Это был бурный год.

Ремонт королевского замка в столице Арланда близился к завершению, и Ариен получила комнату с отличным видом. Она была ненамного лучше комнаты в постоялом дворе, но прекрасно подходила, чтобы скрыться от посторонних глаз и сосредоточиться на делах.

После памятного зимнего сражения был создан Совет, и Ариен вошла в него. Помимо имперского гнета в Арланде хватало проблем. Конфликтовали гильдии, веками тянулись споры между деревнями за источники воды, семьи фермеров бесконечно делили пахотные земли.

Солнце клонилось к горизонту. Завтра должны были назначить нового наместника. Сегодня в честь этого устроили пир. Ариен достала из шкафа наряд, который специально для праздника сшил портной Седрик. Синее платье. Вспомнила, что в тот самый день Седрик присутствовал на поле боя и видел королеву Лоран.

Несколько других участников битвы с гигатерионом вошли в Совет вместе с Ариен. Кое-кто, вероятно, распробовав вкус сражений, пошел в народное ополчение. Большинство разошлось по домам. Но между всеми ними было нечто общее – все в любую свободную минуту обсуждали случившееся в тот самый день. Кое-кто даже воспевал в балладах, став странствующим певцом.

История о том, как королева Лоран повергла имперский гигатерион и спасла Огненного Дракона, у разных рассказчиков звучала по-разному, иногда различия были существенными. Свидетелями подвига стали тысячи человек, и даже сейчас, спустя год, никто не знал наверняка, что же именно произошло. Кажется, Ариен единственная не понимала, почему рассказы многих очевидцев так сильно отличались от того, что видела она сама.

Время подошло, и когда Ариен уже собралась выйти из комнаты, в дверь постучали. Ариен побежала открывать.

– Сестрица Уилл!

Уилфрида была облачена в имперский наряд. Ее черную накидку и юбку украшала роскошная золотая отделка. Во время зимней битвы Уилфриду ранили, на лице остался длинный шрам. Она казалась уставшей с дороги, но улыбнулась и обняла Ариен.

– Как поживаешь?

– Так же, как и всегда. Как тебе столица Империи?

– В Сенате одни старики все время болтали, скука смертная. Но простые горожане вполне ничего… Какая столица огромная! Ты же там столько лет прожила, наверное, наша тебе кажется совсем маленькой. И я никогда не думала, что в мире есть столько разных людей.

– Хорошо все прошло?

Уилфрида кивнула.

– Мне помогли наши соплеменники. Некий Кейн как-то узнал, что я приехала, и пришел поздороваться. Мы обменялись новостями. Некоторые люди хотят вернуться в Арланд. Они услышали о том, что сделала королева Лоран…

– Ты сказала, того человека звали Кейн? Он был в очках? Примерно двадцати пяти лет?

– Да. Ты его знаешь?

– Однажды он мне помог.

Ариен никак не могла вспомнить его лицо. После схватки с Элдредом, во время которой ее воображаемая комната разрушилась, она забыла многое из того, что с ней было до приезда в Арланд.

– Он молод, но уже довольно известен. И не только среди арландцев… Говорят, его даже в Службе тайных дел уважают. Кстати, мне тут надо кое-что проверить в Совете, не посмотришь?

– Да завтра никакой работы, госпожа советник.

Уилфрида расхохоталась.

– Да у меня ни послезавтра, ни послепослезавтра никаких дел нет! Я же просто кукла! – Уилфрида шутливо вытянула руки, взмахнула ими, будто кто-то дернул ее за невидимые нити. – Всеми важными делами должен заниматься Совет Арланда. Я, конечно, скажу свое слово, но… Мой долг – выполнить приказ королевы и защитить всех.

Уилфрида дотронулась до своих плеч. Посвящая ее в рыцари, Лоран коснулась их лезвием Урмаса. Она продолжила:

– Представитель Арланда в Совете граждан при Сенате Империи подал прошение, и его-то я хочу проверить.

– Кстати, когда истекают его полномочия?

– Следующим летом.

– Тогда пора подумать, кто будет представлять нас после него, – сказала Ариен.

Уилфрида протянула ей какую-то бумагу.

– Кейн кое-что предложил.

– Ты шутишь, – ответила Ариен, прочитав записку. – Мы столько боролись с Империей, чтобы получить возможность отправить в Совет граждан своего человека…

– Но я прошу тебя порекомендовать в Совет граждан его. Я с ним встречалась, он показался мне достойным человеком. Он знает выходцев из провинций, из всех уголков мира. Мы должны считаться с мнением наших соотечественников, они очень зависимы от решений Сената… Я считаю, решение вполне разумно.

– Предательница.

Уилфрида рассмеялась. Ариен взяла бумаги и сказала:

– Тогда расскажем об этом остальным завтра утром на собрании.

– Спасибо.

За год Уилфрида преобразилась. Ее называли «королевским генералом», затем Лоран посвятила ее в рыцари – простая девчонка из арландской деревушки изменилась до неузнаваемости. Она много училась, стала одеваться иначе, постоянно повторяла, что ее величество велела ей защищать Арланд.

– Королева Лоран, случайно, не показывалась? – спросила Уилфрида.

– Нет, как исчезла – ни разу, – покачала головой Ариен. – И Огненный Дракон куда-то улетел…

Уилфрида погрустнела.

– Вот бы еще хоть раз увидеть ее…

Если честно, в глубине души Ариен чувствовала облегчение, что все так обернулось. Останься Лоран с ними, Империя послала бы больше сил, чтобы избавиться от нее. С другой стороны, если бы Лоран точно погибла, имперцы ни за что не согласились бы на компромисс. Ее пропажа их обрадовала, но они не забывали, что королева Арланда, которой удалось уничтожить гигатерион, жива и где-то рядом. Имперцы первыми предложили договориться о мире.

Все прошло быстро. Империя во всем обвинила двадцать пятый легион и наместника Геспероса и подтвердила статус Арланда как верной провинции. На самом деле Арланд фактически получил автономию. Неужели Лоран догадывалась, что произойдет нечто подобное?

– Иногда я сомневаюсь, что мы поступили правильно. Королева просила именно этого, но… – Уилфрида тяжело вздохнула.

– Мы больше не сражались, двадцать пятый легион отправили на юг, подальше отсюда, ты, Уилл, теперь наместник, и мы можем сами выбирать своего представителя в Совете граждан…

– Но мы все еще несвободны. Мы по-прежнему платим налоги в Империю… Конечно, не такие разорительные, как при кровопийце Гесперосе. Я тоже наместник, и, если Империя потребует собрать больше денег, я ничего не смогу поделать.

– Да. Но наша борьба еще не окончена. И у имперцев, и у нас еще достаточно забот.

Уилфрида кивнула.

– Как там новые легионеры? Хлопот не доставляют?

– Восемьдесят второй легион? Пока в Арланде спокойно, они должны сидеть в своей крепости и на заставах. Мы их почти не видим. Удобно и нам, и им.

– Кстати, гигатерион так и лежит на том поле.

– Я решила, что надо оставить его на месте. Имперцы забрали только важные детали, в том числе магический генератор.

Будто почувствовав ее неудовольствие, Уилфрида сказала:

– Я знаю, как тебе не хотелось отдавать им магический генератор. Сочувствую.

Ариен вздохнула.

– Так решил наш Совет, ничего не поделаешь. Я тоже тогда думала, что имперцы не откажутся от него так легко.

Более того, Империя продолжала искать магически одаренных детей и забирать их в столицу. Совет пытался убедить Ариен, что пока с этим ничего не поделать, но та не могла избавиться от ощущения, что советники сделали из магов простую разменную монету в переговорах с имперцами.

«Хуже всего, что наши жизни подчиняют интересам ничтожной заурядной массы…» – вспомнила она рассуждения Элдреда о судьбе магов.

Иногда Ариен казалось, что они ничего не выиграли. В такие моменты она вспоминала слова Лоран:

«Но если мы выиграем сегодня, Империя может вернуться завтра. Будьте готовы к этому».

И Ариен готовилась. Еще в академии она выучила несколько заклятий от старшекурсницы. Ту научила беглая ведьма из ее родной страны. Теперь Ариен должна была стать такой ведьмой и научить маленьких магов из Арланда всему, что знает. И тому, чему ее когда-то научил Элдред, и тому, что придумала сама.

Для начала ей следовало отыскать одаренных детей. Потом обустроить тайное место для занятий. И никому об этом не рассказывать, даже Уилфриде. Ариен решила сменить тему:

– Совет предлагает разбить на том месте парк в память о сражении, но как можно устроить парк так далеко от города…

Тут Ариен опомнилась и хлопнула себя ладонью по лбу.

– Прости! Я даже воды не предложила… Слишком обрадовалась увидеть тебя!

Уилфрида с улыбкой отмахнулась.

– Да ничего. Мне еще много к кому надо зайти.

– Если бы я знала, что ты так задержишься, то отложила бы пир, чтобы ты отдохнула с дороги.

– Я бы вернулась раньше, но Гриогал оказался в Редоне как раз в тот момент, когда я там проезжала. Гостила у него три дня. Если честно, я немного устала пировать.

– Редон пока не очень-то готов договариваться с имперцами… Как и Камори. Их наместники уцелели, – бросила Ариен.

Уилфрида хмыкнула.

– По крайней мере, имперцы больше не пытаются вырезать всех редонцев.

– Кстати о Камори. Эмер согласился поменяться местами со своей сестрой.

– Представлять Камори в Совете граждан Империи вместо нее?

Ариен кивнула и добавила:

– Да. Его сестра уже немолода, так что… Он еще сказал, что с наместником разберется Гведион, он хорошо знает, что происходит у них в столице.

– Что еще за Эмер? Он брат этого, как его…

– Кажется, Гвахараса? Звучит как-то так.

У каморийцев было много странных имен, Ариен с трудом запоминала их.

– Он все еще живет в своей пещере?

– Не знаю. Эмер ничего о нем не рассказывает.

Уилфрида кивнула и встала со стула.

– Ладно, мне пора идти. Еще увидимся сегодня.

– Пей поменьше и ложись пораньше!

Вместо ответа Уилфрида еще раз обняла Ариен и вышла из комнаты.

До пира еще оставалось немного времени. Ариен уселась в кресло, расслабила спину и заглянула в новую воображаемую комнату. Она напоминала комнату, в которой Ариен ночевала накануне побега из столицы Империи, только без броских украшений и картин, неподходящих ребенку.

Рядом с широкой мягкой кроватью стояла небольшая колыбель. А в ней лежал Тайкон, еще один маленький секрет Ариен. За год он совсем не изменился, остался новорожденным младенцем, укутанным в одеяло. Ариен посмотрела на крохотное личико. Тайкон загугукал. Она протянула палец, и малыш схватился за него. Возможно, он никогда не вырастет, не станет взрослым. Но, по крайней мере, теперь он был в безопасности и никто не мог использовать его. Ариен считала, что это куда лучше, чем лежать в свинцовом гробу и работать магическим генератором.

Пока она играла с ребенком, солнце почти село. Ариен следовало переодеться и идти на пир. Она посмотрела в окно. Новый флаг Арланда сиял в свете последних солнечных лучей. Два красных дракона на белом фоне. Один символизировал Огненного Дракона, другой – Лоран, королеву Арланда.

Ариен надела новое синее платье. Распустила волосы, потом собрала в простой пучок. Нанесла на лицо немного косметики, брызнула капельку духов. За последний год она нечасто так прихорашивалась, однако на пир приехало много посланников из других стран, а также друзей, которых она давно не видела. К такому событию следовало подготовиться как следует, не жалея времени. А еще до пира Ариен хотела встретиться еще с одним важным человеком. В прошлую встречу она вела себя недостаточно учтиво, и это следовало исправить.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом. Ариен снова выглянула в окно. Вдалеке она видела огни города. Небо было усыпано звездами. Здесь было совсем не как в столице Империи, где на улицах всегда горели синие фонари, подпитываемые магическими генераторами. Ариен открыла окно. Ночной воздух был холодным.

Звезды пропали с неба, чтобы через мгновение появиться вновь. Будто повинуясь чьей-то незримой воле, в комнату ворвался порыв ледяного ветра.

Ариен низко поклонилась гостю, согнувшись в талии, затем встала на колени. Со всем почтением, на которое только была способна, она сказала:

– Я ждала вас, ваше величество. Прошу, проходите.