Наконец-то этот безумный вечер заканчивается. Наконец-то можно с чистой совестью покинуть праздник Тихого и выдохнуть. Мы справились, мы пережили это мучение. Только один отравляющий сознание танец, и вот она долгожданная свобода.

Мы с Майоровым выходим из ресторана, и холодный воздух ударяет в лицо, прогоняя остатки шампанского и душной атмосферы юбилея. Богдан ведёт меня к машине, придерживая меня за талию. Я чувствую, как он напряжён, как его челюсти сжаты.

— Ты как? — спрашивает он, открывая дверь.

— Жива, — отвечаю я, садясь внутрь.

Он обходит машину, садится за руль. Заводит двигатель, и мы выезжаем на пустынную ночную улицу. Город уже спит. Всё, что встречается на пути — это огни витрин, редкие прохожие, светофоры, мерцающие жёлтым.

Мы молчим. Я смотрю в окно, на проплывающие здания, и чувствую, как напряжение потихоньку отпускает. Танец с Тихим, его липкие прикосновения, его слова — всё это осталось там, за хрустальными люстрами. А здесь, в машине, пахнет кожей и Богданом.

Рядом с ним я чувствую себя в безопасности. Рядом с ним тепло и комфортно.

— Ты не хочешь обсудить то, что сказал Тихий? — спрашивает Богдан, не глядя на меня.

— Нет, — отвечаю честно. — Хочу забыть.

Он кивает. Понимает.

Мы заезжаем сначала ко мне домой — покормить Маркиза, который, словно чувствуя, что я не буду ночевать дома, трётся о ноги, не притрагиваясь к еде.

— Прости, Маркиз, — говорю я. — Так надо. Скоро я вернусь. Или заберу тебя с собой.

Смотрю вопросительно на Богдана. Он закатывает глаза:

— Алёна, давай позже. Сейчас есть дела поважней кота.

Я соглашаюсь. Хотя что может быть важней Маркиза?

Мы едем к Богдану — теперь уже не обсуждается, где я ночую. Это стало нормой. Моя маленькая квартира с Маркизом снова ждёт меня завтра, а сегодня я буду в его постели. В его руках. Там, где мы сможем сбросить напряжение и забыться.

Мы заходим в его квартиру, и я чувствую, как усталость наваливается всей тяжестью. Снимаю туфли, бросаю их у порога. Богдан помогает расстегнуть молнию на платье, и я выдыхаю, когда ткань перестаёт сжимать рёбра.

— Иди в душ, — говорит он, целуя меня в висок. — Я приготовлю чай.

Я киваю, бреду в ванную. Горячая вода смывает остатки вечера — запах чужого парфюма, прикосновения, страхи. Я стою под струями, закрыв глаза, и чувствую, как слёзы подступают к горлу. Слёзы облегчения. Мы справились.

Выхожу в его футболке, волосы мокрые, лицо без макияжа. Богдан сидит на диване, перед ним — две чашки с чаем. Он смотрит на меня. Его взгляд скользит от босых ног вверх до самого лица, и когда наши глаза встречаются, я замечаю привычные огоньки. Он уже настроился на горячее общение со мной.

— Иди сюда, — говорит он, протягивая руку.

Я прохожу к нему, чувствуя, как внутри всё разжигается. Сажусь рядом, он обнимает меня, прижимает к себе. Я чувствую его тепло, его дыхание. И в этот момент так хорошо и спокойно, что даже не верится, что мы вообще выбирались куда-то в свет.

А ещё… мне очень хочется, чтобы мы поскорее забыли обо всем заботах. А чай может и подождать. Я перекидываю ногу через него, устраиваясь верхом.

Смотрю в его глаза лукавым взглядом, вижу, как на его губах расплывается усмешка.

— Нетерпеливая, — хмыкает он и кладёт руку на мои бёдра, притягивая к себе ближе.

— Богдан... — шепчу я.

И когда я уже тянусь к его губам, мой телефон вдруг оживает.

Он лежит на журнальном столике, и экран загорается, разбрасывая по комнате бледный свет. Вибрирует, привлекая к себе внимание.

Эх, надо было отключить его, чтобы не отвлекал. Но я и подумать не могла, что кто-то будет мне писать в такое позднее время. Только Ира могла записать голосовое, но внутри что-то нехорошее стягивается, заставляя меня всё-таки проверить.

Отодвигаюсь от Богдана, беру гаджет. Сообщение с неизвестного номера. Хмурюсь, но открываю.

И мир застывает в одном кадре.

Это фото. Мы с Богданом в машине под мостом. Целуемся. Я на нём, мои руки в его волосах, его пальцы на моей спине. Свет от приборной панели выхватывает наши лица. У меня ззакрыты глаза, а Богдан запрокинул голову.

У меня перехватывает дыхание.

Текст под фото: «Красивая пара. Жаль, что ненадолго. Не забывай, крошка, со мной всё будет по-настоящему. Скоро увидимся».

Я не могу пошевелиться. Не могу дышать. Пальцы дрожат, телефон выскальзывает, Богдан успевает его поймать.

— Алёна?

Он смотрит в экран.

Его лицо каменеет. Я вижу, как напрягаются желваки, как сжимаются пальцы на корпусе телефона. Как в глазах вспыхивает что-то тёмное, опасное.

— Это Тихий, — шепчу я. — Откуда... откуда у него это фото?

Богдан молчит. Долго. Секунды тянутся, превращаясь в вечность.

— В машине мог быть жучок, — говорит он, наконец. Голос ровный, но я чувствую, как он сдерживается. — Камера. Видимо кто-то следил за нами. Я узнаю.

— Узнаешь?

Я смотрю на него, и внутри нарастает паника. Я и подумать не могла, что у этого ненормального такие возможности. Я не знала, что моя жизнь мне совсем не принадлежит.

— Тихо, — он берёт меня за плечи, смотрит в глаза. — Тихо, Алёна. Дыши.

— Как я могу дышать? — вырывается у меня. — Он нас сфотографировал! Он наблюдал… за...

— Не думай об этом. Он не получит тебя. Я не отдам, — Богдан говорит твёрдо, жёстко. — Не позволю.

— Но откуда... откуда он узнал, где мы будем? Как он нас нашёл? — я слышу свой тонкий, панический голос и ничего не могу поделать. — Если он следил за нами, значит, он знает про твою квартиру? Про мою? Про Маркиза?

— Алёна, — Богдан притягивает меня к себе, обнимает. — Послушай меня. Я разберусь. Я найду, откуда у него это фото. И я сделаю всё, чтобы он больше никогда к тебе не приблизился.

— Обещаешь? — шепчу я в его грудь.

— Обещаю, — он целует меня в макушку. — Но сейчас... ты должна быть сильной. Не показывать страх. Не отвечать на это сообщение. И делать вид, что ничего не случилось.

— Как я могу делать вид? — я поднимаю на него глаза. — Я… я боюсь, Богдан. Если у него везде есть свои люди, если он следит за каждым нашим шагом…

Я смотрю в его глаза и до безумия хочу поверить, расслабиться. Хочу знать, что он решит все проблемы, что этот кошмар когда-нибудь закончится.

— Богдан...

— Завтра я займусь этим, — перебивает он. — Найму людей, проверю машину, офис, твою квартиру. Узнаю, кто его человек. А сейчас просто побудь со мной.

Он отодвигается, снова берёт мой телефон. Смотрит на сообщение, на фото. Его пальцы сжимаются.

— Я уничтожу его, — говорит он тихо, почти неслышно. — Клянусь.

Я не знаю, о ком он говорит — о Тихом или о том, кто сделал это фото. Может быть, об обоих. Но я точно знаю, что он не оставит это так просто.

Это уже не просто гипотетические предложения, не просто угрозы. Это реальное вмешательство в частную жизнь. Богдан его растопчет. Уверена.

Я прижимаюсь к нему, пытаясь успокоиться.

А где-то там, в темноте, Тихий улыбается. И ждёт.

«Скоро увидимся».