— Ольга больше не графиня Российской империи.

Даже так…

Я удивлённо посмотрел на Гришу, затем медленно перевёл взгляд на остальных членов Рода.

— Сама решила уйти? Или у неё просто забрали титул за слишком долгий уход из империи? Или причина какая-то другая?

Учитывая, какой силой Ольга овладела в космическом пространстве, само продолжение этой войны до сих пор выглядит странно. Одного её вмешательства хватило бы, чтобы переломить ход множества сражений. Конечно, если бы сама Ольга захотела вмешаться…

— Она сознательно отказалась от титула, — спокойно продолжил Гриша. Его голос звучал ровно, но в глубине глаз мелькнула усталость. — Сказала, что это ей больше неинтересно. А потом и вовсе решила покинуть Российскую империю.

Я на несколько секунд задумался, чуть опустив взгляд.

«Неинтересно» — короткая формулировка, но это только если не знать Ольгу. Всё, к чему девушка раньше тянулась, внезапно потеряло для неё ценность…

Насколько помню, в графини она стремилась не ради власти над Родом. Ей требовался статус. Доказательство собственной силы и признание. Чтобы не быть серой вороной, а кем-то больше. Что в целом является хорошим решением, учитывая то, что аристократия всегда правит бал.

Если теперь всё это перестало её интересовать, похоже, что Ольга что-то для себя переосмыслила. Теперь я даже не знаю, нужна ли нам встреча… Быть может, она наконец нашла себя, и наш возможный разговор может лишь навредить ей.

— То есть сейчас не до конца ясно, где она находится? — уточнил я. — И главное, Тина… Говорила ли Ольга с тобой о чём-то, связанном с копьями валькирий?

Тина коснулась подбородка пальцами, взгляд слегка ушёл в сторону.

— Местоположение известно… — медленно произнесла она. — Но насчёт копий валькирий… Всё зависит от того, что именно ты имеешь в виду.

— Позволишь? — я протянул руку в её сторону.

Тина поняла меня сразу и ни на миг не замялась.

Повернулась ко мне, вытянула ладонь — и пространство над её рукой чуть дрогнуло. В следующий миг на ладони девушки возникло копьё.

Судя по отклику артефакта, Тина всё это время явно не сидела на месте. Частично освоила то же, что и Ольга.

Тина спокойно шагнула ко мне, вложила копьё в мою ладонь и отпустила.

Металл под пальцами оказался ледяным, даже чересчур. Поначалу от него веяло безжизненным холодом, но спустя пару секунд поверхность начала теплеть, реагируя на моё прикосновение.

Самая обычная защита артефактов подобного уровня. Чтобы никого другого к себе не подпускать. Меня же оно спокойно приняло, потому что ранее я уже подавил копьё.

Я прислушался к себе и к артефакту, глядя на него в энергетическом плане.

Пусто. Никаких изменений нет.

Направил внутрь немного собственной энергии. Копьё легко приняло её, без сопротивления. По древку пробежал слабый синий отблеск, на миг засияв. Металл ещё немного потеплел. Никакой агрессии и никакой попытки навязать чужую волю — только ровный, спокойный ответ.

— Скажи, — я обратился к Тине, раздумывая, — когда ты используешь копьё… не проявляется ничего странного? Необычные ощущения, видения, чужие мысли или эмоции?

Лоб девушки чуть сморщился, она нахмурилась, задумчиво уставившись на своё оружие.

Разговор заинтересовал уже не только её. Все внимательно смотрели на нас. Так как стоять сейчас не было смысла, кивком указал всем на диваны и кресла.

В итоге передо мной остались только Гриша с Тиной, Аня рядом и чуть левее — Вика.

Дочь вела себя сдержанно. Стояла прямо и спокойно, но по её взгляду легко читалось желание: пусть этот серьёзный разговор закончится поскорее.

Передав копьё всё ещё раздумывающей Тине, подошёл к Вике, присел и аккуратно взял на руки.

Она тут же улыбнулась, крепко обняла меня за шею, но продолжила молчать. Видно, прекрасно понимает, что пока взрослые обсуждают важное, перебивать не стоит.

— Нет, — Тина помотала головой. — Ничего подобного не вспоминается. А что? — она перевела глаза на меня. — У Ольги возникали какие-то видения?

— Не совсем так. Там длинная история…

Вкратце пересказал им произошедшее ранее — без подробного углубления. Только то, что действительно важно. Чтобы при столкновении с похожим они всё знали и понимали, с чем столкнулись.

— Поняяааатно… — протянула Тина, вновь погружаясь в свои мысли. Она посмотрела на копьё и взяла его в две руки, перебирая пальцами древко. — Похоже, что я ещё не до конца раскрыла потенциал собственного оружия… Кстати, раз уж речь зашла о копьях, — продолжила девушка, глядя теперь мне прямо в глаза. Она разжала пальцы, и оружие исчезло. — Надеюсь, ты не будешь против. Ранее я взяла два копья из хранилища и передала их двум нашим приближённым девушкам. В тот момент… нам важно было любое усиление боевого потенциала Рода.

Точно ведь…

Смерть Александра ударила по ним сильнее, чем по мне. За то время, пока меня не было рядом, они сплотились ещё сильнее, став куда более крепкой семьёй. Для них уход старика был куда более тяжёлым испытанием, чем для меня… Ведь в тот момент был важен каждый, и смерть каждого была ударом.

Услышав, как он умер, я сознательно увёл тему от разговора о старике, чтобы их не волновать и чтобы они не переживали за меня.

Обвёл взглядом весь зал, оборачиваясь на месте и видя во взгляде каждого лёгкое волнение, направленное на меня.

Каждый из них помнит боль от потери, поэтому и волнуется.

— Я горжусь вами… — произнёс я. — Каждым из вас. Это время не было простым, но вы справились, хоть и находились в невыгодном положении. Знаю, что вы переживаете за меня, и знаю, что мои слова могут звучать кощунственно по отношению к деду Александру, но сейчас всё ещё не время лить слёзы и грустить. Победа находится на расстоянии двух шагов, и нам нужно сделать эти шаги, а уже потом… Потом мы соберёмся все вместе и вспомним старика как следует… Касательно копий, — посмотрел на Тину. — Ты правильно сделала. Всё равно пылились без дела.

Вспомнив о том, что ещё не сказал Славке, я перевёл взгляд на него и на пару секунд задумался, прикидывая, как лучше подать ему новость. А затем просто заговорил. Без длинных подводок:

— Славка. Я видел Кирилла.

— Что…?

Парень несколько удивлённо посмотрел на меня. Впрочем, не только он.

Смысл слов доходил до него медленно, с задержкой. В какой-то момент парень просто застыл, уставившись прямо перед собой, будто всё вокруг на миг исчезло.

— Во время путешествия по космосу, — продолжил я. — Так сложилось, что мне довелось пересечься с одной из Сарнойлов. Рядом с ней находился Кирилл.

— Что…? — Славка уже не скрывал шока, но теперь в нём чувствовалось напряжение. Он даже подался вперёд.

Кулаки парня сжались так сильно, что костяшки побелели, как и лицо.

— Глава… он не мог… Мой брат ни за что бы не…

— Не перебивай, — я поднял ладонь, останавливая его. — Я не сказал, что Кирилл предал нас и переметнулся к врагам. Я говорю, что он возродился в космической империи и сейчас держится рядом с Сарнойлами. Вполне возможно, Кирилл сам сознательно выбрал этот путь.

Славка молчал.

— Сначала я сам не понял, что это именно он, — продолжил я. — Кирилл тщательно скрывал свою силу. Держался тише воды и старался не выделяться. Но во время сражения, куда вмешался сильный противник, он помог мне уйти. Всё это указывает на осознанный выбор — оказаться рядом с Сарнойлами как можно ближе.

— Подобрался к врагам… — глухо произнёс Славка.

Глаза его смотрели вперёд, но явно не видели зал. Кулаки продолжали оставаться сжатыми, словно только это давало ему возможность стоять прямо и ровно.

— Да, — подтвердил я. — Но сейчас важнее другое. Самое главное — он нашёлся.

Славка едва заметно вздрогнул.

Затем медленно, будто через вязкую воду, провёл взглядом по залу, стараясь ухватиться хоть за что-то. На лице читалось неверие, перемешанное с отчаянной надеждой и… тоской по брату.

До этого у него был только один вариант: Кирилл где-то чёрт знает где, и понимание, что его придётся искать годами, десятилетиями или столетиями. И заняться этим по-настоящему выйдет только после того, как мы разберёмся с Сарнойлом и приведём в порядок империю.

А теперь вдруг оказалось, что он намного ближе.

— Глава, я… — попытался заговорить Славка.

Я подошёл вплотную, положил ему руку на плечо — крепко, но не давя.

— Ступай, — тихо сказал я.

— Я… — он беспомощно посмотрел на меня.

— Иди, — повторил я. — Поговорим об этом позже.

— Да… Спасибо… — выдохнул Славка. — Простите…

С этими словами он медленно прошёл мимо меня, направляясь к выходу. У самых дверей остановился, обхватил пальцами ручку и несколько секунд так и стоял, не двигаясь. Потом всё же потянул дверь, вышел и тихо прикрыл её за собой.

Даже в этот момент в его взгляде сохранялась пустота, словно он всё ещё не принял эту новость.

— Папа, — тихо позвала меня Вика.

Я опустил взгляд на дочь и улыбнулся:

— Что такое?

— А почему дядя Славка такой грустный? — она нахмурилась и посмотрела на меня так строго, что я на миг даже растерялся. — Ты его чем-то обидел…? — маленькие бровки сошлись к переносице. — Дядю Славку нельзя обижать! — не сдавалась она, всё так же насупившись. — Никого из Рода нельзя обижать!

И хоть меня сейчас отчитывают, я рад, что какой бы взрослой Вика ни казалась для своих лет, внутри неё всё равно живёт девочка с детским чувством справедливости.

Я не хочу, чтобы эта кроха взрослела слишком рано. Пусть дольше остаётся в своём детстве. Оно у неё должно быть, и точка.

— Папа не обижал дядю Славу, — мягко вмешалась Аня, подходя ближе. Она погладила Вику по голове, убирая выбившуюся прядь. — Напротив. Папа так сильно обрадовал его, что теперь дядя Слава сам не понимает, что ему чувствовать. Ты же помнишь, у дяди Славы есть брат, дядя Кирилл? Он часто рассказывал тебе о нём.

— Да, — Вика внимательно кивнула, переведя взгляд с Ани на меня.

— Так вот, — Аня улыбнулась чуть шире, — твоему папе удалось его найти.

— И где он тогда? — глаза у Вики загорелись.

Она начала оглядываться по залу так, словно ожидала увидеть Кирилла прямо сейчас за одним из диванов или в дверях.

— Пока далеко, — ответил уже я.

— Папа его не спас? — в голосе прозвучало искреннее недоумение, но не печаль. Что тоже не может не радовать.

Я на мгновение задумался, затем перевёл взгляд на всех вокруг и только потом нашёл подходящий ответ.

— Дяде Кириллу не требуется спасение. Поверь, он настолько силён, что при желании может сам явиться и вытащить нас из любой беды. Просто сейчас он выполняет очень важное и тайное задание. Но об этом должны знать только мы. Понимаешь?

Вика пару секунд внимательно изучала моё лицо, затем с предельной серьёзностью кивнула.

— Я поняла, папа. Дядя Килилл очень клутой!

— Всё так, — подтвердил я, внутренне слегка удивляясь выбранному ею слову.

Но спорить не стал. Вика, как сказала Аня, постоянно крутится среди воинов и слушает их разговоры. А те и рады побыть рядом с молодой госпожой. Поэтому вполне естественно, что подобные выражения так или иначе появляются в её лексиконе.

Я перевёл взгляд в сторону двери, куда вышел Славка.

Ох, и непросто придётся ему в ближайшее время…

С одной стороны — новость о том, что брат жив, несёт огромную радость.

С другой — сам Славка уже подготовил себя к долгому пути, к годам поиска. А теперь вдруг узнаёт, что цель совсем близко. И это осознание начнёт его разрывать изнутри вместе с желанием поскорее найти брата. Ведь он ближе, чем казался.

— Ты, кстати, так и не рассказал, — напомнил Гриша, — что всё это время происходило с вами. И где Яна? Я знаю, что она вернулась вместе с тобой. Но пересечься у меня с ней не вышло. Она решила сначала навестить родных?

— Да, — кивнул я, усаживаясь на ближайший диван с Викой на руках.

Дочь устроилась на моих коленях поудобнее, прижалась спиной к груди, внимательно глядя на всех по очереди. Слева и справа от меня сели Аня и Аяна. Остальные тоже расселись по местам, вновь занимая кресла и диваны.

— Яна присоединится к нам в столице, — пояснил я. — Что же до наших «приключений»… Попробую рассказать кратко.

Не хотелось слишком долго держать их в неизвестности. Да и если не лезть в каждую деталь, времени на пересказ действительно требуется не так уж много, поэтому начал пересказ.

Чем дальше я рассказывал, тем внимательнее все становились.

Особенно внимательно слушали двое — две юные особы.

Вика, сидя у меня на коленях, чуть приоткрыла рот, не отрывая взгляда. Дочь Вадима и Лены, потихоньку подойдя ближе, остановилась у моего колена и слушала так же сосредоточенно.

За то, что информация уйдёт куда-то наружу по вине детей, я не переживаю. Все тщательно оберегают их от сомнительных контактов. А если среди нас всё же затесался предатель, он и без помощи маленьких девочек найдёт способ передать сведения.

Момент с Сашей я решил сгладить. Однако жёны посмотрели на меня так, что стало ясно: их не проведёшь. Они сразу поняли — там всё происходило немного иначе, чем я сейчас описал. Впрочем, неудивительно. Они сами сознательно тянули Сашу вперёд. И теперь услышанное явно расходилось с их пониманием картины.

Остальные наверняка тоже что-то поняли, но вида не подали.

Я довёл рассказ до конца.

Когда замолчал, заметил, что Вика сидит особенно тихо и смотрит уже не на меня, а просто куда-то вперёд, будто обдумывает услышанное.

— Что такое? — спросил я, проводя ладонью по её волосам. — О чём задумалась? Что-то не так?

Она медленно повернула голову, посмотрела на меня с предельной серьёзностью и спросила:

— Папа, когда я вырасту, ты подаришь мне мил-колабль?

В зале наступила абсолютная тишина. А затем он взорвался смехом.

— Это её Настя разбаловала, — сквозь смех, вытирая слёзы, выдавила Аня. — А ещё мама Аяны с её сестрой.

Я только усмехнулся, понимая, что доля правды в этом есть.

Но всё же уточнил:

— А зачем тебе мир-корабль?

— Ну как это? — Вика, словно не понимая самого вопроса, на секунду округлила глаза. Потом резко соскочила с моих колен, подбежала к центру зала, раскинула руки в стороны и побежала по кругу, изображая полёт. — Я хочу облететь весь-весь мир! — с восторгом воскликнула она. — Увидеть все его чудеса!

Дочь подпрыгнула, чуть развернулась на месте и посмотрела на нас, сияя.

Неужели в меня пошла? Похоже, тяга к космосу и его тайнам передаётся по крови…

— А зачем тебе такой большой корабль? — с лёгкой улыбкой уточнила Аяна.

— Ну как это? — Вика с сомнением посмотрела на неё. — Мама, а как же вы все? — она оглядела всех. — Я хочу взять всех вас с собой, — со всей серьёзностью заявила дочь. — Когда выласту, обязательно отправлюсь в космос! И мне нужен большой колабль, чтобы всем-всем хватило места!

Слушая её, я внутренне улыбнулся шире.

Нет, всё-таки не испортили… И дочь может мечтать… Это самое главное.

Краем глаза заметил, как дочь Вадима и Лены тихо подошла к родителям. Ничего не спросила, но Вадим с Леной переглянулись, и Вадим почесал затылок. В его взгляде читалось лёгкое предчувствие проблем. Видимо, он уже представил, как однажды его дочь попросит то же самое…

Ох, непросто придётся ему.

Ненадолго задумавшись, я посмотрел на Вику и ответил:

— Хорошо, — говорил медленно, чтобы каждая часть фразы ей запомнилась. — Когда мы закончим со всеми делами. Когда я решу, что галактика достаточно чиста для тебя, и если у нас останутся миры-корабли, тогда я подарю тебе самый красивый мир-корабль. И ты возьмёшь с собой всех, кого захочешь, и отправишься в путешествие.

Аня и Аяна переглянулись уже не так весело. В их взглядах мелькнула тревога. И не только в их. Несколько девушек в зале тоже посмотрели настороженно.

Я прекрасно понимаю, о чём они подумали.

Мир-корабль — не игрушка и не безобидный подарок. Это сила, способная стирать планеты. А уж про отправление неясно куда — вообще говорить не стоит, как это опасно.

Но Вика услышала сейчас совсем иное. Для неё это огромный дом среди звёзд, корабль мечты, способный унести всех дорогих ей людей к чудесам космоса.

— Улаааа! — закричала она и снова бросилась ко мне, практически впрыгнув на руки. Обняла за шею так крепко, будто боялась, что я передумаю. — Папа самый лучший!

Поглаживая её по спине, я в очередной раз убедился, насколько резкими могут оказаться детские оценки…

Ещё совсем недавно мне строго объясняли, что нельзя обижать дядю Славку, а сейчас я уже «самый лучший».

— Ты только задумайся, — Гриша, улыбаясь, покачал головой. — У тебя пока что одна дочь, а запросы у неё уже космического масштаба. Что будет, когда их будет больше?

Зал снова накрыл громкий смех.

— Скажешь тоже, — Тина, проходя мимо, легонько стукнула его по затылку. — Лучше за собой следи! Сам же бегаешь за Викой, обещая всё, что в голову придёт!

Гриша смутился, почесал затылок и пробормотал:

— А я-то что…

Сейчас мой брат выглядит на двадцать четыре-двадцать пять. Чёткие черты лица, внимательный взгляд, в котором опыт и усталость сочетались с упрямой молодостью. Война меняет людей, стирая с них детскую мягкость. Но он и раньше не сильно напоминал подростка — скорее взрослого юношу.

— Так, — усмехнулся я, обводя зал взглядом. — Кто ещё успел что-нибудь пообещать Вике…? — немного отстранил дочь, чтобы видеть её лицо. — Признавайся, маленькая бандитка. У кого уже что успела вымогать?

— Вымо… — Вика наклонила голову набок, говоря, видимо, незнакомое слово. — Гать? Вымогать?

Она повторила его ещё раз шёпотом, словно пробуя на вкус. А я только нервно хмыкнул.

Похоже, пополнил её словарный запас ещё одним выражением… Хорошо хоть оно не относится к плохим. Хотя догадываюсь, что дочь явно может его использовать не совсем по назначению.

— Кстати, насчёт Ольги, — вновь заговорил Гриша. — Тина ведь так тебе и не сказала.

Я повернул к нему голову, но закончила уже сама Тина:

— Сейчас она королева целой страны на западе.