Ольга, ошарашенная появлением теней валькирий, не успела даже осознать происходящее, как вокруг уже началась битва. Ещё секунду назад голоса вокруг неё только шептали, сливаясь в тревожный шум, а уже мгновение спустя Сергей ворвался в их толпу, словно чёрная молния, сражаясь один против множества.

Воздух взвился от резких порывов чёрного клинка и такого же цвета копий. Тени валькирий, как плотным дым, ринулись на него, а он, стиснув зубы, разбивал их натиск ударами клинка, беспощадно рубя и прорываясь к ней. Гул, звон, отголоски ударов и хриплые слова: «Не позволим…» — эхом разносились по залу.

Сама Ольга не медлила, тут же ударяя в спину тех, кого всё это время боготворила. Им почти удалось пробиться друг к другу, когда неожиданный стремительный удар древком в голову отправил девушку прочь.

Ещё через пару секунд в зал один за другим ворвались: Яна, Рарат, Атака и Ярая. Каждый из них, не теряя ни мига, вступил в бой.

Сама Ольга, слегка оглушённая ударом, медленно поднялась и стояла среди этого хаоса, будто в центре воронки, пытаясь понять, как всё к этому пришло…

В какой-то момент, на самой грани сознания, сквозь шум битвы она услышала тихий голос бабушки, звучавший издалека, словно из-под пространства:

— Я ведь предупреждала тебя, что всё к этому придёт. Именно поэтому я и пыталась уберечь тебя от влияния мальчишки. Но он вскружил тебе голову, и ты не слышала моих слов.

Позади Ольги, в воздухе, медленно проявился чёрный портал. Из него, сочащегося мраком, вытянулась сухая старушечья рука с узловатыми пальцами. Эта рука, холодная и цепкая, схватила Ольгу за кофту сзади и рывком потянула назад, в темноту.

Девушка вытянула руку вперёд — туда, где среди молний и теней сражался Сергей. Тело по инерции тоже чуть подалось вперёд.

— Не упрямствуй, — раздался в голове тот же властный голос. — Чем дольше ты сопротивляешься и отказываешься от собственного долга, тем хуже делаешь не только себе, но и всем вокруг. Взгляни на тени валькирий. Видишь, они уже обрастают доспехами.

И правда, Ольга видела, что тени валькирий с каждым мгновением становились всё плотнее и тяжелее. Прозрачные силуэты обрастали слоями тёмной брони — пластины металла, похожие на обсидиан, проступали прямо из мрака, покрывая тела, плечи, руки. Глаза валькирий вспыхивали глухим синим светом.

— Если не уйдёшь сейчас, все они могут погибнуть из-за твоей глупости! Тени валькирий не остановить, пока ты рядом с ним! И они будут преследовать его, пока не убьют! — голос бабушки звучал теперь жёстче. — Это не та судьба, которой ты должна идти!

«Не та… Судьба…?» — Ольга мысленно и потерянно ответила бабушке, продолжая смотреть на Сергея, который, казалось, один сдерживал несущуюся на всех них смерть. Остальные тоже сражались, но валькирии с каждым мгновением становились всё сильнее и сильнее, тесня тех, кто стал для Ольги дорог. «Тени пришли из-за меня…? Потому что я… Просто люблю…?»

В этот момент где-то глубоко внутри неё — там, где раньше теплел её собственный внутренний мир, тот самый маленький солнечный мирок, полный робких надежд и мечтаний, — всё начало стремительно замерзать. Солнечные краски, тепло, мягкий свет — всё это словно заволокло тёмным инеем, погружая во мрак и сами мысли девушки.

Молодая дева, которая так отчаянно искала силы, чтобы любить и быть любимой, но запутавшаяся в себе между долгом и чувствами, в этот момент ясно ощутила, как внутренние осколки собственного «я», которые она собирала так долго, чтобы открыться ему, со звоном битого стекла разрушились прямо здесь и сейчас, разбиваемые обстоятельствами.

Не в силах справиться с накатившей болью и пониманием, что и вправду может стать их погибелью, девушка закрыла глаза, прекращая сопротивляться. Она позволила себя тащить в портал, даже не замечая, как по щекам сами собой текут слёзы, оставляя влажные дорожки на коже.

«Выходит, мне нельзя любить…?»

Ольга уже начала погружаться в темноту, когда вдруг ощутила, как её руки коснулось что-то тёплое. В следующую секунду это «что-то» резко, с силой, потянуло её назад.

— Знай своё место, старуха, — раздался холодный и яростный голос.

Ольга резко распахнула глаза. Перед ней стоял Сергей. Фигура парня буквально горела тьмой. Весь он был объят чёрной дымкой, а его глаза горели ярким жёлтым светом. Сергей крепко держал её за руку, не давая утащить в пасть портала. Вокруг него в воздухе одна за другой загорались и раскрывались многочисленные печати — круги, руны, знаки, вращающиеся, наслаивающиеся друг на друга, испуская давящее энергетическое свечение.

Все остальные в этот момент стояли стеной между ними и валькириями, которые, облачённые во всё более тяжёлые теневые доспехи, яростно крича, продолжали наседать.

— Силён… — прохрипела старуха теперь уже из глубины портала. — Сейчас или никогда! Иначе все они умрут!

* * *

Я держал Ольгу за руку, стиснув пальцы так, словно это была единственная связь, удерживающая её в этом мире, и уже готовился окончательно вытащить её из портала, когда вдруг ощутил слева опасность.

Переведя взгляд, успел уловить лишь размытый блик: это было копьё Ольги. Ранее отброшенное в сторону мощным ударом одной из валькирий, сейчас оно, будто отозвавшись на чей-то зов, на огромной скорости летело прямо в меня.

Собираясь направить энергию для отражения атаки, я не сразу понял, что произошло. Со стороны Ольги по мне ударил ветер.

Причём настолько мощный, что стремительно пронёсся по всему залу. Я не ожидал атаки от неё, на долю секунды замешкался, поэтому не успел защититься. Он ударил в грудь, сбивая дыхание, и отбросил меня прочь.

Когда всё же через пару мгновений успел поставить щит в воздухе, тормозя себя, и уже собирался прыгнуть снова к ней, я увидел, как исчезает её фигура.

Лицо Ольги, на котором ещё недавно теплились эмоции, сейчас было полностью пустым — взгляд абсолютно безжизненным, стеклянным. А затем и оно, и всё её тело, и сам силуэт растворились в портале, словно кто-то одним движением стёр её из реальности.

После того как она исчезла, сразу же схлопнулся и портал. Вместе с ним исчезло и копьё. А затем, почти одновременно, развеялись и практически все валькирии — их тела будто распались на хлопья тени, которые тут же истаяли.

Осталась лишь одна — та, с которой в данный момент билась Яна. Они схлестнулись почти в центре зала.

* * *

Аханая, одна из первых валькирий и в своё время являвшаяся одной из сильнейших бойцов, прежде чем уйти окончательно, решила убить того, кто впоследствии мог стать гибелью для девочки. В её взгляде горело упрямое чувство долга довести всё до конца.

Одним ловким, отточенным ударом она отбросила прочь другую девушку, отправив её скользить по полу, и в тот же момент схлестнулась с оказавшимся прямо перед ней парнем.

Валькирия была сильным бойцом, когда-то славившимся своей мощью и своим мастерством, владея не только оружием, но и собственным телом. Её движения были хищными и гибкими, как у зверя, и одновременно холодно-расчётливыми.

Но сейчас, в этом коротком, жестоком поединке, уже спустя несколько мгновений она поняла, что проиграла… Противник, чьи глаза горели яростью, был на голову выше по мастерству…

Одним резким, почти незаметным ударом он выбил из её руки копьё. А дальше сам отбросил в сторону свой меч, даже не пытаясь воспользоваться преимуществом оружия.

Они сошлись в рукопашном бою. Не прошло и буквально двух секунд, как валькирия уже оказалась схвачена за горло. Его пальцы, сильные и безжалостные, впились ей в шею, и в следующий миг он, словно игрушку, со всей силы подбросил её и швырнул вниз, на пол.

Удар. Металл жалобно загудел. Аханая ощутила, как её горло резко сжимается. Но даже так, сквозь сжимающееся горло, валькирия захрипела, выдавливая из себя слова:

— Ты… Не знаешь… Что творишь… Ты… Её погибель!

— Закрой свой рот, древность, — с яростью в голосе, от которой задрожало пространство, произнёс парень. — Мне плевать, какому вы там принадлежали культу и как боготворили свои никчёмные копья, считая их душами! Не нужно проецировать свои идеалы на ещё совсем молодую девчонку!

Он отпустил её на долю мгновения, а в следующий миг приблизился к лицу почти вплотную, так, чтобы она видела только его глаза.

— Это моё первое и последнее предупреждение, — произнёс парень тихо, ясно проговаривая каждое слово. — Передай это каждой валькирии. Если я увижу вас ещё раз, будь уверена: от вас не останется и следа. Я саморучно соберу все копья и уничтожу их, чтобы больше никто не страдал. А сейчас — сдохни, ничтожество.

В следующий момент парень резко сжал её шею и крутанул голову в сторону. Шея с хрустом провернулась, и мир для Аханаи оборвался.

* * *

Шаттл мягко сел на планету, слегка дрогнув, когда опоры коснулись поверхности. За иллюминаторами раскинулась империя Авадия.

Трап опустился, и все трое учеников, стоявших внутри, посмотрели на меня и на Яну. В их взглядах смешались ожидание и непонимание.

С момента, как Ольга ушла сквозь портал, а сделала она это явно сама, чтобы защитить нас, прошёл месяц. За это время мы добрались до столицы.

— Что, — хмыкнул хмурый, стоявший чуть впереди двух девушек, — решил от нас избавиться? Не подходим мы тебе как ученики?

В его взгляде и голосе был вызов, но под этим вызовом прятался страх быть ненужным. Он скрестил руки на груди, словно пытаясь выглядеть старше и жёстче, чем был.

— Совсем нет, — спокойно покачал я головой. — Вы очень талантливые.

Я видел, как у одной из девушек дёрнулся уголок губ, а другая чуть отвела взгляд, скрывая вспыхнувшую надежду.

— Однако вы видели, какой у меня путь, — я выдержал паузу, давая им возможность вспомнить всё, что они уже успели пережить рядом со мной. — Я понимаю, что вы не боитесь трудностей. Однако хочу, чтобы вы убедились в собственном стремлении следовать за мной как за учителем. Поэтому оставлю вас пока здесь. За Авадия не беспокойтесь, я с ним сам обо всём переговорю.

В их взглядах было некоторое волнение. Всё-таки никому не хочется, чтобы от них отказывался собственный учитель. Поэтому я продолжил, не давая им увязнуть в сомнениях:

— Я ухожу не навсегда и однажды вернусь. Тогда же вернусь за вами, чтобы задать вам всё тот же вопрос: хотите ли вы у меня обучаться? А до тех пор тренируйтесь и становитесь сильнее. И будьте готовы дать мне свой ответ. Вперёд.

Мотнул головой в сторону выхода по трапу.

Они нерешительно переглянулись, потом посмотрели на меня, затем на Яну. В её взгляде было спокойствие и никакой жалости — лишь уважение к их выбору.

Наконец они всё же медленно спустились по трапу.

Оказавшись уже внизу, ученики снова с некоторым недоумением переглянулись. Первыми отреагировали девушки. Они одновременно развернулись ко мне, почти синхронно склонились, произнося:

— Спасибо за всё, учитель.

Я видел, как хмурый недоумённо смотрит на них, а потом, поведя взглядом вниз и сжав зубы, всё же тоже чуть-чуть склонил голову и слегка наклонил корпус, после чего произнёс нехотя, но искренне:

— Спасибо.

— Не хворайте, — усмехнулся я, стараясь не давить на их эмоции. — И не опечаливайтесь так. Мы ещё обязательно встретимся. Считайте это просто проверкой временем ваших желаний и стремлений. Ведь если вы выберете меня — это на всю жизнь. Так что просчитывайте все риски.

Ученики ушли, отправившись вперёд, к подъехавшему транспорту, пока мы с Яной стояли на трапе, наблюдая.

— Получается… — тихо произнесла она, глядя им вслед. — Мы теперь остались только вдвоём?

— Получается, что так, — подтвердил я кивком. — Ну, Ольга, можно сказать, уже добралась до Земли. Так что и нам пора.

Яна ничего не ответила, просто кивнула.

— Сейчас только переговорю с Авадием, — добавил я. — И после этого сразу же отправимся дальше.

* * *

К Авадию мы отправились вместе. Он уже ждал нас в своём кабинете.

Когда мы вошли, старик выглядел весьма скептически настроенным. Он сидел в кресле, слегка согнувшись, его лицо со следами прожитых лет было хмурым, но взгляд — по-прежнему цепким.

— Что, мои ученики не угодили тебе? — спросил он, не меняя позы и лишь чуть приподняв бровь.

— Я дал им время подумать, — ответил я, затем коротко пересказал всю сложившуюся с ними ситуацию.

— Понятно, — протянул Авадий.

Старик усмехнулся и откинулся в кресле, опираясь о подлокотники. В этой усмешке были и раздражение, и уважение к чужому выбору. Но тут же продолжил:

— Ты же понимаешь, что наш договор остаётся в силе. И когда ты вернёшься, если они не захотят, тебе придётся взять других.

— Конечно, — спокойно кивнул я. — Но ты-то сам понимаешь, что тебе тоже так и так в любом случае придётся выбирать сторону. Или ты так и собираешься тыкаться-мыкаться?

— Это не твоё дело, к кому я решу присоединиться, а к кому нет, Вайторл, — ответил он.

— Как знаешь, — так же спокойно пожал я плечами. — Просто помни, что моё предложение остаётся в силе. Я готов исцелить тебя, и при этом ты останешься правителем своей империи. Просто будешь служить мне.

— Избавь меня от своих сладких речей, — бросил раздражённо Авадий. — Это вон… — он кивнул в сторону Яны, — Анаи можешь петь на уши. Со мной это не выйдет. Я не продам свою империю ни тебе, ни Сарнойлу. Не для того я вгрызался в камень, чтобы кому-то её в итоге отдать.

— Ты думаешь, мне нужна твоя империя? — усмехнулся я. — Своих проблем хватает. Я просто хочу быть уверен, что, когда начнётся последний бой, мне никто не ударит в спину. Так что о своей империи можешь не беспокоиться. Ею будешь править всё так же ты, но служить мне. Как я и сказал, сейчас мы улетаем, однако скоро вновь вернёмся в космос. Если к тому времени надумаешь пойти ко мне под руку, с удовольствием приму тебя и всю твою империю. Если же нет, то просто выполню наш с тобой уговор.

— Ага, — лениво отмахнулся он, вновь зарываясь в бумаги. — Проваливай, Вайторл. Как вернёшься — тогда и поговорим.

Я лишь усмехнулся, понимая, что за грубостью скрывается раздражение от всей ситуации и от собственной беспомощности перед болезнью, а не попытка меня задеть.

— До встречи, Авадий, — бросил я и направился к выходу вместе с Яной.

По дороге мы молчали. Особого желания, как я понял, у Яны оставаться здесь не было, несмотря на всё то, что это место ей дало. В её походке чувствовалась решимость уйти дальше, а не застревать в стенах этой империи.

В итоге мы вернулись на корабль и отправились в путь — можно сказать, вдвоём, если не считать команду корабля. Хотя и они с нами будут тоже не всё время.

Когда мы найдём достаточно вменяемых миров, откуда сможем пользоваться порталами, будем перемещаться при их помощи. Так будет гораздо быстрее добраться до Земли.

* * *

Я открыл глаза от того, что запищал коммуникатор. Понимая, что это не может быть просто так, сразу же резко активировал его, чем разбудил Яну. Лёжа рядом, она подняла голову.

— Господин, — раздался тревожный голос капитана нашего небольшого корабля. — Плохая новость. Нам на хвост сели вражеские корабли. Также нам удалось заметить, что нас пытаются взять в захват с нескольких направлений.

— Кто? — нахмурившись, спросил я, вставая.

— Не знаю, господин, — ответил он, и в голосе послышалось напряжение.

Перебирая варианты в голове, я пришёл к одному-единственному.

Неужели всё-таки Асизаэль догнала…?

— Уводите корабль в туманности и астероидные переплетения, — отдал я приказ. — Пытаемся максимально оторваться.

— Вас понял, господин, — ответил капитан.

* * *

День за днём мы уходили от преследователей, ныряя в туманности, прячась за астероидами, стараясь оторваться как можно дальше.

Однако каждый раз, вычисляя нас по звёздным картам и траекториям, находили нас. И то и дело догоняли. Это было как затянувшаяся охота, где мы — дичь.

Асизаэль не может меня чувствовать, в этом я уверен. Иначе я бы это уже понял. А значит, у них просто очень хорошие сенсоры и системы кораблей.

— Господин, дальше начинаются открытые космические пространства, — отчитался передо мной капитан, когда мы в очередной раз выскочили из укрытия. Перед нами на голографической карте раскинулось почти пустое поле космоса со светящимися точками далёких звёзд.

— Какие ваши указания? — добавил он.

Я заметил, что вся команда немного напряжена. Сам же я смотрел вперёд, на карту космоса, прекрасно понимая, куда веду наш корабль.

Чтобы спастись, у нас есть только один вариант — через одно из жерл демонов. Огромные аномалии в космосе, куда почти никто не рискует соваться. Но другого пути у нас нет.

Вот только меня уже несколько дней не отпускает какое-то странное чувство… Словно я ощущаю какого-то другого Вайторла. И он словно не требует, а именно просит меня лететь в определённую сторону. Настойчивый зов.

Подойдя к карте, я всё-таки провёл линию курсом, направляющим нас к аномалии.

— Летим по заданному курсу.

— Принял, господин, — ответил капитан.

Не время сейчас пытаться идти на ощущения. Нужно вырваться из западни.

* * *

Сколько бы мы ни убегали, в итоге всё равно вражеские корабли практически нас настигли. На радарах их сигнатуры уже горели слишком близко.

— Фиксирую активацию их орудий! — произнёс один из координаторов.

— Готовность к маневрированию! — произнёс капитан. Голос у него был натянут, но без паники — привычный тон человека, много раз выходившего из передряг.

— Они не стреляют! — тут же ответил координатор, проверив данные. — Дистанцию держат, но огня нет!

— Хотят взять нас живыми… — процедил капитан. — Господин, вы уверены…? — он мельком взглянул на меня, а потом в сторону огромной аномалии впереди.

Перед нами, заполняя собой огромное пространство космоса, расползалась громадная розово-чёрная аномалия. Вокруг неё пространство будто переломилось, искривилось. Волны мрачного сияния пробегали по её краям, словно это был колоссальный разорванный разрез в самом космосе.

— Уверен, — произнёс я. — Полный вперёд.

Догоняющие, похоже, наконец догадались, куда мы направляемся, потому что координатор всё-таки произнёс:

— Фиксирую выстрелы!

В следующую секунду пространство космоса немного позади нас пронзили лучи стихий. Разноцветные, яркие, они рассекали пустоту, срываясь с орудий вражеских кораблей.

Похоже, что это были предупредительные выстрелы — они не целились прямо по корпусу, а пролетали неподалёку, перекрывая нам пути ухода.

— Летим вперёд, — подтвердил я свой приказ.

— Господин! — в панике произнёс координатор.

Я увидел, как он с некоторым безумием смотрит в экран, а спустя секунды запиликали радары корабля. Цифры на экранах мигнули, сенсоры зашкалили.

Пояснять, что было на радарах, никому нужно не было…

Все с напряжением смотрели на панораму впереди — там, прямо из огромной аномалии, медленно, словно выныривая из чёрно-розовой пучины, охватываемый рыжими молниями, показывался громадный тёмно-синий силуэт мира-корабля.

Я замер, смотря на него.

Черты корпуса, конфигурация — всё это я уже видел…

Глайприн…

Мир-корабль, который я не активировал и который, по рассказу души, является предателем…