— А еще меня выдал мой редкий цвет волос, — догадалась я. Хотя и раньше думала, что неплохо было бы до Академии перекраситься. Однако обстоятельства, из-за которых нам с Аллочкой пришлось быстро делать из города ноги, не позволили. А потом смысла не было, потому как в приемной комиссии, кто оформлял меня на учебу, видели, какая я «красавица». А измени я свой ледяной оттенок, появились бы ненужные вопросы. — И охотники наверняка отметили, и дядя Сева не преминул обрисовать.

— Ты абсолютно права, — кивнул Элиндер и, выпрямив спину, потянулся, устав сидеть на месте. — Но на твою прическу можно было обратить внимание, лишь сопоставив кучу фактов, происходивших в одно время. А я умею это делать, — ну, конечно, как себя не похвалить. — Так что если бы ты не пришла к антиквару… или нет, не так. Если бы ты не спалила его магазин, я бы тебя не нашел.

— Он сдал нас охотникам, даже не сообщив в Совет, гад. Нисколько не жалею, что лишила его денег, — нахмурилась я, считая, что маг, даже чуточку маг, с зачатками магии, не должен потакать противоположной стороне мира Ночи. — Вообще-то я камеру спалила, чтоб она вместе со мной Аллочку не сняла, — подчеркнула, что решение было правильным, если бы, как сказал Элиндер, не случайность.

— А дальше твой дядя Сева выдал тебя со всеми потрохами мне, рассказав, что ты дочка… хм-м… как бы сказать помягче…

— Дочка его друга, — я отодвинулась от спинки стула, чтобы взмокшая футболка просохла потому как скрывать эмоции уже не актуально.

— Дочка твоего будущего тестя, — любезно подсказала Элиндеру Аллочка.

Вот кто ее за язык тянул? Понятно, что Женька сразу насторожился и повернул ко мне свое вопрошающее лицо. Мол, ничёсе, какие новости я узнаю. Да ты, оказывается, за вампира замуж собиралась. Да? И всё это время делала вид, что с ним не знакома? Хорошая девочка, ага-ага.

— Замужество… папина идея, — я тут же ответила на его немые вопросы, глядя ему прямо в глаза. — Из-за этого и сбежала в Академию, чтобы за четыре года, пока здесь учусь, Элиндер смог найти себе более подходящую невесту. Мы и знакомы-то не были, и я до сих пор наивно считала, что он меня не узнал, — о наличии фотографии, которую инквизитор наверняка забрал у папы, мыслей ни разу не возникло. — Ты очень хорошо играл, — похвалила суперсыщика и прищурилась. — Слушай, а скажи-ка мне, дорогой женишок, зачем тебе это надо? На мне жениться. Из-за отсутствия у меня дара?

— Совсем наоборот, из-за его присутствия, — Элиндер перестал привычно улыбаться. — Он у тебя особый. Просто ты еще не знаешь. Ну, может, уже догадываешься. Если коротко, то ты способна управлять «непентесом», что редкая редкость для магов… Так, стоп. Это слишком долгий разговор, — внезапно поднялся с кровати и замер посреди комнаты. — Не сейчас. У нас катастрофически мало времени, — посмотрел на стоявший на столике будильник, который звучно отщелкивал минуты и показывал половину двенадцатого ночи.

— Полина обряд проводить не будет, — глухим голосом, но уверенно, выговорил каждое слово Женька. — Мы не хотим, чтобы колдун ее убил.

Если бы сейчас Аллочка буркнула «вот только тебя, псина, не спрашивали», я бы не удивилась, а удивилась, что она молчала и явно была заодно с оборотнем. И Элиндер не ответил ему «как скажу, так и будет, а ваше дело приказы мои выполнять». Реально удивили все.

— Я понимаю ваши опасения за ее жизнь, — начал вампир, можно сказать, мягко, даже слишком, и продолжил вкрадчивым голосом. — Я тоже за нее боюсь, — получил в ответ ревнивый Женькин взгляд. — Но без обряда нам преступника не найти. Подождите возмущаться, — уловил недовольное сопение моих друзей. — Давайте, я сначала расскажу свой план, который, кстати, план Полины. В целом. Который я немного подкорректировал, чтобы максимально ее обезопасить.

— Сколь ни корректируй, один хрен, она в смертельной опасности окажется, — Женька глубоко вздохнул, приподняв свою мускулистую грудь и выставив ее вперед.

— И вообще нам пофигу, как ты своего преступника ловить будешь, — поддакнула ему осмелевшая Аллочка, понявшая, что подозрение в убийстве Дарины с нее снято, а, следовательно, она свободна.

И я тоже. Правда, у меня остался договор с Московской инквизицией, о котором она благополучно забыла, а я нет. И там чётко прописано — действует до конца расследования, а значит, до поимки убийцы. А за неисполнение или за отказ без всяких форс-мажоров мне грозит тюрьма, в которую вместо вампирши теперь могу попасть я. А я не хочу. Элиндер, снова стоит заметить, гениально подстраховался со всех сторон.

— Давайте послушаем, — решительно заявила я. — И вместе подумаем, что с этим делать, — поерзала на стуле попой, стараясь усесться поудобнее.

— Начну с простого, — кивнул инквизитор. — Полина организует обряд. Но проводить его будем не в Академии, а по возможности близко к месту нахождения «непентеса»…

— Так мы же этого как раз не знаем, — удивилась Аллочка.

— Есть вероятность, что он находится там, где был последний выброс магии, — Элиндер пропустил ее замечание мимо ушей. — То есть в районе дома Полины, как я уже говорил. Только вот район этот слишком большой, чтобы вычислить мага. По крайней мере, там проживает их с десяток разной силы. Можно, конечно, проверить каждого, но на это уйдет время, и есть вероятность, что он скоро, может даже завтра, оттуда исчезнет. Если еще не успел. Так что вся надежда на Полину.

— Хорошо. Что дальше? — спросила я, понимая, в принципе, о чем речь. — Нам нужно туда ехать?

— Да.

Смысл идеи Элиндера был в том, что пока я провожу обряд и «непентес» начинает впитывать мою магическую энергию, меня держат за руки Аллочка и Женька, ведь из них тоже будет вытекать магия, снижая вероятность потери моей. А так как по сведениям шпионов инквизитора новых выбросов не наблюдалось, то артефакт не будет поглощать магию с такой силой, как при убийстве Дарины. И возможно я успею засечь, где он находится. Ну, а дальше, как говорится — дело техники. То есть в игру вступает сыщик.

Именно поэтому важно, чтобы мы находились как можно ближе, чтобы Элиндер успел туда добежать и отобрать у колдуна вещицу. Или сначала надеть магические наручники и потом отобрать вещицу. Или как я уже обрисовала. Порядок не важен. Главное, успеть вовремя оказаться в том месте и неожиданно напасть первым.

— В любом случае, мы ничего не теряем, — закончил свой рассказ вампир. — И в любой момент можем остановить поиск и спасти Полину. Ну как? — обвел нас взглядом. — По-моему, отличный план.

— Как Полинушка скажет, так и сделаем, — первым ответил Женька. Судя по всему, ему понравилась последняя фраза про прерванный обряд. — Значит, просто стереть круг и перевернуть свечи?

— Угу, — кивнул Элиндер. — Тогда связь с «непентесом» нарушится и жрать магию он не будет. А уж свою-то силу, на что вы способны, вы прекрасно знаете. Неподготовленный к битве маг вам на зубок. Да, Аллочка? — подмигнул вампирше. — Снесешь ему башку, и вся недолга, я разрешаю. Живым он нам не нужен.

— А допросить? — удивилась я, потому что мои кровожадные друзья даже не удосужились этого спросить. — Разве не интересно узнать, почему он убил Дарину? А ведь ему еще кто-то помогал, как я думаю. Хорошо бы выяснить, кто.

— Неинтересно, — ответил за всех инквизитор. — Он преступник. И этим всё сказано. Причем преступник, который уничтожает своих, Темных. Еще и вор. А нам в мире Ночи такие не нужны. Понятно же, что хочет стать всесильным и управлять миром, как думают большинство аналогичных придурков, чуть-чуть научившихся владеть магией. А мы, инквизиция, не намерены нарушать существующий, установленный фидуцией, порядок.

— Как громко сказано, — улыбнулась я пафосу Элиндера.

— Зато понятно, — улыбнулся он в ответ. — Собираемся?

— Я могу и так, — Аллочка соскочила на пол, одергивая свои короткие розовые шорты. — Я ночью все равно не мерзну. Ой, — отпрыгнула, почесав щиколотку, будто кто-то щипнул ее. — Это чё за фигня? — вытащила из-под кровати мой рюкзак, в который с ее пальцев соскользнуло несколько голубых искр. — Он щиплется как наэлекризованный, — испуганно бросила мне под ноги. — Там что?

— Мои бусы и сломанный браслет, — ответила я без пояснений. Ибо незачем ей, да и остальным, знать, что мой голодный артефакт «Грозный огонь» решил полакомиться ее вампирской магией. — Кстати, надо бы взять их с собой. Могут пригодиться, — наклонилась к рюкзаку и залезла внутрь, чувствуя, как из меня сразу же потянули энергию. «Не-не-не» сказала мысленно и мысленно же отключила зарядку. Вытащила коробочку с кристаллами и сунула себе в карман спортивных штанов. — Я тоже готова, — достала куртку от костюма.

Убедилась, что в кармане не сверкает, обрадовалась, что так и есть, как говорил Элиндер, что я могу управлять моим маленьким «непентесом», и удовлетворенно встала, натягивая куртку на себя.

— Место для обряда я уже нашел и всё подготовил, так что осталось только туда добраться, — Элиндер некоторое время задумчиво смотрел на мой карман, затем поднял на меня глаза, но сказал только это.

— На чьей тачке поедем? — спросил Женька, поднявшись со стула и разминая ноги. — Можем на моей, она у ворот Академии стоит.

— Машина не подойдет, придется на своих двоих, чтобы побыстрей, — не согласился вампир. — Осталось решить, кто понесет Полину, а кто волка.

— В смысле, волка? — возмутилась Аллочка. — Его еще на себе переть? Сам добежит.

— Он слишком медленный по сравнению с нами, и ждать его не резон, — ответил ей Элиндер. — Поэтому… кого берешь?

Конечно, Аллочка выбрала меня. Однако ехать на инквизиторе не согласился Женька. Пока мы шли по коридору и спускались с лестницы, он стал бурчать, что мужику на мужике как-то неудобно, и что сам может обернуться и бежать. Типа собаки, просто очень большой. Ночь же. Кто разбираться-то будет? Элиндер с радостью его поддержал, пару раз хихикнув и сказав «тогда я Полину», но превращаться запретил, подколов вампиршу «вы-то с волчонком уже спелись».

За этой милой перебранкой, так и не решив, кто будет на ком, мы оказались у открытой входной двери гостевых апартаментов.

— Господин Орфео, — обернулся на наши голоса мажордом, стоявший там. — Я пытаюсь объяснить Ванде Ильиничне, что к госпоже Девяткиной слишком поздно. Но она настаивает, — посторонился, и мы увидели помощницу Старой, которая была одета в форму Академии и нервно сжимала перед собой руки.

— Полина, мне нужно срочно поговорить с тобой, — тотчас вымолвила она. — До утра подождать не может, — сразу ответила на закономерный вопрос. — Это касается подделки твоих документов. Я знаю, что они ненастоящие. И если мы не разберемся с этим сейчас, завтра может быть поздно.

Ничего себе сюрприз!

— Они не поддельные, нефиг выдумывать, — Аллочка сделала презрительную мордашку, прекрасно зная, что мой паспорт самый настоящий, полученный ею вполне (ну, может чуточку не вполне) законно в соответствующем государственном учреждении.

— Какие к демонам документы? — Элиндер, обогнув мажордома, первым вышел в темный, освещенный неяркими фонарями, парк. Вдохнув сентябрьскую ночную свежесть, перед Вандой даже не остановился, вещая на ходу. — Завтра это утрясем. Завтра. Так что идите к себе и спокойно ложитесь спать. Я сам к вам загляну. Завтра, — снова подчеркнул, что ему сейчас не до нее, и зашагал по гравиевой дорожке, по той, которая ведет к выходу из Академии.

Мы дружно последовали за ним. Я в центре нашей троицы, по левую руку Аллочка, по правую — Женька. Как три богатыря перед битвой. Самым мощным из нас был оборотень, вроде как Добрыня Никитич, а мы два богатырчика похлипче, худенькие, стройные, но не менее опасные.

— Завтра будет поздно, — повторилась Ванда, побежав перед нами, вслед за инквизитором. — Господин Орфео, прошу меня выслушать. Это займет всего несколько минут вашего драгоценного времени. Всё очень серьезно. Есть еще кое-что, — добавила загадочности в конце своей речи. Видимо, во что бы то ни стало, ей нужно было поговорить, что выглядело немного странно.

— Хорошо, — сдался Элиндер, остановился и повернулся к ней. — Две минуты, не больше. В чем дело? — посмотрел, пристально вглядываясь в ее лицо, а затем уставился на меня. — Сразу отсюда двинем, так что быстро решайте, кто на ком, — усмехнулся и снова Ванде. — Слушаю.

Мы привычно собрались спорить, потому что несогласных было двое, и встали кучкой там, где застал нас «приказ» инквизитора, то есть метрах в двух от него и замдекана. Внезапно нас прервал тихий треск, похожий на разряд молнии перед дождем. Сухой, неприятный, чем-то пугающий. Не знаю чем. Может, потому что в темной тиши, где не было слышно ни чириканья птичек, ни шороха начинающей желтеть листвы, ни капель, стучавших по крыше, он раздался как нечто лишнее.

И тут началось!

Рядом с клумбой, недалеко от закрытой входной двери, возник портал, из которого на дорожку шагнул человек в черных брюках и черной же толстовке с капюшоном на голове, почти полностью скрывающим лицо. Среднего роста, поджарый, он как-то знакомо поправил на носу очки, блеснувшие в свете ближнего фонаря. Но не успела я додумать, кого он мне напомнил, как колдун (тут без сомнений) облепил нас тянущимися к нему тонкими нитями голубого огня словно липучей паутиной.

Мы мгновенно оказались в коконе законсервированными тушками, теряя свою магическую силу, которую активно поглощал «непентес». И здесь сомнений не было — мы удостоились его внимания.

Элиндер на колдуна среагировать не успел, потому что Ванда, размахнувшись чуть раньше, от всей своей мерзкой души вонзила ему в грудь кинжал. Похоже, тот самый, которым убили Дарину, заговоренный, правильный, уничтожающий любого жителя мира Ночи, и которым охотники расправляются с преступившими закон. Где-то достала, что непросто, выменяла, выпросила или забрала у мертвого. Думать об этом сейчас было некогда, отвлекло ухнувшее внутри сердце, испугавшись за вампира.

Неужели она его убила?!

Как жаль…

А впрочем…

Нет, всё-таки он успел среагировать, только не так, как я подумала, а успел отклониться в сторону на самую йоту, настолько, что кинжал не коснулся сердца и не превратил древнего в горстку пепла. Его тело упало целым, спиной на землю, с торчавшей в груди рукояткой, заодно лишив Ванду оружия, которым вероятно собиралась добивать остальных. Тут ее можно даже похвалить — как удачно она выбрала позицию! Оказалась в самом центре среди нас, где до каждого стоило лишь дотянуться рукой. Но с Элиндером ей не повезло.

А сейчас не повезет и со мной.

Я мысленно разрешила бусам забирать магию из ведьмы, не связанной голубыми нитями с колдуном (говорила же, что кто-то ему помогает), и отдавать мне, чувствуя, что скоро и сама полягу рядом с друзьями, обессилено склонившимися над дорожкой. Женька стоял на четвереньках, пытаясь обернуться волком, но сил не хватало, только рычал. Аллочка же сидела на попе и корчилась от боли, схватившись за живот.

«Непентес» жрал как не в себя. Похоже, шпионы инквизитора пропустили выброс. Или магию использовали как-то по-другому.

Ну что ж, каждый гениально продуманный план, несмотря на всю свою гениальность, всё равно имеет изъяны.

Не только у Элиндера, но и у колдуна.

Мой «Грозный огонь», тоже голоднющий не хуже чужого артефакта, тотчас взялся за дело. Голубые сполохи потянули магию из Ванды, собиравшейся вытащить из вампира кинжал и добить его, а потом взяться за нас (согласно логике), и замедлили ее. Хорошо, что в этой свистопляске из синих жгутов было не понятно, откуда они берутся и куда направлены. Дядьке в капюшоне уж точно не разобраться, он явно радовался, что задуманное им выполняется так, как задумано. Угу, как же!

Я сделала шаг к Ванде, медленно, с трудом, будто из последних сил, чтобы не насторожить гада раньше времени, и шмякнула ее кулаком в затылок. Тут уж я постаралась, ударила резко, хлестко, со всей мочи, как учил сенсей на тренировках по дзюдо. Та даже пикнуть не успела, свалилась на Элиндера, распласталась и затихла. Знаю, теперь пролежит прилично долго, как раз успею завершить свой план.

Я мысленно переключила бусы на другой режим. Теперь они забирали магию из Ванды и не копили в себе, а отдавали моей подружке, которая сразу почувствовала улучшение и даже чуть-чуть выпрямилась. Но я прошептала ей «сделай вид, что тебе по-прежнему больно». Хорошо, что Аллочка, несмотря на вздорность характера, очень догадлива и сразу смекнула, что я что-то задумала, и, посмотрев пристально мне в глаза, снова свернулась в комок.

— Правильно, — одобрила я, присев на корточки и изображая боль тоже. Заметила, что колдун забеспокоился и стал вертеть головой, пытаясь разглядеть, почему не двигается ведьма. Или двигается, но слишком медленно и никак не может убить вампира на нем лежа. Еще минута, и для моего плана будет поздно. — Как только почувствуешь себя сильно лучше, беги к колдуну и сноси ему башку ко всем чертям собачьим, — ну вот, и меня накрыла кровожадность моих друзей.

Только сильно лучше Аллочке не становилось (она растерянно пожимала плечами, показывая, что никак), потому что закачанную в нее магию Ванды тут же поглощал «непентес». Я рассчитывала, что все-таки какая-нибудь разница с плюсом для вампирши будет, но нет, мои бусы оказались слабее. Сюрпризом, конечно, это для меня не стало, но была надежда, что смогу обойтись, как говорится, малой кровью. Не получилось.

Значит, этап номер два.

И да, Женьку жалко, он упал совсем, пристроившись к вампиру и ведьме. Мысленно прошептав «еще чуть-чуть, мой хороший, потерпи» и удержавшись, чтобы не хихикнуть от вида «спящих» красавцев (нервное, наверное), я приступила к самому сложному, чего никогда не делала, но интуитивно чувствовала, что получится. Или очень сильно надеялась, что получится, и в это верила.

Бледная луна, только начавшая нарастать к концу месяца, спряталась за темными деревьями, казавшимися сказочными исполинами, и готовилась уйти с горизонта совсем, оставляя после себя совершенно черную зловещую ночь. Как и подобает моменту, когда жизни меня и моих друзей должны были закончиться навсегда. А вот ветер, который для пущего ужаса непременно бы подул резкими набегами, почему-то не случился. Ну и крик совы не раздался. Хороший знак?

Сейчас узнаем.

Я приказала «непентесу» отключиться от Аллочки, рискуя собой и Женькой. И Элиндером, конечно. Нельзя, чтобы колдун догадался, что кто-то кроме него может управлять артефактом. Поэтому совсем вырубать вещицу было опасно. Кто знает, что еще припрятано в рукаве… дяди Севы? Да ладно!

Так вон кого он напомнил мне своими очками. Неожиданно. И не подумаешь.

Все-таки он забеспокоился сильнее, понимая, что что-то тут не то. Вероятно, по его расчетам к этому времени все должны были умереть, а мы с Аллочкой почему-то трепыхаемся, и не поднимается Ванда. Однако сквозь голубую паутину огненных линий рассмотреть ситуацию «на поле» было сложно, и колдун стал крутить головой более интенсивно, чем сдвинул капюшон назад, а потом сделал несколько шагов в нашу сторону. Прямо под фонарь.

— Чувствуешь улучшение? — произнесла я одними губами, зная, что Аллочка меня расслышит в любом случае, и затаила дыхание, понимая, что от ее ответа зависит, смогла ли я управиться с «непентесом». Потому что в обратном случае всё, нам крышка.

— Не-а, — ответила подружка, и у меня сердце ухнуло в пятки. Неужели напрасно старалась? Как жаль. — Может чуточку, — стала прислушиваться к своему телу, подарив мне хиленькую надежду. — Но не очень. Пока не очень.

А вот мне становилось совсем плохо. И я уже не играючи, а реально плюхнулась с корточек на бок. Но переключать зарядки на себя не стала. Да и не факт, что «непентес» меня слушается. С ним вообще ничего не понятно. И смысла переключать нет. Всё равно не успею добежать до колдуна. Даже огненный шар бросить не смогу. Слишком это очевидно, и гад успеет отбиться. С его-то запасом магии. Нужна Аллочка с ее скоростью и силой. Только она сможет. Даже не Женька. Ему слишком долго превращаться…

Хех.

Не может этого быть! Ну просто не может!

Случайности.

Они существуют. И поджидают на каждом шагу. Вот как сейчас.

Входная дверь апартаментов неожиданно распахнулась, из нее выбежал мажордом, размахивая битой, и ударил дядю Севу по башке. А потом еще пару раз уже лежащего.

Виталий Алексеевич, человек, на которого не действует «непентес».

И ведь как-то рассчитал, что надо появиться именно в тот момент, когда колдун отвлекся на нас и перестал оглядываться по сторонам. Только его отключка нам не помогла. Гадская зарядка продолжала работать, а синие нити по-прежнему опутывали нас, не давая двигаться.

— Хватит! — крикнула я, на самом деле тихо прошептав, и протянула свою правую руку, показывая «стоп» открытой ладонью.

Увидела уже сквозь помутившееся сознание, как вскочила Аллочка, а потом через секунду оказалась с оторванной головой дяди Севы в руках, злорадно улыбаясь. Что ж, как хотела, так и сделала. Молодец. И мне папиного друга вообще не жалко. Он убийца, за что и поплатился.