Холодная волна сработавшего дара настигла меня в тот самый момент, когда за очередным поворотом я столкнулся с коричневой тварью. Душа ушла в пятки, я затаил дыхание, прекрасно понимая, что панцирь этого монстра возможно взломать лишь с помощью крупного калибра. Мозг сопротивлялся подобным мыслям, и рука помимо воли всё сильнее сжимала пистолет. Краб всё так же неподвижно стоял, почти перегораживая проход, и не делал попыток атаковать. Странно. Я держал пистолет перед собой и осторожно обошёл Коричневого по дуге. Подох он, что ли? А, нет, жив, вон, едва заметно дёргаются исполинские клешни. Может, открылась одна из скрытых граней моего таланта? Хорошо, если так. Стоп, а это у нас что?

Свежий отвал земли за спиной краба привлёк моё внимание. Последние минут тридцать я двигался следом за противниками, которые тащили на своих спинах деревянные ящики. Моя чрезмерная осторожность привела к тому, что я сильно отстал и потерял монстров из виду. Они что, под землю провалились? Пересилив страх, я оставил застывшего Коричневого у себя в тылу. Прошёл несколько метров, затем присел на корточки и принюхался.

Ноздри уловили едва различимый запах. Дождь, сырая земля и дизельное топливо. Странное сочетание, но для меня оно сейчас показалось по-настоящему приятным.

Коридор был тёмным и сырым, пол под ногами был неровным, и приходилось держаться за стену, чтобы не упасть. На ощупь я продвинулся ещё на десять метров и остановился. Развилка. И куда дальше? Колебался я недолго, из одного из боковых тоннелей ощутимо тянуло прохладным воздухом. Я включил подствольный фонарик на пистолете. На полу были видны отпечатки множества лап. А вот и долгожданный путь на поверхность.

Я обернулся назад. Надеюсь, мои спутники тоже не сплоховали и смогли выбраться из этого чёртова муравейника, а если нет, придётся вернуться и обыскать эти проклятые тоннели. Всё это время я старательно отгонял от себя мысли, что мои друзья могут быть мертвы. Зиг давно приобрёл репутацию непотопляемого сукиного сына, а если прибавить сюда ещё и изощрённый ум моей подруги, выходит и вовсе позитивная картина. Главное, чтобы импульсивная наёмница не пристрелила острого на язык экса.

Мне пришлось пройти ещё почти две сотни шагов, когда наконец-то впереди замаячил свет. Зиг бы сейчас сказал что-нибудь юморное на эту тему. Про свет в конце тоннеля или про пятую точку. Любит он сложные метафоры и весёлые сравнения. Хех. Неужели выбрался из муравейника?

Если верить часам, с наступления темноты прошло никак не меньше часа. Окружающие меня дома закрывали громаду торгового центра, поэтому мне потребовалось несколько минут, чтобы сориентироваться и выбрать нужное направление. На моё счастье эта часть Мешка была типовой, копия одного из тысяч подобных кварталов, скопированных и в хаотическом порядке разбросанных по разным координатам. Простой жилой массив с примыкающими к нему постройками.

На набережную я выбрался через двадцать минут. С одним пистолетом в руках я чувствовал себя крайне неуютно. Стена из гранитных блоков отделяла набережную от параллельно идущей дороги, вдоль которой приютились небольшие кафе с их летними верандами и прочие мало интересные для меня постройки. Я вытащил ПНВ из подсумка и включил цифровой зум. Картинка то и дело сбоила, наверное, дело в том, что во время моего падения прибору пришлось несладко. Но главное я рассмотрел.

Гранитная стена протянулась почти на две сотни метров, а в её конце я увидел то, что мне было нужно. Небольшой речной вокзал и десяток разнообразных лоханок, большая часть из которых давно уже погрузилась на дно водохранилища. То там, то тут над поверхностью торчали ржавые остовы рубок и обломки каких-то конструкций. А вот несколько небольших лодочных сараев были в полном порядке. Надеюсь, внутри окажется то, что я ищу. Скрестим пальцы.

Я прижался к стене и осторожно двинул к намеченной цели. Когда до нужных мне построек оставалось с полсотни метров, я услышал рёв моторов.

Ещё не зная, чего мне ожидать, я забрался под одну из многочисленных лавочек, расставленных на набережной, и принялся наблюдать. Внедорожники, судя по эмблеме на боку одного из них, принадлежат гильдии наёмников. Только вас мне сейчас не хватало. Мёдом вам тут, что ли, намазано? Какого хрена вы тут забыли?

В ответ на мой невысказанный вопрос откуда-то со стороны торгового центра донёсся отдалённый грохот взрыва. «Вот и моя растяжечка сработала», – радостно подумал я. Броневики как по команде резко встали.

Заскрипели двери. Послышался топот множества ног.

– Быстро обеспечьте периметр. Комар, организуй мне связь с первой группой… Что значит, они не отвечают? Шевелитесь, если не хотите иметь дело с Французом.

Услышанное меня не порадовало. Дерьмо. Лягушатник всё-таки выжил. Думаю, он очень на меня зол после того, как я ампутировал ему руку, и наверняка ищет меня. Хорошо бы захватить «языка» и как следует его допросить. До ближайшего выхода с набережной было два десятка метров открытого пространства, если начну двигаться и попытаюсь выйти к дороге, пулемётчик, засевший в броневике, меня сразу обнаружит.

Мои мысли прервала громко зашипевшая рация. Наёмник, топтавшийся у самого края гранитной стены, почти сразу ответил.

– Румб. Румб вызывает Комара.

– Комар на связи.

– Код сорок восемь. Как понял?

– Код сорок восемь. Вас понял. Конец связи.

Командир отряда, получив сообщение, выставил руку вверх. Хлопнуло. Не успел я понять, что это означает, как над домами взмыла зелёная ракета. А затем ещё одна. Послышался топот множества ног. Наёмники возвращались к броне и оживлённо трепались. Один из них отошёл от группы и направился в мою сторону.

– Барсук, куда тебя хрен понёс?

– Пять сек, я только отолью.

– Смотри, не ссы против ветра.

Наёмник показал оппоненту средний палец. Шорох одежды и звяканье снаряги. Барсук подошёл к самому краю и, насвистывая себе под нос, справил малую нужду. Я тем временем сосчитал наёмников. Десять человек.

Плюс два пулемётчика и два водителя. Полноценное боевое крыло гильдии.

Видимо, Мороз выслал лягушатнику подкрепление. Иначе откуда все эти красавцы? Помнится, перед постановкой задачи эсбэшник говорил, что у него большие проблемы с людьми, а тут такая расточительность.

Близкий выстрел заставил меня вздрогнуть. Стоявший на краю парапета Барсук рухнул вниз. Комар, возившийся с «северком», повернулся на звук. Командир наёмников коротко чиркнул ножом. Наверху раздалось хрипение и бульканье. Очистив клинок об одежду своей жертвы, командир наёмников скомандовал:

– Вы, двое, уберите эту падаль с дороги.

Бойцы обыскали тело. Забрали оружие и разгрузку, а после подхватили тщедушного Комара за руки и ноги и сбросили его вниз.

Неожиданно снова ожила рация. Где-то в стороне торгового центра послышались автоматные очереди. Рация продолжала шипеть. Через треск помех раздавался чей-то испуганный голос:

– Крыло один вызывает группу Румба. Код сорок три. Как поняли?

– Код сорок три.

Командир наёмников выхватил пистолет и парой выстрелов уничтожил «северок».

Я прислушался. Стрельба усилилась, вне всякого сомнения, где-то рядом шел бой.

– Ну, чего встали? Или вам нужно особое приглашение? По машинам. Выдвигаемся к точке рандеву.

– Кэп, мы их так и оставим? – один из наёмников кивнул на сброшенные на набережную трупы.

– Кривой, если хочешь, можешь остаться и выкопать пару могил. Твари о них позаботятся. Француз чётко дал понять: всех неугодных под нож. Или ты против?

– Я не-е… Я как все уже. Ты же знаешь.

– Да ладно, я шучу.

Командир наёмников подошёл к подчинённому и ободряюще похлопал его по плечу. Зашедший за спину Кривого боец ловко ударил его ножом в почку.

Командир, не оглядываясь на вопящего бойца, направился к одному из броневиков. Его подручные обыскали истекающего кровью Кривого, связали ему руки и сбросили на набережную. Через пять минут броневики, рыча двигателями, унеслись дальше по улице.

Прежде чем покинуть своё укрытие, я выждал несколько мгновений и дождался, пока наступит полная тишина. Подошёл к телам и без особого энтузиазма проверил трупы. Комар, как и его друг, Барсук, ожидаемо оказались мертвы. А вот Кривой все ещё был жив. Я вытащил свой портсигар. Надеюсь, оно того стоит. Я вытащил трубочку с миксом. Наёмник захрипел и выгнулся дугой.

– Слушай сюда, герой-одиночка, – я ухватил пришедшего в себя наемника за воротник. – Мне насрать, что ты про меня думаешь, но ты просто обязан мне помочь. Есть два варианта развития событий. Вариант первый. Ты рассказываешь всё, что тебе известно о делах Француза. В таком случае я обеспечу тебя оружием и транспортом. Вариант второй. Ты играешь в молчанку и строишь из себя крутого героя. Но сразу предупреждаю, при таком раскладе я вышибу тебе мозги.

– Я понял.

– Отлично. Раз мы нашли общий язык, то не тяни и рассказывай, какого хрена тут происходит.

– Код сорок семь, который нам передали, это команда, – наёмник закашлял и выплюнул сгусток крови.

– Что за команда? Говори, мать твою.

– Команда на ликвидацию всех, кто остался верен главе гильдии. У нас раскол, если ты ещё не понял. Не знаю, в чём его причина, но почти половина оставшихся на Бирже боевых крыльев поддержали Француза. Он хочет встать во главе гильдии и пообещал всем пересмотреть условия их контрактов.

– Как на это отреагировал Мороз?

– Безопасник ничего не знает о его планах. Он умело воспользовался тем, что все наши люди сейчас ищут вашу группу. Вся связь с базой идёт через него.

– Что за ракеты они выпустили?

– Это сигнал, что те, кого мы ищем, в наших руках.

Кривой рассмеялся.

– Неужели ты не понял? Твоя тёлка и дружок в наших руках. Француз захочет их обменять на то, что вы вынесли из хранилища.

– Какого хранилища? Что за ерунда?

– Не знаю. Меня никто особо не посвящал в их планы. Это просто не мой уровень. Я простой боец. Моё дело – охрана караванов и прочая рутина.

– Э, нет, друг. Если всё, так как ты говоришь, какого хрена в тебя стреляли? Колись, на кого ты работаешь? На Фаберже?

– На эсбэшников. Да какая, к чёрту, разница? Я рассказал тебе всё, что знаю. Развяжи меня.

– Тогда слушай сюда и запоминай. В том лодочном сарае, как я думаю, есть пара отличных лодок. Я помогу тебе спустить их на воду, а ты постарайся, чтобы твоё начальство узнало, что тут произошло. Мне плевать, как ты это сделаешь, но твоя задача, чтобы как можно больше людей узнали о том, что я буду ждать Мороза в здании старого завода радиодеталей. Передай ему, что у меня есть то, что он ищет.

– Понял.

– Повтори.

Наёмник послушно повторил услышанное.

– Молодец.

Я вытащил нож. Наёмник дёрнулся в сторону.

– Не дёргайся.

Я разрезал верёвку и помог наёмнику подняться.

– Идём. У нас куча дел.

Двери лодочных сараев оказались на удивление крепкими. Попытки сбить замок выстрелом я отбросил. Наёмники и так тут слишком нашумели, кто знает, вдруг они все ещё неподалёку. Не хочется привлекать их внимание. Со вторым сараем нам повезло больше. Ворота оказались приоткрыты. Я отодвинул створку и заглянул внутрь. Бинго.

– Кривой давай шустрее. Чего ты там возишься?

Наёмник копался на полках в углу и после моего окрика чуть не подпрыгнул.

Вдвоём, кряхтя от натуги, мы вытащили прицеп к краю парапета. Заскрипела несмазанная лебедка.

– Удачи тебе, Кривой.

Я снял подвесную с пистолетом и передал её наёмнику.

– Сочтёмся, – кивнул он мне.

Мотор завёлся с третьей попытки. И лодка, рассекая воду, взяла курс в сторону Биржи.