Малфой кивнул, продолжая внимательно смотреть на неё.

— Я могу нанести анальгетик на порезы, которые не буду зашивать. Использование обезболивающих зелий на глубоких порезах невозможно, так как те могут притупить твои ощущения и мы не сможем понять, правильно ли формируется рубцовая ткань. Процедура будет очень болезненной.

— Я в курсе, — ответил Малфой жестким голосом.

Гермиона достала из сумки бутылку с текилой и поставила ее на стол.

— Алкоголь должен помочь. Конечно, не стоит доводить себя до опьянения, но если ты выпьешь немного, это поможет тебе перенести боль. При этом мы сможем удостовериться, что швы не будут мешать подвижности твоей спины. Это маггловское спиртное — текила. Очень дешевое. Орден не выделяет нам отдельный бюджет на алкоголь.

Она взяла в руки флакон с Успокаивающим зельем:

— Двойная доза успокоительного также должна помочь перенести процедуру. Нужно, чтобы твоё тело оставалось расслабленным.

Она передала Драко флакон с зельем и проследила, чтобы он его выпил.

— Готов? — спросила Гермиона. Она уже и забыла, когда в последний раз так волновалась перед процедурой исцеления.

Малфой оседлал стул, и девушка приступила к работе.

Она аккуратно срастила разорванные мышечные волокна и зашила кожу, а затем заставила Малфоя свести и развести лопатки и покрутить плечом. Кожа на рубце мешала его движениям. Гермиона использовала специальное заклинание, чтобы уменьшить ее натяжение, но и оно не помогло. Ей пришлось удалить часть новых тканей и вырастить их заново.

От постоянных движений и воздействия магии через какое-то время все руны на его спине стали кровоточить.

Она успела зашить четыре глубоких раны, прежде чем Драко не выдержал и взмахом палочки призвал бутылку элитного огневиски.

Гермиона подождала, пока он вытащит зубами пробку и сделает несколько жадных глотков. Затем он поставил огневиски рядом с бутылкой текилы и устало опустил голову на спинку стула.

— Блять. Блять. Блять, — бормотал он сквозь зубы.

— Прости, — тихо сказала она, мягко опустив руку ему на спину и возобновляя работу.

— Обойдёмся без сожалений, Грейнджер, — почти прорычал Драко. Его лицо было бледным, а костяшки пальцев побелели от того, с какой силой он сжимал спинку стула.

Он стал делать по несколько глотков огневиски после каждой зашитой Гермионой руны.

К тому времени, как девушка приступила к работе с другим плечом, Драко уже казался слегка опьяневшим.

— Твою мать, — простонал он низким голосом. — Я и так в курсе, что ты кровожадная стерва. Тебе не обязательно доказывать мне это.

Гермиона сжала губы в тонкую линию, чувствуя одновременно легкую обиду от его слов, странное веселье и сочувствие.

— Стерва, которая занимается твоим лечением, — заметила она.

Он засмеялся.

— Как оказалось.

Он больше не заговаривал с Гермионой до самого конца процедуры, лишь давал односложные ответы на вопросы о самочувствии.

Закончив зашивать раны, девушка очистила его спину от крови.

Она мягко нанесла на руны несколько мазей с анальгетиком и затем смазала их густым зельем, которое должно было помочь смягчить кожу на рубцах. Они были ярко-красного цвета.

Гермиона взглянула на наручные часы. Было около часа ночи. Процедура заняла гораздо больше времени, чем она предполагала.

— Все, я закончила, — подытожила девушка.

Малфой облегченно вздохнул и допил оставшийся огневиски, прежде чем поставить вторую пустую бутылку на пол рядом с первой.

Он просидел неподвижно несколько секунд, словно собираясь с мыслями. Затем склонил голову набок и посмотрел на бутылку с текилой.

— Что это вообще такое, Грейнджер? —спросил Драко, обхватив горлышко бутылки и читая этикетку.

Он не выглядел пьяным. Его речь оставалась четкой, а руки — ловкими. Гермиона никогда не видела, чтобы кто-то, выпивший столько алкоголя, сохранял такое трезвое сознание.

То, насколько сильно он себя контролировал, казалось пугающим.

— Не пей это. Оно очень дешевое. Ты только что залил в себя две бутылки дорогого огневиски стоимостью в несколько сотен галлеонов. Не стоит запивать их чем-то настолько дешевым.

Малфой явно не собирался прислушиваться к ней. Он открутил крышку, принюхался, а затем сделал пробный глоток. И тут же выплюнул текилу на пол.

— Твою мать, Грейнджер! Что это за пойло? Решила теперь попробовать отравить меня?

— Я решила, что это будет хорошим наказанием, если ты все-таки не послушаешь моего совета и не принесёшь что-то на свой вкус, — ответила Гермиона, ухмыльнувшись. — Мне говорили, что текила вкуснее, если закусывать ее солью с лимоном.

— Говорили?

— Сама я редко пью. Тем более по понятным причинам я не пью с магглами, — заметила Гермиона.

— То есть ты даже не знала, что покупаешь. — Он все ещё кривил губы, словно никак не мог избавиться от неприятного вкуса во рту.

— Я просто искала недорогой и крепкий алкоголь, — ответила она.

— И почему я не удивлён. Учитывая, что твой «алкогольный» план — это пить портвейн и притворяться троллем под мостом, — сказал Малфой, посмеиваясь.

В ответ на его слова Гермиона состроила недовольное лицо и продолжила собирать вещи. Подобрав со стола склянки из-под зелий, она принялась копаться в сумке. Девушка выругалась про себя. Она забыла принести Отрезвляющее зелье. Она собиралась взять его из шкафа на Площади Гриммо, но совсем забыла о нем из-за разговора с Гарри.

— Мне пора идти. Ты сможешь аппарировать? — спросила Гермиона, внимательно взглянув на него. Она не считала разумным решением аппарировать в таком состоянии.

Казалось, Малфой задумался над ее вопросом на несколько секунд. Повернув голову из стороны в сторону, словно проверяя ясность мыслей, он вздернул бровь.

— Не думаю, что это целесообразно с медицинской точки зрения, — наконец сказал он.

Гермиона облегченно выдохнула. Она не представляла, что делала бы, если бы Малфой настаивал на том, что достаточно трезв для аппарации. Девушка гадала, смогла бы она оглушить его, если бы пришлось принимать более жесткие меры.

— Хорошо. Мне наколдовать для тебя кровать? У меня они неплохо получаются, — заметила она.

— Так спешишь уйти? — спросил он, вставая и одаривая ее пронзительным взглядом. Он совершенно не выглядел пьяным. — Кто-то ждёт тебя дома?

Вопрос застал Гермиону врасплох. Она подумала о друзьях, которые сейчас веселились без неё в каком-то пабе.

— Нет, — ответила девушка, покачав головой.

— Меня тоже, — заявил Малфой. Затем, не произнеся ни слова и не воспользовавшись палочкой, он наколдовал ещё одну бутылку огневиски. — Давай выпьем.

Гермиона удивленно посмотрела на него. Она никак не могла предположить, что их сегодняшняя встреча повернётся таким образом. Видимо, Малфой на самом деле был ужасно пьян. Учитывая количество выпитого им спиртного, он вообще должен был уже валяться без чувств.

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответила она, направляясь в сторону выхода.

— Да брось, Грейнджер, — возразил он вкрадчивым тоном и приблизился почти вплотную к ней. В его руке была зажата бутылка с огневиски. Он все ещё был без рубашки. — Бедненькая, никому не нужная целительница. Попробуй напиться где-то, кроме речки под мостом.

Гермиона почувствовала, как ее спина коснулась стены, пока она пыталась отодвинуться от Малфоя. Он возвышался над ней, и ей пришлось задирать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Он ухмыльнулся ей в лицо.

— Ты должна быть польщена. Обычно я не пью с другими людьми. Выпивать в компании — дурацкая затея. Алкоголь препятствует окклюменции. Замедляет реакцию. Действительно дурацкая затея.

— Ты уже говорил это, — заметила Гермиона, стараясь нащупать за спиной ручку входной двери.

— Правда? — Он озадаченно моргнул. — Вот видишь... как я и говорил... Но почему-то... когда дело касается тебя, все не так... — Он вздохнул и прислонился лбом к ее макушке. Гермиона замерла в изумлении.

Драко поднёс свободную руку к ее лицу и обхватил ладонью щеку, большим пальцем мягко погладив скулу. Гермиона почувствовала, как у неё перехватило дыхание.

— Ты заставляешь меня принимать неправильные решения. Я не могу понять... Что-то в тебе... — Он поднял голову и слегка отодвинулся, чтобы взглянуть ей в глаза. — Что делает тебя такой особенной?

Гермиона наконец нащупала ручку и повернула ее, попытавшись открыть дверь. Та не поддалась. Она опустила взгляд и увидела, что Драко прижал дверь носком ботинка. Гермиона посмотрела на него, и он ухмыльнулся.

— Ну, давай же, Грейнджер. Где же твоя хвалёная гриффиндорская смелость? — подначивал он. Его голос звучал низко и хрипло. — Выпей со мной. Я даже буду называть тебя Гермионой.

При звуке ее имени, произнесенном Драко, по телу Гермионы пробежала дрожь. Обычная сдержанная манера, с которой он говорил, исчезла. Он вёл себя совсем по-другому. Несерьезно и игриво. Словно кот, поймавший в свои когти мышь.

Гермиона снова подергала дверь. Малфой, казалось, придвинулся ещё ближе. Между ними почти не осталось пространства. Она чувствовала на своём лице жар, исходящий от его тела. Его взгляд был слегка затуманен. Гермиона видела, как блестят глаза Малфоя, пока он смотрел на неё сверху вниз.

Она почувствовала, как сердце забилось быстрее в груди. Гермиона была уже почти готова попросить Малфоя отпустить ее. Почти готова сказать ему, что он ее пугает.

Она уже собралась заговорить, но вдруг остановилась.

Ей нужно было остаться.

Драко Малфой сам преподносил ей себя на блюдечке. В пьяном виде.

Если она ждала удачного шанса, чтобы подобраться к нему, это был он. Возможно, у неё больше никогда не появится такой возможности. Даже Драко признавал, что, решив выпить с ней, совершал ошибку. Что это был риск.

Но остаться с ним было рискованно для неё самой. Эта мысль всплыла где-то на краешке сознания Гермионы. Девушка слегка тряхнула головой и решила ее проигнорировать.

Ей необходимо остаться.

Она постаралась не показывать, что уже приняла решение в его пользу.

— Я не боюсь, — сказала она, гордо приподняв подбородок. Она отпустила дверную ручку.

Малфой ухмыльнулся:

— Правда?

— Правда, — ответила Гермиона, сделав крошечный шаг навстречу ему.

Между ними совсем не осталось места.

Она вырвала у него из рук бутылку и посмотрела на этикетку. Это было марочное огневиски восьмидесятилетней выдержки. Девушка вынула пробку и принюхалась.

Гермиона легко пьянела, но была уверена, что просто притвориться пьяной у неё не получится. Драко сразу раскусит ее план.

Тем более ей нужно было выпить, чтобы набраться смелости. Она не представляла, на что способен Драко Малфой, когда не держит себя в привычных жестких рамках. Подумав об этом, она похолодела от ужаса. Гермиона встретилась с его довольным взглядом и сделала первый глоток.

Один из них сегодня угодил в собственную ловушку. Вопрос заключался только в том, кто именно это был.

40. Флэшбэк 15.

Август 2002.

Огневиски оставил горькое послевкусие у неё в горле, заставляя стук ее сердца немного утихнуть. Острое чувство храбрости наполняло ее изнутри.

Гермиона протянула бутылку Драко, и он сделал большой глоток. Его глаза не отрывались от ее. Наконец он отвёл взгляд. Оглядев пустую комнату, Малфой вытащил палочку из кобуры, пристегнутой к правой руке, и призвал маленький диван для двоих.

Гермиона удивленно посмотрела на него.

— Я не собираюсь тянуться на другую сторону дивана каждый раз, когда мы будем передавать друг другу бутылку, — сказал он. Затем добавил насмешливым тоном: — Я могу наколдовать столик посередине, если тебе требуется граница.

В его глазах читалась насмешка. Он все еще оставался без рубашки.

— Или ты мог бы наколдовать парочку бокалов, — парировала она, бросив на него многозначительный взгляд. Гермиона опустилась на диван и подождала, пока он сделает то же самое.

Он сел, положив руку на спинку за ее плечом, и наклонился к ней ближе, передавая бутылку.

— Твоя очередь. Тебе нужно многое наверстать, — тихо сказал он. Драко был гораздо ближе, чем следовало бы.

Гермиона сделала еще один глоток, пока он продолжал смотреть на нее. Когда она попыталась вернуть бутылку, он возразил и показал жестом, чтобы она продолжала.

— Ты пожалеешь об этом, когда я опять начну рыдать в твоём присутствии, — сказала она, снова возвращаясь к своим мыслям о том, насколько же сильно он был пьян. Гермиона уже чувствовала, как алкоголь начинает ударять ей в голову. С ужина прошло несколько часов, и теплое притупляющее ощущение эйфории уже охватывало ее.

— Ты не так уж много плакала, — заметил Драко, осторожно откидываясь назад. Затем с громким вздохом облегчения он полностью оперся о спинку дивана. — Я и понятия не имел, как сильно скучал по тому, чтобы прислонять спину.

— Будь осторожен в течение следующих нескольких дней, — сказала Гермиона между глотками. — Если не будешь, кожа может порваться, и мне придется переделывать швы. Если хочешь... я могу продолжать осматривать твою спину. Если я продолжу лечить руны еще несколько дней, ты даже не почувствуешь их потом. Как минимум, не физически.

Он ухмыльнулся ей и покачал головой, словно не веря своим ушам.

— Есть ли хоть кто-то, за кого ты не чувствуешь своей ответственности? — спросил он.

Гермиона не ответила на вопрос и сделала еще один глоток огневиски. Внезапно в уголках ее глаз появились слезы.

— Все мои друзья сегодня пьют в баре. Они пригласили меня, но я не смогла пойти, — резко сказала она.

На мгновение он замолчал.

— Мне жаль. Мы могли бы перенести встречу, — сказал Малфой.

Гермиона усмехнулась.

— Верно. Я бы просто оставила тебя с рваными ранами на спине ещё на один день ради того, чтобы пойти выпить. В любом случае я не могу даже нормально сходить с ними повеселиться. Скорее всего, вечер закончился бы тем, что я ввязалась бы в очередной яростный спор с Гарри и Роном.