Часы спустя:

Дубровский Владимир Сергеевич, используя свою стихию ветра, сражался против врага высоко в небе над полем битвы. Воздух вокруг него дрожал и резался лезвиями воздушных потоков. Его быстрые, точные и смертельные техники не оставляли противникам ни единого шанса: порывы ветра прорезали их защиты, вихри выдёргивали тела из воздуха и швыряли вниз, порождая новые всполохи взрывов.

Мужчина не так давно ступил на свой новый уровень — высшего первого ранга, — однако уже успел освоиться с собственными силами. Сейчас он с уверенностью сражался сразу против двух противников, лавируя между их техниками, разрезая их потоки и пробивая щиты.

План, который принцесса и принц Леонид разработали с самого начала, когда умер их отец, Александр Романов, наконец начал работать.

В защитных построениях врага одна за другой открывались бреши, линии обороны смещались, вражеские отряды путались в собственных манёврах. Линия фронта на глазах менялась и «плыла».

Владимир сражался, когда вдруг ощутил течение энергии совершенно с других направлений — сразу с двух сторон. Не теряя ни секунды, он резко ушёл вниз, перемещаясь к своим войскам, и сразу начал выстраивать множественные воздушные щиты.

Эти щиты приняли на себя град техник и стихий, обрушившихся сверху. По воздушным барьерам прошла дрожь, по поверхности пробежали трещины, и щиты рассыпались.

Когда прогремела серия взрывов, небо озарили ослепительные вспышки. Владимир Сергеевич поднял взгляд вверх и увидел, как высоко над полем боя, чуть выше облаков, зависли девятеро высших противников. Их техники начали появляться из печатей, готовые ударить.

Мужчина скрипнул зубами, понимая, что вражеский генерал тоже явно не глуп, раз уже начал перестраивать позиции, чтобы защитить наиболее уязвимые участки сражения.

Плачевным оставалось лишь одно: против девятерых высших в одиночку он не справится… Похоже, придётся ждать подкрепления. А для этого нужно удерживать защиту и защищать свои войска всё это время, не давая врагу прорвать фронт.

Владимир Сергеевич, не теряя самообладания, приготовился к сражению, когда вдруг ощутил странную, неясную, но невероятно мощную силу, от которой невольно замер на месте. Та же, словно льдом накрыла и высших противников. Они замерли и посмотрели куда-то выше.

Также вскинув голову вверх и немного вправо, мужчина увидел там женскую фигуру, укрытую длинным белым плащом по колено, с капюшоном, закрывающим лицо так, что его не было видно. Лишь лёгкие золотистые пряди слегка гуляли на ветру, пока незнакомка держала одну руку на рукояти катаны.

Девушка медленно шла прямо по воздуху, оставляя на самом пространстве ледяные следы.

Через несколько мгновений она остановилась, а затем медленно подняла обе руки и сняла капюшон, откидывая его назад, смотря на всех свысока холодным взглядом.

Высокий хвост золотистых волос свисал по спине ровной, ухоженной волной. Черты лица девушки, ранее ещё имевшие хоть какие-то девичьи линии, теперь приобрели максимально женственные очертания — выразительные глаза, чёткий изгиб губ, уверенный поворот шеи.

Владимир Сергеевич замер и даже перестал дышать, дрожащим взглядом смотря на свою дочь. И хоть она и изменилась, мужчина не мог не узнать её…

Яна, не повышая голоса и говоря спокойно, но точно зная, что каждый на поле битвы её слышит, заговорила:

— Именем моего императора, я даю вам возможность выжить. Для этого необходимо сдаться. Если вы встанете на колени и сложите руки за голову, я пощажу вас. Иначе вы все умрёте.

Её голос разнёсся по воздуху, прокатился над полем боя и словно отразился в самих облаках.

Вот только никто из китайских высших даже не задумался о сдаче, и в следующее мгновение в девушку полетело множество техник.

— Что же… — с некоторой усталой тоской произнесла она. — Вы выбрали свою судьбу…

В ту же секунду рука Яны резко метнулась вниз, выдёргивая катану из ножен. Сталь мелькнула, оставив после себя тонкую линию света. Девушка сделала два резких, отточенных движения — крест-накрест, словно разрезая само пространство перед собой.

В тот же момент прямо в рядах врагов в воздухе возник гигантский сияющий крест — линии льда пересеклись, охватывая их со всех сторон и буквально за долю мгновения запечатывая девятерых высших в громадную крестоподобную льдину.

Враги даже не успели ничего понять.

А ещё миг спустя эта льдина треснула изнутри, затем просто лопнула, разлетаясь во все стороны сотнями кровавых осколков льда, перемешанных с осколками тел. Эти осколки осыпались вниз кристаллическим снегом.

Владимир Сергеевич, глядя на свою дочь, прикусил губу и склонил голову, чувствуя, как по щеке медленно течёт слеза. Долгие годы ожидания, боли и надежды на то, что она вернётся, наконец подошли к концу…

* * *

Ад творился на всех полях сражений, но сильнее всего разгорелся в одной точке. Там, где сконцентрировали свои силы одни из сильнейших практиков Российской империи и Китайской империи. Место, где император Китайской империи во главе со своим генералом и приближёнными сходился в бою против Андрея Суворова, Владимира — одного из сильнейших воздушников Российской империи — и Славки, который на данный момент уступал им всем в чистой силе, но всё равно держался практически на равных.

Здесь же сражалась Тина — стремительная, как молния, и выступающая в роли точечной поддержки, наносящая удары в те моменты, когда кто-то из врагов давил слишком сильно. А также Катя, достигшая высшего первого ранга, но сознательно не вступавшая в сражение титанов на верхних слоях. Она предпочитала сдерживать немногих высших внизу и при этом чётко командовала отрядом, перераспределяя силы и не давая своим линиям просесть.

Вспышки техник разрывали пространство, всевозможные стихии сплетались в хаос: огонь, молния, камень, ветер, вода. Практики, которые резко повысили свой уровень до новы и выше, но так и не научились полноценно контролировать новую мощь, запускали техники с избытком силы.

Их удары разрывали небеса, но зачастую оказывались губительны не только для противников, но и для союзников. Взрывы сметали всё подряд, ударные волны ломали собственные построения. Поэтому всем приходилось сдерживаться, выверять каждый удар, чтобы случайно не уничтожить свою же армию.

Пока Суворов и Владимир, уступающие по рангу императору Китайской империи, сражались с ним вдвоём, сталкиваясь в лобовых схватках, Славка в это время один противостоял троим сильным практикам Китайской империи.

Среди многих практиков, прыгнувших до новы так быстро, Славка относился к тем редким, кто не утратил контроля над собой и своей силой, перешагнув на этот ранг и уже делая шаги выше. Благодаря железному самоконтролю и упорным тренировкам парень добился результата, о котором многие могли только мечтать: не сила управляла им — он управлял своей силой.

Правда, за этот контроль приходилось платить. Парень не позволял себе выплёскивать необузданную мощь, как его противники, которые били по площади голой силой. Поэтому по давлению он чуть уступал, но не по мастерству.

Сейчас же парень на невероятной скорости перемещался по небу, оставляя после себя шлейф молний и искр, одновременно противостоя своим противникам, что атаковали его с трёх сторон. Щиты вспыхивали и гасли, удары сходились в ослепительных вспышках.

При всём при этом, отражая их атаки и нанося свои, Славка постоянно выискивал момент, когда сможет вырваться из их давления и как-нибудь ударить Китайскому императору в спину. И желательно — смертельно.

Вот только пока такие возможности не возникали. Враг, достигший новы первого ранга, обладал чудовищной силой. Суворов, нова второго ранга, и Владимир, нова третьего, вдвоём едва удерживали его и могли только сдерживать, не давая ему прорвать фронт.

А три противника, висящие у Славки на хвосте, также не позволяли ему отвлечься и сделать решающий рывок.

В какой-то момент, вновь схлестнувшись с ними техниками, Славка создал бурю — настоящий шторм из молний и огня. Вихрь энергии рванул так сильно, что ударная волна отшвырнула парня далеко прочь, раскручивая в воздухе, и также отбросила врагов.

Парень, цыкнув, уже собирался вновь рвануть в бой, когда вдруг за спиной раздался такой знакомый голос:

— Что, Славка, не справляешься?

Парень, не ожидавший этого, широко раскрыл глаза и замер, чувствуя, как сердце сбивается с ритма. Его рука с мечом дрогнула. Впрочем, уже через мгновение он взял себя в руки. Взгляд прояснился, дыхание выровнялось, и Славка широко и ярко улыбнулся, отвечая:

— По вашему приказу, глава, я немедленно сокрушу их здесь и сейчас.

— Ну-ну… — парень ощутил, как ему на плечо легла ладонь, которая пару раз похлопала по нему. — За то время, что меня не было, ты стал очень сильным, — в голосе слышалась лёгкая усмешка, — но хватит вам воевать, по крайней мере на сегодня. Вы своё… — голос на секунду оборвался, — на какое-то время уже отвоевались.

В следующий момент во все стороны от фигуры Сергея, что стоял позади него, рванула жёлтая волна. Она прошлась на многие километры во все стороны.

Все, кто ранее даже не заметил его появления, в один миг, как по команде, замерли. Даже вся та армада, что сражалась внизу, на земле и в воздухе, застыла без движения.

А затем над полем битвы прозвучал холодный голос парня:

— Всем прекратить сражение. Китайская империя. Я даю вам всего одно предупреждение. Больше не будет. На колени — и вы останетесь живы. Иначе вас ждёт только смерть.

Но никто не мог даже пошевелиться, не то что упасть на колени. Все чувствовали, как чужая воля придавила их к месту, не позволяя сделать ни шага.

Катя, выдыхая и вытирая со лба пот, с довольной и чуть растерянной улыбкой смотрела в небо, туда, где теперь парил тот, кого они так долго ждали. А Тина в этот момент тыльной стороной ладони стирала с щеки слезу, также улыбаясь.

Суворов и Владимир, подчиняясь приказу без лишних слов, мгновенно телепортировались назад, вставая на некотором расстоянии перед Сергеем так, чтобы своими телами и техниками прикрыть его от любой угрозы.

Оба даже взглядом не повели, принимая приказ как то, что они должны исполнить в любом случае.

Впрочем, телепортировались не только они — также и китайский император рванул в пространство. Суворов, Владимир, Славка, а также присоединившаяся к ним Тина успели среагировать, готовые в любой момент встать щитом и защитить Сергея.

Однако в следующий миг они ощутили мягкую, но непреодолимую силу, что обхватила их, словно кокон, не позволяя дёрнуться с места. Они всё ещё могли дышать, видеть, говорить, но не могли пошевелить даже пальцем.

Сергей протянул вперёд руку, перехватывая голой ладонью жёлтый клинок китайского императора, расписанный рунами, возникший прямо из воздуха — тот телепортировался к нему почти в упор, нанося удар, рассчитанный, чтобы забрать жизнь.

От места столкновения разошлась глухая жёлтая воздушная волна, прокатившись по небу. Двое противников — мужчина и молодой парень — смотрели друг другу прямо в глаза. Затем Сергей холодно заговорил:

— Торопишься сдохнуть? — он начал чуть надавливать на клинок, крепко сжатый в ладони. В воздухе послышался скрип металла, словно сталь сопротивлялась, но понимала, что просто невозможно противостоять такой силе. — Поверь мне, твоя судьба уже определена. Вот только пока не от моих рук, — продолжил Сергей. — Есть кое-кто, кто хочет заняться тобой лично.

В следующее мгновение парень резко сжал руку. На его ладони не появилось ни единой царапины, а вот клинок меча императора просто лопнул, рассыпаясь металлическими осколками, которые брызнули в стороны. Ошарашенный мужчина на мгновение даже забыл о защите — он просто не мог поверить тому, что увидел.

А в следующий момент Сергей потянулся к его горлу рукой, и китайский император, ощущая приближение смерти, с широко раскрытыми от страха глазами телепортировался прочь.

Парень, глядя на это, с кривой усмешкой, в которой не было радости, обратился словно в пустоту:

— Как и договаривались, он твой.

Мгновение — и рядом с ним, прямо из самого пространства, выплыл мужчина со скрещёнными на груди руками. На нём сверкал белый доспех, на голове сиял обод — символ власти. Его фигура источала спокойную, но давящую силу, а во взгляде не было ненависти, лишь чистая ярость.

Император Российской империи, Александр Романов, что теперь выглядел на двадцать семь лет, смотрел только на своего врага — на китайского императора.

Внизу все воины империи ошарашенно смотрели в небо. На лицах застыло неверие, ведь они помнили, что их император умер.

Александр без каких-либо слов просто сделал шаг в пространство — и исчез, в тот же миг появляясь прямо перед китайским императором.

Миг — удар. Китайский император успевает выставить блок, но уже через секунду его с чудовищной скоростью уносит далеко вниз. Он, словно падающая звезда, врезается в землю, оставляя после себя глубокую борозду и клубы пыли.

В то же мгновение Александр снова делает шаг и выныривает прямо перед ним, не давая тому и секунды на передышку. Удар, и враг вновь летит прочь.

Все оставшиеся новы и высшие из Китайской империи, смотря на это, не понимали, что им делать.

Когда они перевели взгляд на Сергея, тот равнодушно произнёс:

— Вы слышали мой приказ.

Однако враги, вместо того чтобы подчиниться, всего на миг использовали свою энергию. Однако этого мига хватило, чтобы они определили свою судьбу.

Сергей растворился в воздухе, чтобы тут же появиться перед одним из нов. Тот не успел ничего сделать, ладонь парня, оставляя линию в воздухе, провела по пространству.

Сергей тут же вновь телепортировался. В небе, там, где только что висел враг, тело без головы рухнуло вниз.

Чтобы расправиться со всеми врагами, у парня ушли буквально доли секунды. Пространство вспыхивало и гасло — телепорт за телепортом. И вот уже вниз падали тела. Некоторые ещё дёргались, не понимая, что произошло.

Затем он снова телепортировался, появляясь уже над китайскими войсками. Те вскинули взгляды, чтобы посмотреть на него, однако в ту же самую секунду с серыми лицами опустили их вниз, не в силах выдержать ледяной взгляд.

Сейчас над ними нависал не Сергей Вяземский, которого многие знали и по слухам, и по подлинным историям. И не Асшель Вайторл, о котором они даже не слышали.

Сейчас над ними висел тот, кто решил закончить эту войну, и если для этого придётся убить нежелающих подчиняться — он это сделает. И воины все как один прекрасно понимали, что стоит лишь кому-то шелохнуться — и он тут же окажется мёртвым.

Парень заговорил. Его голос прозвучал ровно, без эмоций, словно приговор:

— Мне не важно, служили ли вы верой и правдой своему императору, выполняли ли его приказ по своей воле или нет. И даже не важно, представлял ли ваш выбор что-то осознанное или вы просто следовали приказу. Вы перешли черту дозволенного, развязав войну и убивая невинных. Больше я не позволю ни вам, ни кому-либо ещё думать, что он может творить всё, что захочет, и оставаться безнаказанным. И если вы, идиоты, не думаете о себе, так подумайте о своих близких, что лишатся кого-то из своих родных по вашей же глупости. Пришло время делать выбор.

Давление, что ранее удерживало всех, ослабло. Воины стояли, не решаясь поднять взгляд и не решаясь сделать хоть что-то, пока наконец сперва один, а затем другой не начали падать на колени, склоняя свои головы ещё ниже.

Постепенно вся армия Китайской империи падала на колени, не желая продолжать сражение, а затем небо и пространство вокруг взорвались яростными победными криками со стороны Российской империи.

Воины, что до этого сражались, ставя на кон свои жизни и готовность стоять до конца, в данный момент вскидывали вверх кулаки и невероятно громко скандинировали:

— Слава императору! Слава императору! Слава императору! Слава императору! Слава императору!

Сергей же, вися в небе, с некоторым сомнением смотрел на них.

Вражеское войско на колени пало из-за его силы, а они чествуют Александра, который вообще пропал с радаров.