Голос кошки ещё звенел в моей голове, а я уже оказался около стола. Внутри кабинета оказалось неожиданно чисто. Это было понятно с самого первого взгляда, но тогда я сосредоточился исключительно на человеке, который сидел внутри. Теперь же обратил внимание. Сразу после того, как невидимая сила тисками сдавила рёбра, заставив машинально крутить головой по сторонам.

Хрустнули ножки стула. Замерцала лампочка, которая светила несмотря на день. Медленно выпрямился человек, по бокам от которого свисали куски грудной клетки с повисшей кожей.

Моя шпага почти затухла. Не хватало воздуха. Рёбра мало что не трещали — настолько сильным оказалось давление.

— Я же говорила, мурр!

Беатрис засияла синим и спрыгнула вниз, но её лапы увязли в столешнице. Буквально — провалились в неё, как будто та была сделана из мягкого пластилина.

Вставший мужчина моргнул. Посмотрел сквозь меня абсолютно пустыми глазами, где было нельзя различить зрачков.

Давление выросло. Сверкающая шпага исчезла полностью, а когда я попытался направить силу к ножу, чтобы её восстановить, руку пронзила дичайшая боль.

Однако, в этом был небольшой плюс — давление на тело ослабло и я снова смог двигаться.

Дальше я действовал скорее рефлекторно. Направил силу сразу по всем четырём конечностям и сделал шаг вперёд. Второй. Оказался почти вплотную к противнику.

Руки, будто опутала наждачка, которая безжалостно рвала кожу. Было больно даже просто пошевелить. Вот ногам враг большого внимания не уделил. Зря.

Окутав силой правую ступню, ударил. Впечатал её прямо в голень стоящего мужчины. Да, когда-то он был моим родственником. Но внешний вид подсказывал, что от человека внутри уже давно ничего не осталось.

Мою ступню отбросило назад с такой силой, как будто я долбанул по гигантской пружине, что выпрямилась и встретила ногу давлением. Но и человек рядом со мной покачнулся, начав падать.

Его левая рука ухватилась за столешницу. Яростно мявкнула Беатра, которую наполовину засосало в этот самый стол. Сейчас кошка вырвалась оттуда, орошая пространство вокруг бежевыми каплями.

Сверкнули синим когти. Полыхнула золотистая вспышка.

— Мяурр-р!!!

Беатрис отлетела куда-то к стене. Я же попытался создать сразу две энергетические шпаги. Сила, которая хлынула в правую руку, выбраться наружу так и не смогла. Её успешно заблокировали.

Зато около левой кисти появился золотистый полупрозрачный эфес, из которого вырастал клинок. Конечность сразу же сдавило, но полностью остановить меня враг не смог. Чуть продвинувшись, я воткнул оружие в спину мужчины. Повёл им в сторону, рассекая плоть. Потом вверх.

Давление стало хаотичным. Позвоночник будто пылал. А меня самого потрясывало от навалившихся ощущений. Но клинок всё ещё сверкал. Прямо на моих глазах перерезая шею противника. Единственное решение, которое пришло в мою голову — отсечь его собственную. Как показывал опыт, подобный приём имел обыкновение срабатывать.

Череп упал на пол и покатился в сторону. Металлический кругляш с гравировкой вновь засиял. А я почувствовал, как в грудь толкнуло что-то вроде воздушной волны. Да настолько мощной, что я не устоял на ногах. Прямо там и опрокинулся назад.

Правда, уронивший меня поток, заодно и поддержал. Выступил своего рода воздушной подушкой — вместо того, чтобы рухнуть затылком на пол, я мягко приземлился на пятую точку.

В следующую секунду меня скрутило от хлынувшего потока силы. Такого объёма мощи я не поглощал ни разу. Мышцы не слушались — их раз за разом сводила судорога, из-за чего я напоминал выброшенную на берег рыбу. Рот открывался в беззвучном крике, глаза казалось выпадали из орбит.

Скорее всего процесс длился не так долго — когда меня отпустило, Беатрис только поднималась с пола. Но ощущения были чрезвычайно острыми. Окажись на моём месте мазохист, ему бы повезло. Впрочем, хорошо, что я не таков. Или что он не таков, как я. Хм. Чего-то меня на философские вопросы потянуло.

В коридоре хлюпало, распадалось и таяло. Вся та дрянь, которая там за это время выросла, исчезала. Лохмотьями оседала вниз, растворялась в воздухе и расщеплялось.

— Откуда ты узнал, как надо поступить? Что ещё от меня скрываешь, мурр?

Пошатывающаяся Беатрис подошла ближе. Прямо ко мне, который уже уселся на полу. Задрав морду, посмотрела в лицо.

— Я ведь не успела тебе сказать, что ядро обычно не сохраняет своего разума, мурр. И про фокус с руками-ногами ни слова не произнесла. Откуда ты узнал?

Вообще это было моё инстинктивное решение. Но вот кошке так отчего-то не казалось.

— Само в голову пришло.

Перед глазами начали сверкать тонкие золотые нити поводыря и я сконцентрировался, не желая пропускать цифру.

— Ну да, ну да… То есть сам не понимаешь, мурр…

Формация показала, что у меня теперь двенадцатый ранг. А вот тон кошки заставил немного напрячься.

— Мы же победили? Ты из-за чего так загрузилась?

— Победили, — согласилась та. — Но непонятно как, мурр. И такое ведь не в первый раз. У тебя как будто в голове второй слой знаний припрятан.

Я мигом нарисовал себе образ того, как дед занимается с внуком, обеспечивая того багажом знаний на случай необходимости. Тут же поделившись теорией с начавшей вылизываться кошкой.

— Без вариантов. Никто такого не умеет. Даже духоглядцы, которые с младых ногтей ментальную вязь изучают, мурр. Опыт неотделим от сознания. Не мог он ничего тебе в голову заложить.

Прозвучало вроде логично. Но немного разочаровало. Потому как версия казалась мне действительно стройной и много бы объяснила.

Убедившись, что твёрдо стою на ногах, шагнул к столу. И тут же услышал странный звук из соседнего кабинета. Хотя, если подумать, странным он не был. Обычный кашель. Женский вроде бы.

— Что с моей одеждой… Какого…

Хриплый голос точно принадлежал женщине. Которая, судя по тембру, сейчас была далеко не в лучшем состоянии духа. Зато жива. Честно говоря, мне с трудом верилось, что запертые тут люди, в итоге выживут и сохранят разум.

Послышался звук неуверенных шагов. Звук упавшего предмета.

— Да что ж это такое-то… Антон Григорьевич? Вы там?

Кажется она шла к двери. А человек, которого женщина только что назвала по имени и отчеству, сейчас лежал на полу. Вернее там валялось его изрубленное тело с вскрытой грудной клеткой и отсечённая голова. Пожалуй ей этого видеть не стоило.

Шагнув к двери, выглянул в проём. Столкнулся взглядом с женщиной лет тридцати напротив. Выглядела она, откровенно говоря, неважно. Больше скажу — увидь я её на улице, точно бы посчитал бродягой.

Не знаю сколько именно времени они тут провели, но одежда висела лохмотьями. Истлела и перетёрлась. От рубашки остались жалкие воспоминания, в пиджаке зияли дыры, юбка почти полностью исчезла, а нижнее бельё это испытание вовсе не пережило.

В общем вид у неё был так себе. А в глазах плескалось изумление.

— Вы кто? Что тут случилось?

Машинально оглянулся. Оценил внешний вид коридора, который выглядел так, как будто тот пробыл в забытье добрый десяток лет. Снова посмотрел на женщину. Ответить ей по делу, мне было нечего. Поэтому пришлось прибегнуть к отвлекающему манёвру.

— Вам бы прикрыться.

Она растерянно моргнула. Опустила взгляд ниже, рассматривая свою одежду. И тут же вскинула руки, пытаясь прикрыть разом всё.

— Как так? Я же была одета! Как всё это…

Против ожидания, назад в кабинет она не вернулась. Вместо этого снова подняла взгляд на меня. Пришлось сделать усилие, чтобы не поморщиться. Если до того запахи присутствовали на условном энергетическом уровне, что помогало абстрагироваться, то теперь они носили куда более примитивный и понятный характер.

— Утечка опасных веществ. Скоро прибудут спасатели. Пожалуйста, ожидайте. И пока не выходите — в таком виде вам на улицу нельзя. Кто ослушается, будет уволен.

Сам я сейчас выглядел тоже не слишком презентабельно. Тем не менее, внешний вид был куда лучше, чем у местной работницы. К тому же ни одного другого вменяемого человека поблизости не наблюдалось. Только из нескольких кабинетов доносились звуки, намекающие на выживших. Однако никто из них не выбрался в коридор.

Потому вариантов у неё было немного. Наклонив голову, она сделала то, чем занималась на протяжении всей карьеры — послушно выполнила команду старшего в иерархии. Пусть та и шла вразрез с её собственными убеждениями.

Я же сделал несколько быстрых шагов, вернувшись к письменному столу. Его поверхность уже не была мягкой — бронзовый кругляш легко от неё оторвался. С одним только нюансом — никакой силы я в нём больше не чувствовал.

Раньше от этого куска металла едва ли не несло той же самой мощью, которой оперировал я сам. Теперь же я почти ничего не ощущал.

— Исчерпался. Чтобы использовать, его надо будет зарядить, мурр. Но это всё равно отлично. Одна капля крови или чужой силы и всё. Не потеряешь цель.

Теперь стало немного понятнее, почему кошка так стремилась его заполучить. Что оставалось неясным — обстоятельства случившегося в этом здании.

Опустившись на одно колено, я осторожно перевернул тело. Странно — лёгкие и сердце совсем не выглядели засохшими. Но при этом я не видел ни капли крови. Даже намёка на неё не было. Как будто из человека её полностью выкачали. Да и в целом он выглядел изрядно иссохшим.

Зато в пиджаке уцелело удостоверение. Заместитель главы администрации района города. Корнилов Антон Григорьевич. Имя и отчество ни о чём не говорили, но я точно видел его раньше. А вот удостоверение убрал в карман. Может статься так, что ещё пригодится.

Туда же отправился компас. Потом на моё правое плечо взлетела кошка и я чуть повернул голову, посмотрев на неё.

— Как это случилось?

Та покосилась на меня в ответ.

— Сначала пообещай, слушать в следующий раз, мурр. Если бы не слепая удача, мы оба погибли.

— А ты рассказывай сразу. Не жди до самого последнего момента.

О том, что она буквально только что назвала эту самую «удачу» очень странным явлением, я хорошо помнил. Но тыкать в это не стал. Самому не хотелось. Тем более у Беатры всё равно не было ни единого рационального объяснения.

— Тебе всегда нужно оставить за собой последнее слово, да? Такой нарцисс, мурр. Такой нарцисс…

На этом моменте я аж закашлялся от удивления. А мысли о том, как сейчас поступить с очищенным зданием, сами собой отступили на задний план.

— Ты бы на себя в зеркало посмотрела, прежде чем мне на эту тему что-то говорить. Почему этот мужчина стал ядром выброса? Что это вообще такое?

Взгляд кошки на миг обратился к лежащему внизу безголовому трупу. Потом она повернула голову и посмотрела на бронзовый кругляш в моей руке.

— Не стоило ему принимать подарок. Ну или подпускать к нему чужаков, мурр. Там была сила твоего деда. Потом появилась чужая. Кто-то сделал ловушку.

Она вроде бы собиралась сказать что-то ещё, но я глухо выругался и кошка прервалась. Я же подождал какое-то время, пытаясь утихомирить вспыхнувшую внутри ярость. Такого раньше за мной не водилось. А теперь — держите, распишитесь и страдайте.

— Кто это мог быть? Другой духоглядец?

Какое-то время она помолчала, продолжая рассматривать компас.

— Тот, чья энергия уже использовалась в механизме. Тот, кого загонял твой дед.

Получалось, что ловушку внутри компаса оборудовал Древний? Добравшись ради этого в город?

— Не обязательно он, мурр. Аяттара говорила, что здесь действует его помощник. Сила у него заёмная. От хозяина.

Это выглядело несколько более логично. Но не объясняло другого момента. Мотивации.

— Зачем? Он что, тоже мог стать духоглядцем?

— Сомневаюсь. Иначе уже давно бы им стал. Возможно личное… Месть, например. Или он хотел избавиться от компаса.

Как по мне — при таком раскладе, методы использовались не самые эффективные. Однако продолжить расспросы лучше было в другом месте. Из кабинетов постепенно выползали пострадавшие, начиная перешёптываться между собой. И судя по тому, что я краем уха улавливал, совсем скоро они будут готовы спускаться вниз.

Прятать тело никакого смысла не было. К тому же я был уверен — представители теневого мира, которые работают во властных структурах, всё это прикроют. Потому как, если с ситуацией начнут разбираться обычные люди и у кого-то окажется достаточно воображения, последствия могут оказаться крайне долгоиграющими.

Так что я спокойно вышел в коридор и двинулся к лестнице. Унося с собой компас, удостоверение и кошку на правом плече. А ещё — уверенность, что встречи с тем самым Древним, мне похоже не избежать. Либо я приду за ним первым, либо он сам явится за моей жизнью, стремясь обезопасить себя любимого.

— Куда вы? Когда тут будут спасатели? Что нам делать?

Из соседнего кабинета снова выглянула женщина, которая принялась озвучивать вопросы. Но в этот раз затевать диалог я не стал — просто устремился к ступеням.

Спускаясь по ступеням, заметил в пролёте второго этажа мужчину, который медленно продвигался вперёд, держась за стенку.

— Эй… Помогите… Что случилось? Почему всё вокруг в труху.

Голос был слабым, но выглядел он неплохо. Вон, даже перемещался самостоятельно.

Не останавливаясь, промчался мимо. А снизу послышался голос той женщины, что была вмурована в стену.

— Володя? Живой? Я тебе пирожков принесла. Только они… Я чего-то присела, а дальше и не помню ничего… Как будто годами тут была.

— Мама? Ты здесь откуда? Выходи немедленно! Не видишь, тут опасно! — сверху снова заговорил мужчина, мимо которого я только что прошёл.

Пожилая женщина активно пыталась подняться, одновременно удерживая в руке остатки пакета, где видимо когда-то были те самые пирожки. Проходя мимо, я ухватил её за пальцы. Потянув, легко поставил на ноги.

— А вы Володе не поможете? — тут же протянула она. — Сыночку. Он наверху… Слышите его?

Задерживаться и отвечать я не стал. Мобильные телефоны у всех давно разрядились, а городские по идее должны были прийти в негодность. Но кто-то из выживших запросто мог открыть окно. С вполне понятными последствиями — увидев такое, любой адекватный прохожий первым делом позвонил в полицию. После чего набрал бы спасателей и на всякий случай, скорую помощь.

Хотя, зная людей, они бы скорее всего остановились после первого звонка. Дальше службам пришлось бы координироваться самим. Но в любом случае — следовало убраться до того, как вокруг завоют сирены. Понятное дело, со всем этим разберутся. Вот только произойдёт это не за одну секунду. До того тут успеют погулять охреневшие патрульные и спасатели.

Охранник, который сидел в будке, тихо-мирно спал. Уткнулся лицом в узкий столик внутри и сопел. А когда я открыл дверь машины, на меня тут же обрушился коктейль из трёх голосов. Заговорили они все разом и тихими быть даже не пытались.

— Мы победили. Моё мудрое руководство дало свои плоды, мурр. Заражение зачищено.

Беатрис перекричала их всех, одновременно переместившись назад. Я же завёл двигатель и принялся разворачиваться, чтобы покинуть парковку, перевалив через невысокое ограждение и тротуар. Не хотелось выходить, чтобы поднять шлагбаум.

Сразу из двух окон высунулись работники, которые пытались что-то кричать и слабо махали руками. На заднем сиденье соловьём заливалась кошка, рассказывающая о том, какие ужасы нам пришлось пережить внутри здания. Я же наконец вырвался на дорогу.

Странно это — ехать по дороге, между самых обычных машин, но при этом точно знать, что совсем недавно чуть не погиб. А ещё — освободил и скорее всего спас приличное количество людей. По сути, всю администрацию Индустриального района в полном составе.

К счастью, Беатрис хватило, чтобы приковать к себе внимание всех спутников. Что радовало — говорить о происшествии мне сейчас совсем не хотелось. Как и расспрашивать о его деталях, если уж на то пошло. Хотя последнего в любом случае не избежать — нужно будет задать кошке, как минимум несколько дополнительных вопросов.

Припарковав машину на парковке около дома, вышел. И почти сразу услышал голос соседа.

— Наконец-то. Мы тебя ждали.

Снова Григорий и двое его родственников. Шагали ко мне с видом почётного посольства. Правда, когда приблизились, торжественности во взглядах сразу поубавилось.

— Почему у тебя кровь? Что случилось?

В глазах знакомого, который стоял за правым плечом своего отца, отразилось напряжение. А я пожал плечами.

— Один день из обычной жизни духоглядца. Мой дед назвал бы это обычной средой.

— Но сегодня вторник, — озадаченно пробасил его младший брат.

Старший баби нгепет глянул на него, как на полного дебила и тот тут же выпятил грудь вперёд, старательно пялясь в никуда. А лидер этого небольшого клана посмотрел на меня.

— Обязаны мы тебе, лесной маг. Пусть сначала подверг ты опасности отпрысков моих, но то вина сына, что решил плату тебе воздать. Теперь же спас ты внука ещё раз. Будет надо — зови. Встанем под твои знамёна и окропим землю кровью твоих врагов.

Неужто церемониал настолько глубоко вшит в культурный код? Даже Василий, который совсем не напоминал человека, что может вот так изъясняться, в «официальной» беседе переходил на такой вот стиль.

— Рад, что с ребёнком всё в порядке. Если что, позвоню.

Лица у них стали такими, будто они мне торт в подарок притащили, а я крем попробовал и сделал вид, что меня тошнит. Даже неудобно на миг стало.

— В том смысле, что мне пришлось приложить для этого немало усилий. И как только мне потребуется прикончить кого-то, с кем не выйдет совладать, я вас обязательно позову. А теперь, прошу меня извинить. Дважды за день чуть не помер. Надо бы отдохнуть.

— Когда будете благодарить в следующий раз, не забудьте встать на колени, мурр. И притащить рыбки. Всем, кто придёт на аудиенцию без рыбки, будет в ней отказано! Навечно!

Это я даже комментировать не стал. Слишком вымотался. Молча потопал дальше, ко входу в подъезд.

Если не брать во внимание кошку, остальные тоже старались вести себя максимально тихо. Видимо уловили, что сейчас лучше не лезть с вопросами.

Первым тишину нарушил капитан второго ранга. Когда оказались в студии, оглянулся по сторонам. Присвистнул.

— И вот тут ты живёшь? При всём уважении, но как-то бедновато. Это самое… У меня тут набросочки есть. Пара мест, где деньжата солидные лежат.

Интересное у моряка в отставке было хобби, что сказать. Хотя, с чего я взял, что он раньше ничем подобным не промышлял?

— Сейчас отдыхаем. Поесть закажите что-то. Влада — на свой вкус выбери. И колы в магазине возьми. Часа полтора на отдых. Дальше едем к аяттаре.

Взгляды у всей троицы стали изрядно удивлёнными. Согласен — раньше я так не выражался. Однако, опять же — усталость сейчас была такой, что хотелось сократить всё общение до минимума.

Кошка спрыгнула, устроившись на кресле. Я же открыл ящик стола, роясь в вещах. Где же он? Был ведь где-то тут? Точно его видел.

Есть! Вот он, старинный айфон. Настраивал его отцу я сам, так что отлично знал оба пароля. И от телефона, и от аккаунта.

Зарядка обнаружилась здесь же — спустя какие-то секунды я уже поставил его на зарядку. Сам уселся рядом, привалившись спиной к стене.

— Тебе что-то взять? — рядом послышался голос Влады.

Осознав, что мои веки опущены, открыл глаза, глянув на шаманку. Секунду подумал. Непонятно — голод почему-то не ощущался. Раньше, когда речь шла о поглощении большого объёма энергии, я всегда его чувствовал. Вот сейчас — нет.

— На своё усмотрение.

Шаманка вздохнула. Покосилась на кресло, где разлеглась Беатрис. И вернулась к кухонному столу, около которого уже стояли Верпа с Василием.

Наверное стоило попросить её сделать кофе. Но этим я мог заняться и сам. Тем более, откуда ей знать, сколько ложек мне нужно?

Уже приготовился встать, но тут рядом прозвучал звук загрузки. Телефон включился и показал заставку. Введя пароль, дождался полной загрузки. Аппарат не трогали уже несколько лет — ему нужно было немного времени, чтобы перейти в рабочее состояние.

Вай-фая в квартире давно не было — отключили за неуплату. Поэтому врубил раздачу на собственном телефоне и подключился к ней. Дальше осталась чисто техническая задача — открыть сохранённые пароли, зайти на почту и запустить процесс обновления.

Дождавшись, принялся листать. Потом понял, что так можно скроллить бесконечно и попытался отыскать нужное через поиск.

На запрос «Киргизия», мне выдало целую груду всего. Поиск по «отелю» и «гостинице» ничего не дал. Поэтому я вбил свою фамилию.

Первое, что бросилось в глаза — пришедшее всего двадцать пять дней назад письмо с темой «Личные списки гусарских полков». Я настолько удивился, что даже глаза протёр. А поняв, что оно осталось на месте, клацнул. Обнаружив внутри сопроводительный текст о том, что по запросу Виталия Корнилова проведены работы и восстановлены точные списки гусарских полков Российской империи за период от их появления до исчезновения после революции.

К письму прилагалось несколько файлов, включая документ, где судя по названию, отслеживалась судьба гусар уже после того, как их части были официально расформированы. Мелким шрифтом внизу упоминалось, что от аванса осталось двести пятьдесят тысяч, которые команда будет рада вернуть. Либо оставить себе в качестве дополнительного вознаграждения.

Всё это выглядело идиотской шуткой. Двадцать пять дней назад мой отец был мёртв и…

Стоп! Он ведь жив. Вернее, может быть жив.

Я сместил палец, нажав на «отправленные». И разочарованно выдохнул. Ни одного письма, которое ушло бы после их поездки в Киргизию. Но тогда получалось, он оставил заказ неизвестным задолго до поездки. Ещё и оплатив наперёд. Какой ему резон искать списки гусар?

Подняв голову, бросил быстрый взгляд на Беатрис, которая вопросительно мявкнула. Увидев, что реакции с моей стороны не последовало, тут же начала подниматься на лапы.

Письмо я тут же закрыл. Пальцы сработали сами — на чистых рефлексах. Вроде опасаться тут было нечего. Но показывать это сообщение кошке категорически не хотелось.

Зато, стоило мне немного пролистать вниз, как взгляд зацепился за другое письмо. С темой «Поездка на Иссык-куль». К моменту, когда кошка оказалась рядом, именно его я и открыл.

Всё было здесь. Билеты, бронь отеля, рекомендации туристического агентства. Классический набор документов. Но помимо этого, имелось кое-что ещё. Личный номер главного врача роддома. Указанный в качестве дополнительной информации.