление. Фихте: догматик сердится, идеалист спокоен и презрителен. Злоба взбунтовавшегося раба против господина, он чувствует, что господин выше, не может опровергнуть его, потому что не понимает, поэтому хочет уничтожить его физически, пример: сейчас. Кастовое деление всегда было, материально-духовное, как в Индии, примитивное и неполное. Завершил духовно Христос, сведя к двум кастам: сыны неба и дети века сего, от высших и от низших. В основе — последнее разделение, непонимание и боль. Христос завершает его и преодолевает: взбунтовавшийся раб — мерзость, ниже господина, смирившийся раб — выше господина, выше царя. Об этом я начал писать в «Контрапункте» (третья часть): «Царство». Провинциализм: С[оллертинский] возмутился, что я сравнил фабзавуч, где я служил, с его Филармонией. Провинциализм не в том, что я интересуюсь своей работой, даже службой, но что я считаю себя как преподавателя фабзавуча выше преподавателя ликбеза. Это провинциальная гордость — рабья. Об этом же у Д. И. в «Четырех иллюстрациях». Когда я считаю себя рабом, ничего не стоящим, — я образ и подобие Божие, когда бунтую — говно. И Взбунтовавшийся раб Ницше сказал, что христианство — рабья религия. Как взбунтовавшийся раб, он не мог понять аристократичности Евангелия, мог только ненавидеть. Вообще ненависть — плебейское, лакейское чувство.

Белинский — другая сторона Фаддея Булгарина, победив, он показал себя тем же Булгариным, провинциализм, плебейство, взбунтовавшийся раб.