Наверх мы поднялись за какую-то минуту. Всего-то надо было добраться до лифта, доехав в нём до двадцатого этажа.

Шаманка с кикиморой нашлись сразу же. Вернее услышались.

— Да за такое ему глаза надо выдавить и пальцы камнями перетереть. Чтобы никогда больше не смог чужих женщин осквернять, ирод!

— Он массажист! Это его работа, трогать клиенток!

Забавно, но его защитницей тоже была женщина. Судя по всему, в возрасте.

— ТРОГАТЬ? Он полотенце с задницы стянул и сначала ягодицы развёл, а потом между ног пальцами своими полез. Да если бы я в себя не пришла, этот урод уже разделся бы давно и сверху залез!

Вот и Влада. Голос шаманки натурально звенел от ярости. Впрочем, сам я тоже начинал злиться. Мало того, что они допустили подобное, так ещё и пытаются защищаться? Что у этих уродов в голове?

— Предлагаю его оскопить, мурр. В ресторане есть круглый стол, он идеально подойдёт. Сначала отрежем и прижжём. Потом ведьмак пусть приведёт в норму. А дальше каждый холоп по разу ударит его кнутом. Как закончат — скинем в хлев, к свиньям. Как в старые добрые времена…

К тому, что кошка порой переходила к каким-то абсолютно архаичным методам наведения порядка, я уже привык. Что удивило, так это реакция собственного разума. Который на всё это посмотрел вполне положительно.

В следующую секунду я уже растолкал нескольких работников, которые стояли у дверей комнаты и влетел в проём.

Молодой парень со смазливым лицом и жалким выражением лица. Из носа капает кровь, левая рука держит правую, баюкая пальцы. Застыл в углу, откуда затравленно смотрит на Владу с Верпой. Те напротив, около стены. А рядом с незадачливым насильником женщина лет сорока пяти, которая уставилась на меня.

— Заберите этих дур своих. Они на работника напали! Искалечили! Я сейчас полицию вызову.

И телефоном, который в её руке был сжат, потрясла так многозначительно. Беатрис на моём плече злобно мурлыкнула, а за спиной хмыкнул ведьмак.

— Не только у стариков бес в ребро, оказывается.

Как по мне — вероятно так и есть. Единственное альтернативное объяснение — паренёк был её сыном. Как раз годился по возрасту.

Лютники имелись у обоих. Правда какие-то странные. У массажиста сразу несколько красно-жёлтых наростов по телу, самый крупный из которых был в районе паха. Все связаны между собой нитями. Плюс почти полностью чёрный череп, который выглядел так, будто был покрыт толстым слоем плесени.

У женщины — пара классических алых блинчиков на висках и почти полностью жёлтая, сочащаяся какой-то мерзостью плямба между ног.

Говорящая картина. Я бы даже сказал, кричащая о ситуации. Судя по всему, родственниками эти двое не были.

— Звони. Посмотрим, что они скажут. Знаешь, сколько нынче дают за попытку изнасилования? А за попытку его сокрыть, с использованием служебного положения?

Парень ойкнул, а женщина вытаращилась на меня.

— Сокрыть? Да что тут скрывать? Какая-то шлюха кричит, что её за жопу полапали. На массаже! Доказательства у неё какие? Слово против слова⁈

Тонкий момент, согласен. Но это он только для суда может стать тонким. Полицейские ещё любят по этой же причине такие дела отсылать нахрен. Чтобы статистику им не портили. Потому как, если не выйдет доказать, начальник даст по шапке. Прокурорские тоже не погладят. Процент раскрываемости, который должен вечно расти и никак не может падать, на спад пойдёт. Вселенская проблема из-за одной бумажки.

Да и вообще, чтобы с таким делом разобраться, нужно реально пахать. Плюс быть специалистом. А где взять время на погружение, даже если у тебя есть желание? Когда некомплект жутчайший и наверху всем плевать на реальность. Им циферки красивые подавай.

Всё это промелькнуло в голове за какую-то секунду. Я же застыл в немом удивлении. Никогда ведь не имел отношения к полиции. Даже не задумывался об этой их внутренней кухне. Так откуда тогда всё это взялось? Такое ощущение, будто я в этой системе отпахал лет двадцать, став угрюмым, ни во что не верящим алкоголиком, которому класть с пробором на любой криминал, если там не светит бабло или перепихон с потерпевшей, либо подозреваемой.

Тьфу ты. Гадость какая в голову лезет. Откуда только?

— Ты чего башкой своей крутишь? Забирай их и валите отсюда. Телефон только оставьте для компенсации.

Что-то проговорила Беатрис. За спиной послышался шёпот Василия. Зазвенел голос Влады. У меня же внутри, как будто забил вулкан, начавший извержение гнева.

Я шагнул вперёд, чувствуя как раскаляется от потока силы позвоночник и энергия течёт к глазам.

— Ты омерзительна. Тварь, которая недостойна жизни.

Женщина тихо взвизгнула, прижавшись спиной к стене. Я же направил силу к правой руке, готовясь создать шпагу и располовинить её надвое.

— Смилуйтесь, Ваше Златешейство! Не губите заблудшую душу!

Медленно повернулся. Мужчина. В возрасте и со странными ушами. Глаза вертикальные. На меня правда он не смотрел — только мельком мазнул взглядом и тут же рухнул на колени, впечатавшись лбом в пол.

— Пощадите! Хотите, уволю их сегодня же. Всех тут уволю. Давно надо было чистки устроить.

— Ты что творишь, гусар? Приди в себя, мурр! ОЧНИСЬ!

Ментальный вопль Беатрис, который видимо был нацелен только на мой разум, наконец добрался до адресата. Я её услышал. А заодно немного пришёл в себя. Осознав, что собирался натворить.

К счастью, хотя бы дверь в помещение была закрыта. Надеюсь людей снаружи он тоже отослал прочь. Иначе объяснить им всю ситуацию будет крайне проблематично. Если вообще возможно.

Массажист кажется совсем поехал головой от страха. Вжался в угол, обнимая руку, оглядываясь по сторонам и плача. Женщина, которая его защищала, стояла, прижав руки к лицу. Вот это навёл я шороху, что сказать.

На лице Верпы было выражение чистого восторга. А вот Влада смотрела на меня со смешанным чувствами. Как и ведьмак, пальцы которого обхватывали рукоять старинного нагана.

— Уволить? Думаешь этого будет достаточно?

Да, меня отпустило. Но стоило ещё раз вернуться к картинке того, что тут происходило, как ярость начинала кипеть с новой силой. Да и решение отпустить массажиста на все четыре стороны, совсем не казалось правильным. Чисто по-человечески — он ведь просто сменит место работы и начнёт повторять то же самое.

— Какой странный запах, мурр. Чашка. Там не просто чай…

— А что тогда?

Говоря, шагнул к той самой чашке. Пиалке, которая была почти полной. И вопрос, кажется задал вслух.

— Не уверена, но пахнет какой-то гадостью. Людишки бывают такие мерзкие, мурр. Почему нельзя просто рвать глотки когтями?

— Я сделала только глоток и всё. Вкус странным показался.

Только сейчас вдруг понял, что девушка стояла, прикрывшись простыней. Под которой проступали очертания груди. Надо бы ей одеться, наверное. Только сначала разобраться со всем этим.

— Позвольте я проверю, господин?

Кикимора, которая к счастью так и осталась в одежде, вытянула руку. Когда дал ей чашку, сделала глоток. Погоняла жидкость во рту. Выплюнула на пол.

— Отрава. Убить не убьёт, но по мозгам так шарахнет, что забудешь как думать.

Вот оно что. Я то удивился, что грёбанный ублюдок так легко и просто полез лапать гостью отеля. Номера тут не самые дешёвые, люди тоже бывают непростые. А этому типу такое похоже только доставляло удовольствие. Опоить и поиметь женщину, которая стоит выше по статусу. Возможно ещё и чья-то жена.

— Не знал я, Ваше Златешейство. Не подозревал, что они таким промышляли.

Сложно. Очень сложно сейчас было удержаться от того, чтобы просто не достать пистолет, застрелив обоих.

С другой стороны, зачем так грубо? Есть куда более тонкие методы.

— Жёлтое, это то, о чём я думаю?

Слова я вновь рефлекторно произнёс вслух. Беатрис тоже не стала не стала заморачиваться со скрытным ответом.

— Именно. Они стали такими сами, мурр. Решили окунуться в грязючку и не выплыли. Гусары подобных сжигали. Заживо. Ох и орали же эти твари, когда припекало.

Мужчина, который и так стоял на коленях, издал протяжный звук. Что-то среднее между всхлипом и стоном.

— Ваша Синеокость! Одна из восемнадцати! За что ж мне такая честь! Молю, не убивайте здесь всех. Только эти два виновны. С ними делайте, что пожелаете и соответственно закону! Сожгите, изрубите, освежуйте — никто и слова не скажет.

Переобулся он моментально и как-то слишком резво. Только недавно речь шла о выборе между смертью этой парочки и их увольнением. Теперь же мужчина умолял убить только их самих, сохранив жизни остальным.

Внутри головы всё плыло. Видимо и правда переутомление сказывалось. Жаль пива не дождались. Возможно после порции гиннеса, я бы сейчас соображал чуть лучше. А в голове не бурлили бы полностью противоположные желания.

— Да какого хрена? Что вы такое несете, Андрей Васильевич? И чей это был голос?

Я обернулся. Смерил взглядом женщину, которая из-за своих вросших аномалий выглядела абсолютно омерзительно. Потом прогнал в голове, что стало с теми, кому распылили крупные лютники. И ударил.

Сверкнули золотые нити. Одна ударила в её пах, где тут же лопнула жёлтая плямба, разбрызгивающая капли. Сразу две впились в виски. Ещё несколько растворили тёмные наросты.

Когда она сползла по стене на пол, мой взгляд обратился в сторону паренька. Тот продолжал что-то бормотать, отчаянно водя по сторонам взглядом. А я ударил по его собственным красно-жёлтым образованиям, между которыми тянулось множество связывающих «ниточек».

Массажист захрипел и завалился по стене вниз, упав боком на пол. Я же посмотрел на Владу.

— Хочешь, добей обоих. Тела вынесем, Верпа растворит во дворе. Но они и так сдохнут.

— Ещё как сдохнут, мурр. В таких муках, что доктор прописал.

Различать физические и энергетические тела, для меня до сих пор было сложно. Но дыры, которые оставило уничтожение аномалий, были видны невооружённым взглядом. И как я понимал, почти не оставляли этой парочке шанса на выживание.

— Благодарю, Ваше Златешейство! Извините, что не прознал о вашем визите раньше. Позвольте загладить вину свою.

Я опустил взгляд на мужчину, который так и располагался внизу.

— Василий. Разберись. И давайте уже выйдем отсюда. Даме надо переодеться.

Взгляд шаманки, который был прикован ко мне, стал ещё более странным. Да и сам я ощутил непонимание. Потому как откуда всё это лезло, оставалось абсолютно непонятным.

Что интересно — послушались меня тотчас. Ведьмак вместе с мужчиной, который был то ли совладельцем, то ли старшим менеджером этого отеля, выволокли массажиста и женщину, что оказалась его начальницей. Верпа встала у дверей комнаты, сложив руки на груди и осаживая сотрудников, которые до сих пор отирались рядом, ожидая развязки.

Впрочем, с ними быстро разобрался местный руководитель. Не знаю, что именно он им озвучил, но те рассосались со скоростью света.

Все переговоры с ним самим взял на себя ведьмак, к которому порой присоединялась Беатрис. Наверняка эта парочка пыталась ободрать его, как липку. Но прямо сейчас мне почти не было до этого дела. Всё, что заботило — хаос в собственной голове.

Завтра, как только посмотрим дом, нужно будет наведаться в Кислотку и отыскать Дарью. Пусть расскажет, почему хотела предотвратить мою инициацию. Возможно и ещё на пару вопросов ответит из той бури, что прямо сейчас бушевала в голове.

— Идём?

Моргнув, чуть повернул голову. Шаманка. Стоит и смотрит на меня блестящими глазами. Когда выйти только успела из комнаты. Хотя я сейчас в таком состоянии, что легко мог не заметить чего угодно.

— Не извольте беспокоиться, Ваше Златешейство, — снова приблизился к нам Андрей Васильевич. — Для вас всё полностью бесплатно. И сейчас, и если пожелаете, в будущем. Деньги за номера вернут. Заказывайте всё, что угодно и не стесняйтесь обращаться с просьбами.

Отвесив поклон, он развернулся, быстро удалившись по коридору. А на моё плечо взлетела кошка.

— Крепкий банник попался. Не захотел свою долю отдавать, мурр. Ведь мог бы; Но не захотел. Н-да… Никакого уважения…

— Зато всё за счёт заведения, — радостно добавил Василий. — Шеф-повар уже готовит угощение на свой выбор.

— Да оно как-то уже и есть перехотелось, — тихо заметила Влада.

В том, что касалось еды, я с ней был солидарен. Но вот опрокинуть кружку холодного гиннеса, да ещё на разлив, был совсем не прочь.

Сама шаманка, как только мы спустились, заказала бокал вина. А Верпа, пробежавшись по списку вариантов в меню, поджала губы, о чём-то раздумывая. Потом ткнула пальцем.

— Можно мне вот это.

Девушка наклонилась ниже.

— Односолодовый Маккалан, двадцатипятилетней выдержки. Один бокал? Со льдом?

— Нет… Мне бутылку наверное. Хотя нет, давайте две.

Официантка медленно выпрямилась. Моргнула.

— Две бутылки? А бокалов сколько?

Кикимора нахмурилась.

— Две бутылки и один бокал. Сбрызнуть жизнь этим вашим горлодёром хочу, что тут непонятного?

Могу поспорить — непонятным для официантка в этой ситуации было почти всё. Но говорить она, предсказуемо, ничего не стала. Когда главный босс сообщает, что этой компании нужно подавать всё что угодно, за счёт заведения, лезть с лишними вопросами станет только психопат.

Уверен, перед тем как притащить нам две бутылки «Маккалана», она всё же сообщила шефу. И дождалась его ответной реакции. Потому как виски стоил столько, что в случае ошибки, бедолаге пришлось бы, минимум, полгода работать здесь бесплатно.

Ради справедливости, отреагировал банник очень быстро — виски нам принесли сразу после жареного лосося и тарелки икры.

Всё та же самая официантка выставила на стол две бутылки. Опустила рядом красивый бокал. Покосилась на Беатрис, которая радостно пожирала красную икру. И открыв одну из бутылок, решила налить кикиморе.

— Ты что, девочка? За кого меня принимаешь?

Верпа перехватила её руку, подав «сигнал» наливать дальше.

— Мне до краешков.

Подошедший парень, что принёс вино для Влады, аж замер, смотря на это зрелище. Взгляд метался от быстро наполняющегося бокала ко второй бутылке и обратно. Из ступора тот вышел только после того, как Василий щёлкнул пальцами.

Наконец оба удалились. И ведьмак первым поднял свою кружку эрдингера, которую успели принести.

— Бахнем! За то, чтобы нас узнавали до того, как сотворят какую-то херню. И превентивно помирали в мучениях.

Подняв кружку, коснулся остальных. Сделал большой глоток, прикрыв глаза и чувствуя, как холодное пиво вливается внутрь. А потом, к своему удивлению обнаружил, что напиток закончился.

— Вот это я понимаю. По-флотски! По-нашему!

Ведьмак опустил на стол собственную пустую кружку и обернулся.

— Гарсон? Будьте любезны, повторить пиво.

Рядом на стол опустился пустой бокал Верпы. Сама кикимора секунду посидела, смотря перед собой. Потом протяжно выдохнула.

— Ну, сойдёт. Не настойка на корне осины, конечно. Даже рядом не стоял. Чё ты лыбишься, морячок? Знаешь, какая забористая получается? Туда ещё крапивы чуть и пару клыков гадючьих. У-ух вещь будет! Не то, что это пойло.

Влада, которая выпила не больше половины бокала, смотрела на неё с безумным изумлением. Да и мне было удивительно. Хотя, визуально с кикиморой всё было в порядке. Речь немного ускорилась и щёки чуть покраснели. Но обычный человек, влив в себя полный бокал виски, просто уже готовился бы упасть на пол. Там же объём, не меньше четверти литра. А бокал под самый край наполнен был.

Через секунду нам принесли пиво. Потом колбаски и жаркое. Следом — какие-то салаты. И ещё пиво, потому что предыдущее мы успели выпить.

Дальше последовала серия блюд от шефа, которые тот стилизовал под высокую кухню. Ну или это она и была. Скромный размер порций, приемлемый вкус и скорее всего, безумные ценники.

— Долго нам ещё будут таскать эти закуски для карликов? Давайте уже что-нибудь нормальное!

Официант, который только что принёс четыре новые тарелки, застыл с подносом в руке и посмотрел на Верпу.

— Чего именно изволите желать?

В голосе сквозило неподдельное уважение. Вполне объяснимое — лесная старуха на их глазах осушила почти две бутылки односолодового виски, вливая его в себя порциями по половине бокала. При этом всё ещё могла говорить и в целом вела себя адекватно.

Хотя, я вот тоже влил в себя аж четыре полных кружки гиннеса. А опьянения, как такового почти не было. Только тиски вокруг головы разжались и отступил тот безумный хаос, что всё это время бушевал внутри.

Правда, теперь хотелось в туалет. Поэтому я возложил бремя заказа на плечи Верпы и Василия, которые казалось, ничуть против этого не возражали. Сам же поднялся и выйдя из нашего закутка, сразу же свернул налево, двинувшись вдоль линии искусственных деревьев в кадках. Прямо между ними и панорамными окнами, за которым уже было полностью темно.

— Вы видели, как она глушит? Не может так человек!

— Две бутылки в одно рыло… Да меня бы так размазало, что потом два дня бы не вставал.

— Мля, она только что ещё две заказала… Как после такого жить, пацаны? Старуха реально какой-то джедай…

Я даже притормозил немного. С противоположной стороны ряда деревьев стояла небольшая компания местных работников. Посетителей в зале было не так много, а для обслуживания нашего столика хватало и половины смены. Так что трое свободных сгрудились сейчас здесь.

— А давайте к ней в обучение попросимся?

— Ага. И заодно усыновить нас попросим. Ты дебил что-ли?

— Если обучать будет на маккалане, я согласен. Чё бы и нет.

Забавно. Но не настолько интересно, чтобы задерживаться надолго. Поэтому я просто зашагал дальше. Уже через минуту достигнув своей цели. А спустя ещё три вернувшись назад, за стол.

— Говорю тебе, нельзя взять и просто полететь.

Василий говорил с таким лицом, как будто повторял фразу уже в третий раз. Влада смеялись, прикрывая лицо руками. А Верпа сверлила ведьмака недовольным взглядом.

— Чего это? Я в этом… В интернете вашем видел. Там мужик взял, со скалы прыгнул и полетел.

— Так то в костюме специальном. Который для этого сделан. Если ты скатерть над головой растянешь и с двадцатого этажа сиганёшь, не полетишь.

— А если простынь? — с абсолютно серьёзным лицом уточнила кикимора.

Моряк лишь вздохнул. Сделав солидный глоток пива, посмотрел на Верпу.

— Ладно… Давай я немного расскажу тебе про аэродинамику.

Следующие десять минут они и правда обсуждали именно её. Заставляя нас с шаманкой взрываться приступами хохота. Потом мы перешли к обсуждению телевизионных шоу. Если все остальные с ними были знакомы, то кикимора каждый раз впадала в ступор, не понимая шутим мы над ней или говорим правду.

Следом, каким-то совсем непонятным образом переключились на современное искусство. Оттуда скакнули к японским ресторанам. Снова ненадолго вернулись к полётам. И помчали дальше, перепрыгивая с одной темы на другую.

Ел я немного. Собственно, на еду в основном налегали кикимора с ведьмаком. Они, по сути вдвоем, смолотили целого запечённого гуся, после чего ещё и разобрались со свиными рёбрышками. В промежутках умудряясь есть что-то другое.

Я же в основном пил. Алкоголь работал неожиданно слабо — несмотря на громадный, по моим меркам, объём выпитого, разум всё ещё связно соображал, а тело не подводило.

Беатрис порой вклинивалась в беседу. Но как правило, кошка лежала клубком на скатерти и отдыхала. Проявляя активность только для того, чтобы встать и снова обожраться икры с лососем. Оба блюда ей пополняли регулярно — как мне казалось, моя аристократическая спутница умяла, минимум, килограмм осетровой икры.

Что до шаманки — та много смеялась и регулярно обновляла бокалы с вином. Даже интересно — это у всех связанных с теневой стороной мира такой чудной метаболизм?

Спать мы пошли ближе к полуночи, когда ресторан уже час, как должен был быть закрыт. О времени узнали случайно — когда на это обратила внимание Влада. После чего засобирались. Отдых мне понравился, но голова всё же шумела от объёма выпитого. А завтра утром нам ещё нужно было посмотреть дом. После чего ехать на Кислотные дачи, чтобы отыскать молодую ведунью.

Чаевые я официантам оставил щедрые. Сколько точно не глянул, но навскидку не меньше полтинника. Достаточно, как мне подумалось. В конце концов, никакой совсем уж дури мы в зале не творили. А то, что ели и пили больше, чем другие — так это чисто технический момент.

Кикимора с ведьмаком заканчивать банкет не собирались. Прихватив с собой ещё две бутылки маккалана, правда уже восемнадцатилетней выдержки, вышли на своём этаже, двинув в один из номеров. И мы с Владой остались одни.

Шаманка, которая только что почти в голос смеялась шутке Василия, сразу затихла. Опустила глаза, смотря на створки дверей. Потом быстро стрельнула в мою сторону взглядом. Снова уставилась перед собой.

Мы молча вышли на девятнадцатом. Точно так же в тишине прошли внутрь. А пока я запирал дверь, она уже скрылась в спальне.

Беатрис, которая наелась так, что вместо плеча, ехала у меня на руках, была уложена на диванчик около входа. Мой же взгляд обратился ко входу в спальню. Соблазнительно? О, ещё как. Но очень велик был шанс, что это говорит мой нетрезвый мозг. И завтра утром я стану об этом жалеть.

Так что стянул пиджак и бросив его на диван, рядом с кошкой, двинул в гостиную. Открыв мини-бар, достал небольшую бутылку вина — почему-то сейчас захотелось именно его. Открыв, сделал глоток, смотря через высокое окно на ночную Пермь.

— У меня вопрос. Сможешь ответить?

Я обернулся, открывая рот. Да так и замер в такой позе.

Влада была в крошечных, едва заметных трусах. И тонкой облегающей майке.

— Что молчишь, духоглядец? Сможешь сам ответить, без своей кошки?

Всё-таки она тоже поднабралась. Не настолько, чтобы язык заплетался и девушка вытворяла всякие глупости, но достаточно для большей живости сознания.

— Так ты сначала задай.

Я развернулся, стараясь смотреть ей в глаза, а не пялиться на всё остальное. Она же улыбнулась.

— Вот скажи мне, как обойти запрет на присягу?

— Что? Ты о чём?

Она раздражённо выдохнула. Подошла ещё ближе — я почувствовал аромат духов и запах женского тела. С трудом удержавшись от того, чтобы шагнуть навстречу и обхватить её руками.

— Так много вариантов что-ли? Это вы себе свиты собираете и гаремы. Шаманки дают обеты верности только в двух случаях.

Наверное она хотела, чтобы я спросил, в каких именно. Но вместо этого я просто стоял на месте, продолжая её рассматривать и отчаянно сражаясь со своими инстинктами.

— Когда речь идёт про учителя, и когда они выходят замуж. Хочу напомнить, мой учитель мёртв, златоглазый.