Кейн очутился в небольшой комнате, похожей на детскую. В ней стояли маленькая кровать и комод с несколькими книгами. На кровати сидел очень худой мужчина с иссохшим, будто у мертвеца, лицом. Все его тело, руки и ноги покрывали многослойные повязки. Ноги вдобавок были спеленуты вместе, так что ходить человек не мог. Более того, с первого взгляда Кейн не понял, мужчина перед ним или женщина. Скорее просто неживое тело. Рот с тонкими губами был разорван, и человек будто скалился.

Кейн постарался взять себя в руки. Место, в которое он попал, находилось за пределами понимания простых людей. И пытаться понять его не следовало. Стараясь не смотреть на труп, Кейн взглянул на книги. В основном здесь были приключенческие романы, главными героями которых выступали имперцы. Кейна такие книги не интересовали, но он узнал почти все названия. Одна книга, довольно толстая, выделялась. На корешке было написано: «Мерсийский маг». Кейн никогда не слышал о ней, зато слышал о Мерсии. Мерсия однажды попыталась восстать против Империи, и в наказание Империя всего за день превратила цветущие луга и степи в выжженную пустошь. Кейн потянулся за книгой, и тут к нему подошла Ариен.

– Эта комната ненастоящая, я попыталась воссоздать мою старую детскую. Мы сейчас находимся в моем сознании.

Рядом с комодом было окно, и через него открывался вид на деревеньку где-то в Арланде. Однако за дверью в другом конце комнаты была лишь темнота. Когда Ариен шагнула в комнату, тьма, словно дымный плащ, потянулась к ней, но, когда проход закрылся, рассеялась. Ариен ткнула пальцем себя в грудь.

– И я тоже ненастоящая. На самом деле я осталась снаружи, в комнате Лукреции. А тут только мое собственное представление обо мне.

Кейн взял книгу и спросил:

– Значит, мое тело здесь, а твое – нет?

Ариен покачала головой.

– Мне кажется, сама я не могу попасть сюда. Хотя никогда и не пробовала.

Ненастоящая комната в сознании… Кейн не мог этого осмыслить, как не мог понять, что возможно в месте, куда он попал, а что нет. Он повернулся к телу на кровати.

– А этого человека… То есть, этот магический генератор зовут Элдред.

Кейн промолчал, ожидая дальнейших объяснений.

– Я украла его из подвала моей академии.

– Зачем?

– Он попросил меня. Сказал, что поможет мне сбежать и научит магии.

– То есть магические генераторы могут говорить и колдовать?

– Просто Элдред не такой, как все. Он не может использовать магию. По крайней мере, здесь. Наверное.

– Наверное?

– Если бы мог, то наверняка сделал бы это.

Рот Элдреда разошелся еще шире. Зловещая рваная улыбка напомнила Кейну и тело, которое он видел год назад в заведении Лукреции, и смеющегося убийцу, которого он настиг на крыше.

Кейн никогда не любил магию. Сталкиваясь с чем-то необъяснимым, люди предпочитали винить сломанные магические генераторы или притаившихся где-то неподалеку магов и в упор не видели того, что было у них под носом. Кейн считал, что им просто неохота думать, хотя и не мог отрицать существования магов и магии. Просто магия была слишком удобным ответом на все вопросы. Она усложняла мир, пудрила мозги простым людям. Например, сейчас Кейн оказался в сознании Ариен. В этой комнате могло случиться что угодно. Стены могли упасть ему на голову, какие-нибудь чудовища появиться из ниоткуда – он бы не удивился. Здесь Кейн чувствовал себя беспомощным, и это ему не нравилось.

– Зачем ты привела меня сюда?

Ариен вздрогнула. Кейн понял, что спросил слишком резко, и повторил вопрос более спокойным тоном. Плечи Ариен расслабились, и девушка сказала:

– Элдред знает, зачем кому-то мог понадобиться магический генератор, который ты нашел.

– А ты не могла просто передать мне его слова?

– У меня тоже есть тайна, которую я не хочу хранить в одиночку.

Кейн понял ее. Он кивнул и посмотрел на Элдреда. Хотелось быстрее услышать ответ и уйти.

– Тогда пусть расскажет.

Вдруг Элдред открыл рот. Его дыхание пахло тленом.

– Ты знаешь, что Империя владеет механизмом, который называется «Цепь Судьбы»?

Кейн слышал об этом. Говорили, «Цепь Судьбы» предсказывала будущее. Это было одно из главных сокровищ Империи, с помощью которого она покорила мир. Но Кейн подобными вещами не интересовался. Раньше не интересовался.

– Возможно, «Цепь» – величайшее сокровище Империи. Последнее великое достижение имперских магов. Нынешние жалкие фокусники разве что свечи зажигать горазды.

Элдред ехидно посмотрел на Ариен и продолжил:

– Кто-то украл генератор, чтобы подключить его к «Цепи Судьбы».

– Но зачем? «Цепь Судьбы» состоит из нескольких магических генераторов. Их не получится подчинить всего одним генератором четвертого класса.

– Верно, – ответил Элдред. – «Цепь» состоит из трехсот двадцати семи генераторов третьего класса и мощнее.

– Откуда ты это знаешь? – спросила Ариен, вытаращив глаза.

– Знаю, и все.

Кейн внимательно слушал разговор магов. Ариен не доверяла Элдреду. Возможно, уже доверилась кому-то не тому. Да хотя бы тому же Элдреду, когда позволила убедить себя выкрасть его из академии. С другой стороны, высохший маг, казалось, упивался ее подозрениями, использовал их, чтобы скрыть свои истинные намерения. Кейн ответил за Элдреда:

– Потому что… Элдред, вероятно, был одним из магов-техников, которые создали «Цепь Судьбы».

Зрачки мага дрогнули в иссохших глазницах.

– А он не совсем пустоголовый. Но он ошибся.

– Тогда ты был частью «Цепи Судьбы».

Ариен удивленно переводила взгляд с Кейна на Элдреда и обратно. Элдред улыбнулся еще шире.

– Сейчас это не имеет значения. Подумай лучше вот о чем. Что произойдет, если генератор не сможет подчинить «Цепь»?

– Взорвется и подорвет ее? – предположила Ариен. – Но там триста генераторов как минимум третьего класса. Тогда вся столица взлетит на воздух?..

Она тихо ойкнула и повернулась к Кейну.

Кейн не ответил на ее взгляд, погрузившись в размышления.

Служба тайных дел подозревала Гладис в подготовке мятежа. Мятежники в провинции украли магический генератор. Молчаливый человек заходил в дом в порту. Так называемая принцесса Арланда. И еще «Цепь Судьбы». Кейн будто стал частью непонятного спектакля. Какую роль играла Пиена? И просто ли случай свел его с Ариен и Элдредом?

– Я всего лишь предположил. Но возможны и другие варианты. Знаешь, что такое «Звезда Мерсии»?

О «Звезде Мерсии», чудовищном оружии Империи, знали все. Именно оно превратило взбунтовавшуюся Мерсию в мертвую пустыню. Однако никто не знал наверняка, что оно собой представляет. Все просто боялись его разрушительной мощи. Не дожидаясь ответа, Элдред продолжил:

– Если нарушить целостность «Цепи Судьбы», грянет взрыв, который уничтожит столицу. Сейчас Мерсия безжизненна. Там не растет ни травинки, в земле нет ни одного червяка. Только пепел, пыль и останки мертвых. Интересно, что случится, если «Звезда» вспыхнет в самом центре Империи? «Цепь Судьбы» не просто предсказывает будущее. Она буквально создает ее, формирует судьбу. «Звезда Мерсии» лишь один из примеров того, на что способна «Цепь». И Империя больше никогда не использует ее таким образом.

Последнюю фразу Кейн не понял.

– То есть как это «никогда не использует»?

– Потому что никогда и не собирались. Империя не хотела зажигать «Звезду Мерсии». Мерсия всегда была верной шавкой Империи. Она не поднимала мятеж.

– Тогда кто и зачем уничтожил Мерсию? – спросила Ариен.

Элдред улыбнулся:

– Кто знает.

После того как Кейн покинул воображаемую комнату, Ариен еще долго молча сидела на кровати. Заплечный мешок со сменной одеждой лежал рядом. Кейн тихо сидел на полу перед ней.

Ему показалось, что Ариен тоже не поверила Элдреду. Но если высохший маг действительно врал, что произошло на самом деле? Кейн не мог придумать ни одной версии. Вся история о мятежной провинции, которая пыталась уничтожить метрополию, была слишком похожа на пропаганду Службы тайных дел. Но, возможно, именно поэтому она была правдивой?

– Может, стоит рассказать обо всем страже? – спросила Ариен.

Она все еще выглядела потрясенной.

Кейн встречался с Септимой той же ночью. Если рассказывать, то сразу ей. Но он пока колебался.

Для очень многих людей Империя была всем миром. Она просто существовала, как суша или море. И катастрофа, которая могла произойти, станет для этих людей чем-то похуже землетрясения или потопа. При этом она не будет сравнима ни с одним природным бедствием, потому что Империя – это не незыблемая часть природы, как гора или река. Империю создали люди, и люди ее поддерживают. Когда-то жители провинций и представить себе не могли, что их короли и правительства падут.

– Сначала поговорю с тем, кто, возможно, стоит за всем этим.

– Ты знаешь кто?

– Догадываюсь, – ответил Кейн и вздохнул.

Конечно же, торговка Гладис. Других кандидатур у него не было.

– Я уеду из столицы, как и собиралась, – сказала Ариен. – Возможно, когда доберусь до Арланда, узнаю что-то новое. Встречусь с принцессой…

Кейн кивнул. Даже если Ариен не встретится с принцессой, за пределами столицы мог найтись кто-то, кто знает больше.

– За мной гонятся… – неуверенно продолжила девушка. – Я вряд ли смогу помочь чем-то серьезным. Хотя, если бы погони не было, я бы все равно не представляла, что делать.

Ариен встала с кровати. Глядя на нее, Кейн спросил:

– Как ты думаешь, если столица перестанет существовать, Арланд станет независимым?

– Возможно, не только Арланд, но и весь мир, – ответила девушка. – Но какой толк? Сотни тысяч людей погибнут. Мы оба прожили здесь много лет. Погибнут все, кого я знаю. Забавно, что меня, беглянку, это вообще заботит…

Кто-то наверняка останется, подумал Кейн. Но выжившие потеряют дома, работу. Старая Агата, Лукан, Лукреция, работники роскошных имперских магазинов, люди, которые пришли на похороны Пиены… Вспомнив о подруге, Кейн почувствовал, как все внутри сжалось. Головоломка сложилась. Пиена все знала. Кейн ясно это понял.

Он наконец-то понял, почему ее убили.