Глава 7

Колонны шли всю ночь. И только под утро меня растолкал дежурный.

— Командир, последний отряд прошел. Сказали, позади них никого уже нет.

Никакой накладки здесь нет: после того, как Корабельского увезли в госпиталь, Птицын отдал распоряжение мне принять команду над остатками взводов.

После чего отбыл и сам.

Самое печальное, что и пушки ушли вместе с ним.

— Пропустите последних бойцов, взрывайте мост и уходите.

Да чего уж там…

Мин практически не осталось. Как выяснилось, капитан Фролов увез с собою штук двадцать минометных мин, и теперь в загашнике у нас всего штук пять. Даже парочку приличных фугасов не соорудить. Против пехоты еще можем чего-то изобразить, а вот с танком ничего уже и не сделать. Да и тротила осталось всего ничего.

Несколько заготовок мы кое-как состряпали, но ставить их решили уже позже, когда станем уходить. Пока просто по местам растащили и там припрятали.

А я, наконец-то, лег поспать…

Вся предыдущая беготня со стрельбой вымотали меня чудовищно, еле ноги переставлял к концу дня.

А уж разговор с капитаном… С тем, который мои данные записывал…

Он, случаем, не бывший опер? «Колол» меня весьма профессионально и грамотно! Особенно его интересовало, где и при каких обстоятельствах я выучился всем этим штучкам. Так это он еще и не все знает!

Тогда вообще бы с меня живого не слез…

Встаю, наскоро ополаскиваю небритую морду водой из котелка. Все имущество (ха! Того имущества кот наплакал…) взвода я приказал собрать и отправить в тыл. Для этого нам оставили аж две повозки с лошадьми. Охримчук клятвенно уверил, что все удастся погрузить.

Пулеметов осталось три, один из них станкач. Это, надеюсь, мы и сами утащим.

Топаю наверх.

Пока тихо, никого на дороге не видать.

— Юрий Иванович, — окликаю я Петлина. — Думаю, пора уже фугасы ставить. Вот-вот немцы пожаловать могут, не хотелось бы этим ползком заниматься.

— Добро, командир, — кивает он. И, взяв с собою троих бойцов, уходит куда-то в сторону.

Так, снайпер где?

Нашел я его на старом месте — уж больно оттуда обзор хороший был! Вот он к этим валунам прямо-таки и прикипел. Пулей там его взять весьма непросто, миной попасть — это нехило вывернуться нужно. По этой причине он там и угнездился.

— Привет! — соскальзываю по булыжнику вниз.

— Здравствуйте, товарищ командир! — приподнимается он со своей лежки.

А он туда лапника, оказывается, накидал да плащ-палатку сверху постелил. Молодец парень! Далеко пойдет! Обстоятельный и предусмотрительный!

— Тебя, кстати, звать-то как?

— Красноармеец Смирнов! Юрий. Отца Николаем звали.

— Так, Юра! Ведро видишь?

— Не очень… — смущается он. — Там тени под мостом… Плоховато еще видно.

— Так и немцев же пока нет. Значит, смотри. Есть команда, нет команды — а как только первый немец ступит на этот берег — стреляешь по ведру. Сам увидишь — попал или нет. Можешь и два раза пальнуть для верности. Дальше — действуй по обстановке. После взрыва моста нам тут делать нечего. Усек?

— Понял, сделаем!

— Все, бывай! Я дальше потопал.

Импровизированный минный шлагбаум — доску с минами, к этому моменту уже разобрали. На дороге сделали пару лунок под мины, а еще две штуки я хочу забрать с собой и где-нибудь подальше их воткнуть.

Бах… Где-то далеко…

На той стороне!

Там еще есть кому стрелять?

Ушли же все…

Значит — не все. Кто-то остался еще. И этот кто-то пока может стрелять!

— Два человека с пулеметом — со мной!

И только перемахнув через мост и отбежав добрую сотню метров, врубаюсь: а на месте я этого стрелка не мог подождать? Один хрен — назад по мосту бежать!

Но поздно — вот уже и поворот.

Мда…

Вихляя на простреленных колесах, по дороге кое-как едет полуторка, а из кузова иногда бахают одиночные выстрелы.

С сомнительным, надо сказать, эффектом.

Ибо следующие позади полуторки мотоциклисты ничуть этой стрельбой не озабочены. Во всяком случае, ответного огня они не ведут и даже что-то там задорно покрикивают.

Так они ее загоняют! Как зайца на охоте!

Словно в подтверждение моих мыслей, на коляске одного из мотоциклов запульсировал огненный цветок пулемета — и очередь легла слева от машины. Мол, туда нельзя! И верно — был в данном месте поворот. По-видимому, немцы не очень хорошо знают эти места, вот и гонят машину просто по прямой.

— Ложись! Приготовиться к открытию огня!

Шлепнулись на землю пулеметчики, а я кубарем перекатываюсь через дорогу на противоположную сторону. Буду держать оборону здесь.

— Стрелять по команде!

Похоже, нас никто не заметил — все слишком увлечены грузовиком.

Лязгая какими-то железяками, полуторка кое-как проскакивает мимо нас.

А вот и немцы…

Весело им!

Охота на живую дичь!

Вижу, как привстает в коляске пулеметчик — сейчас он будет стрелять.

— Огонь!

И длинная очередь перечеркивает левый мотоцикл.

Вскидываю автомат и первыми же выстрелами вышибаю из седла водителя второго мотоцикла. Пулеметчик задергался — и обвис в коляске, перегнувшись через ее борт. А третий фриц, успевший соскочить на землю, даже к карабину потянуться не успел — там и скукожился.

Третий мотоцикл отчаянно тормозит, пытаясь развернуться.

Тщетно: наш пулеметчик достает и его — мотоцикл вспыхивает.

Дико орет, катаясь по земле, водитель.

Сменив магазин, подбегаю к нему и короткой очередью ставлю точку в его воплях.

— Перезарядить оружие! Осмотреть мотоциклы!

Один — тот, в который я стрелял, — оказался вполне себе на ходу, почти не пострадал. Второй полыхал чадным пламенем, мы к нему даже и не пошли.

С третьего разжились патронами и гранатами, заодно прихватив еще и канистру с бензином.

С шиком выруливаем к мосту, оставив позади себя еще один костер.

А на той стороне к грузовику бегут бойцы.

Вот кстати! Выясним, кто это там такой стрелок?

Полуторка оказалась с ранеными — девять человек. Весь кузов был занят. Даже и водитель был ранен в плечо — то-то машина так виляла по дороге!

— А кто у вас там такой стрелок классный оказался? — спрашиваю я, спрыгивая из седла на землю.

Ребята расступаются.

— Санинструктор младший сержант Смирнова!

Господи… и за что ж таких-то в армию⁈

Худенькая, винтовка в ее руках смотрится… Да никак она не смотрится — ей бы что-то другое в руки дать!

«Половник, — ехидно подсказывает мне внутренний голос. — На кухне она бы смотрелась…»

Ага, а не на кухне — так и вовсе!

— Командир взвода Васин! — намеренно опускаю звание. — Вам требуется помощь?

Помощь потребовалась — починить пробитые колеса.

Отогнав машину за холм, народ дружно приступил к ремонту. Сбегали вниз и принесли сброшенное туда ранее колесо от бронетранспортера. Облом: не подошло. Сбросили его назад. Но одно колесо удалось залатать — у водителя кое-что имелось. Еще раз обшмонали подбитую технику — хрен там ночевал! И совершенно неожиданно в коляске трофейного мотоцикла отыскали вдруг камеру! Да, не того размера, но все же…

Наконец-то закончили — и стали грузить в машину раненых. А заодно и еще туда кое-что запихали, да и двое наших бойцов туда уселись. Все ж не такие вот «стрелки»…

— Командир! — это передовой пост. — Моторы! Много!

— Взвести фугасы! Мины — установить! Занять позиции! Машина — едет нахрен в тыл! Пулей!

Топот ног — понесся народ по местам.

А из-за поворота выезжает…

Матерь божья!

Пулей несусь наверх — к снайперу.

— Юра! Огонь! Взрывай все к хренам!

Ибо на дорогу выехали танки. И не такие, как в прошлый раз, с легкой пушкой. У этих из башен торчат короткие обрубки — вроде бы и не страшно? Но это — 75-мм! Мало точно не станет! Они у нас тут все вспашут!

Снайпер невозмутимо прикладывается…

Бах!

В бинокль видно — ведро дернулось!

— Еще!

Бах!

Вообще чуть не перевернулось…

Вода из двух пробоин будет вытекать примерно минуту или чуть дольше. А из четырех? Явно быстрее — но насколько?

А до моста головному танку осталось метров двести.

Блин!

Надо было что-то поменьше вешать!

Но что теперь-то говорить?

Первый танк на мост все же въехать успел…

А вот выехать — уже фиг!

На хорошо подготовленный взрыв и посмотреть приятно!

А уж если еще и сам его готовил…

Честно говоря, и сам даже не ожидал такого эффекта. Вдоль всего моста, с обеих сторон, сначала вдруг нарисовалась дымная полоса.

ДШ?

А потом — как-то враз, почти слитно, грохнули взрывы.

И моста — не стало.

Вообще, словно никогда его и не было — прямо-таки в мелкую щепу разлетелся. Танк падал вниз как-то медленно, словно в замедленной съемке. Его не перевернуло, он так и остался, как говорят, «на ровном киле». Так и канул вниз.

Откуда уже через мгновение выметнулось огненное полотнище второго взрыва — сдетонировали боеприпасы внутри танка…

Встаю на ноги и отряхиваю сапоги.

— Все. Уходим!

Ошарашенные таким приемом, немцы практически и не стреляли. Да и смысла им именно здесь оставаться уже не было. Ладно хоть было бы чего чинить… А тут — вообще голые берега, глубокий овраг, да еще и река внизу… Даже и зацепиться за что-то проблематично.

Так или иначе, а на дороге можно ставить жирный крест. Тут и пехоте-то переправляться будет трудно. А за технику — вообще молчу…

Молча топаем по дороге.

Ну, кто топает — а кто и едет!

Не зря же я мотоцикл отбивал?

Впрочем, особо далеко мы все же не ушли.

Вернее — не ушли сразу.

Поперек дороги лежат подрубленные деревья. То есть не спиленные под корень, а именно что — подрубленные! Короче, спихнуть такое дерево в сторону… ну, трудно это будет…

Сие сооружение называется засека. И известно вообще с незапамятных времен. Чуть ли не с дохристианской Руси.

И там нас встретил часовой.

Обычный боец, с винтовкой за плечом.

Увидев нас, он сбросил ее с плеча и передернул затвор.

— Стой!

Ясное дело, мы встали.

— Старшего — вперед!

Не ломаюсь, слезаю с мотоцикла и выхожу вперед.

— Комвзвода Васин!

Все разъяснилось очень быстро.

Это то самое отделение, что ушло с капитаном Фроловым. И пока мы там, у моста, бодались с фрицами — он строили тут засеку и устанавливали фугасы из минометных мин — то-то их конструкцию капитан тогда очень внимательно разглядывал. Да и вообще здесь все устроено основательно и правильно — и сам бы лучше не сделал. Капитан, когда они все это начали городить, сказал, чтобы все делали без спешки: мол, ребята у моста просто так сожрать себя не дадут, время на обустройство точно есть.

Нам открыли проход сбоку — он неплохо замаскирован, сразу и не разглядеть. И не скажешь, что тут недавно целая дивизия прошла! Явно народ за обстановкой смотрит и лишние следы оперативно подчищает.

Малость перекусив и поделившись патронами к трофейному пулемету, трогаемся дальше в путь. Шли уже как-то повеселее — приободрившись и передохнув.

К небольшому городку, который был определен нам майором как пункт назначения, мы дотопали еще засветло. Оставив взвод на улице, подхожу к зданию, около которого постоянно снуют военные, и интересуюсь у часового, кому я обязан доложить о прибытии?

Птицын тогда сказал коротко: явитесь в штаб.

Часовой вызывает кого-то еще, тот, в свою очередь еще с кем-то связывается…

Короче, я задремал, присев на лавочку и откинувшись на стену дома. Часовой, явно уже на такое насмотревшийся, ничуть мне в этом не препятствовал…

— … !

Отрываю глаза.

Рядом стоит какой-то сержант и требовательно тормошит меня за плечо.

— А?

— Вставай, говорю! Капитан зовет!

Капитан ждал меня в комнате в самом конце коридора. Постучав в дверь, вхожу и с порога докладываю: мол, такой-то и такой-то прибыл по приказанию майора Птицына.

— Нет его тут сейчас… — устало отвечает капитан. — Сколько у вас народа?

— В строю двадцать четыре человека. Трое легкораненых — в строю, эвакуация не требуется. Двоих вынужден был назначить в сопровождение машины с ранеными, они направлялись в госпиталь. Ранее сюда убыли два человека, сопровождавшие повозки с имуществом. В наличии имеем один станковый и три ручных пулемета. В пополнении боезапаса не нуждаемся. Продовольствия — на три дня.

— Да, припоминаю, Птицын что-то там про вас говорил… — кивает мой собеседник. — Вам будет отведено место для расквартирования и отдыха. Найдите своих бойцов — госпиталь расположен в конце села. На отдых — два дня! Не больше! После чего доложите лично мне. Свободен!

Несмотря на весь бардак, про нас не забыли, и вскоре молоденький парнишка топает рядом с нами, с завистью поглядывая на мотоцикл. Он показывает нам место временного обиталища, поясняет, куда и к кому надо обратиться, чтобы встать на котловое довольствие. Выясняю у него за госпиталь и возвращаюсь к повседневным делам.

— Юрий Иванович! — озадачиваю я Петлина. — Займись тут по хозяйству. Дневального назначь, и чтобы тут все как-то понемногу обустроили. А я — в госпиталь, надо наших ребят забрать.

Прыгаю за руль мотоцикла и выруливаю на улицу. Если верить нашему провожатому, то тут и ехать-то всего ничего…

Как и следовало ожидать, внутрь меня не пропустили. Мол, тут жди, сейчас выясним…

Ну, блин, что тут поделаешь? Подождем…

— Добрый день!

Это еще тут кто?

А! Давешняя санинструктор-стрелок!

— Здравствуйте! — приподнимаюсь ей навстречу.

— А я мотоцикл знакомый заметила!

И в самом деле, на коляске у него нарисован какой-то зубастый зверь — приметная деталь.

— Да я ребят своих ищу… тех, что с вами тогда поехали.

— Понятно… — она слегка погрустнела.

Господи, она-то явно подумала, что это я к ней приехал? Милочка моя, да я даже и не представлял, где тебя искать-то!

— Я очень рад вас видеть! Правда! Просто не рассчитывал с вами когда-нибудь встретиться: война же… Людей туда-сюда кидает, не уследишь… Простите, а звать-то вас как? Я, каюсь, тогда и не спросил — не до того было.

— Маша я… — внезапно порозовела девушка. — А вас как звать?

— Петр. Петр Васин. Будем знакомы!

— Обождите секундочку! — быстро возвращаюсь к мотоциклу, роюсь в коляске. Да где же он там? Ага!

— Вот! — протягиваю ей сверток. — На память!

Она разворачивает тряпицу.

«Вальтер ПП» в кожаной кобуре и две запасные обоймы. Обоймы спрятаны в отдельные кожаные чехольчики — можно на пояс подвесить.

— Это того самого пулеметчика, что по вам стрелял! Все поудобнее винтовки будет — тяжела она для вас.

— Ой… — она снова краснеет и становится очень милой и домашней. — Я даже и не знаю…

— Смирнова! — зычный голос разноситься над двором. — Где тебя носит⁈

И ее словно ветром сдуло.

А мои бойцы появились через несколько минут. Их, как выяснилось, уже тут успели припахать… Ну, хорошего — понемножку! Попользовались на халяву чужими бойцами — и хватит!

Усаживаемся все в мотоцикл, и я выруливаю назад.

Домой пора!

Да и жрать охота, если честно…

Сегодня я, наконец-то, высплюсь!

Хоть по-человечески прилягу. Мне тут парни организовали настоящую кровать! И даже занавеской из плащ-палатки угол этот отгородили.

Как же давно я так не спал… отвык уже совсем…

Спихнув все повседневные заботы на Петлина, отваливаюсь на койку… и моментально засыпаю.