У Каменного Моря странная география. Огромная пологая чаша, занимающая едва ли не пятую часть октагона и все глубже проседающая в сторону Стен. Согласно преданиям, до Раскола здесь располагался самый большой океан Заова, чьи воды ушли или стали черным льдом после пришествия Тьмы. Да — именно высохшее океанское дно, еще не ставшее полноценной сушей. Необычный рельеф — Первая Волна шла прямо от берегового излома широкой шельфовой плитой, уже частично покрытой неприхотливой растительностью. Она спускалась к следующему уступу плавной дугой не менее сотни километров шириной, а сразу за ней начиналась Вторая. Застывшие морщины каменных складок, обширные каменные леса — окаменевшие растения, кораллы и полипы самых причудливых форм, — странные вкрапления, с высоты больше всего напоминающие скелеты исполинских морских гадов или спиралеобразных моллюсков — только размером с наш винтокрыл! И множество черных впадин — глубоких, заполненных холодной водой. Вторая Волна была границей и основной ресурсной базой старателей из Либерти — опасная, но уже освоенная, она хранила обильные залежи звездной материи и древних сокровищ.

С борта «Грифона» мы видели огни и справа, и слева. В Каменном Море трудились тысячи энтузиастов со всего Заова, подобно древним золотоискателям стекавшиеся сюда в поисках богатства и славы. Лагеря авантюристов всех мастей — и землян, и зарян, и небольших отрядов независимых собирателей — испещряли Вторую Волну, подобно «блохам на псине», как культурно выразился Толя Грохот. Что-то притягивало сюда всех этих Восходящих — неужели здешняя добыча действительно может быть столь богата?

А за обрывистым краем Второй Волны неохотно открывалась Третья. Преддверие настоящей, труднодоступной глубины, куда вело всего несколько узких переходов. Горная гряда наизнанку, погруженная в туман и тень. Прямо за ней начинались неизведанные регионы Каменного Моря, глубинные желоба и непроходимые каньоны, откуда в сезон Дикой Охоты выбралась орда шептунов, едва не уничтожившая Либерти. О них мы только слышали — таинственные вроде бы разумные обитатели глубинных областей Моря, то ли рептилии, то ли земноводные, причем обладающие мощными ментальными способностями.

— Вижу Сапфировый Шторм, сэр, — доложила Фьюри.

Я тоже наблюдал синюю искру на горизонте. Один из главных ориентиров Каменного Моря, постоянная погодная аномалия, бушующая в географическом центре этой области. На Земле таким явлениям не придумали имени — невероятно мощный локальный циклон, электростатическая буря, завихрение, пронизанное молниями и пульсирующее звездной аурой. Шторм не утихал, он был здесь всегда — похоже, представляя собой стабильный выброс какого-то поврежденного рунного механизма. Возможно, из числа тех, что поддерживали функционирование всего октагона… По словам Волка, немало рассказавшего нам за четыре часа пути, опаснейшая штука, потому что никто из пытавшихся добраться до него так и не вернулся.

Справа — Шторм, далеко-далеко слева — Шипы. Девять каменных пиков, чьи вершины когда-то были островами. Два-три километра высотой, обозначающие горный хребет, наискось пересекающий Каменное Море. Тоже ориентир, но, что важно, за Шипами начинались Язвы, где хватает Червей. Вероятно, в этих провалах — старые Логова, а то и Улей, потому что твари расползались по всему дну, прячась в норах и расщелинах. Тем не менее Черви не были здесь сколько-нибудь значимым фактором; в первую очередь из-за чудовищных размеров региона.

Ближайшее Древо — молодая Новая Заря, вероятно, нарочно посаженная так, чтобы освещать золотым игг-светом чашу Каменного Моря и постепенно вытравить оттуда всю мерзость. За ней вставала планетарная громада Эль-Заова, видимая из любой точки октагона, и их совместное свечение рождало фантастические оттенки и вечный контраст. Но пока большая часть Каменного Моря находилась в сумерках. Чем-то эта местность напоминала наши Расколотые Земли — такой же опасный фронтир, но, конечно, со своим уникальным колоритом.

За время полета я с помощью Скай распределил Руны. Как добычу Фьюри, так и те, что достались лично мне. Шесть Рун, взятых с аврор, оставил напарнице (ее законная добыча), а шесть дублей распределил между Грохотом и Инем. Да, азио больше не в моем копье, но он тоже сидел в изоляторе Альфы, рисковал при побеге и пострадал вместе с нами, так что вполне заслуживал компенсации.

А что касается меня, то нужно было распорядиться серебром… и золотом.

С серебром, собственно, все просто. По рекомендации Скай я вложил обе серебряные звезды в Атрибут Выносливости, доведя его до «троечки». А нужно было минимум пять-шесть звезд, потому что именно этот Атрибут укреплял тело, помогая ему не сдохнуть, например, при откате Рун-стимуляторов. Практически во всех ключевых схватках я использовал Черный Надлом и Пилюлю Несокрушимости, и вкупе с когитором они были тем самым фактором, что помогал одержать победу даже над превосходящими на ранг противниками. Но сочетание стимуляторов меня гарантированно убивало при откате, а каждый в отдельности — изрядно ослаблял после окончания действия. Эту уязвимость требовалось закрыть, да и сама по себе Выносливость — очень и очень неплохая штука, невероятно укрепляющая все системы тела. Скай, внимательно отслеживающая изменения, назвала это «адаптивной биоморфной оптимизацией». Выносливость не делала сильнее, но она серьезно повышала запас прочности всего организма — эластичность сосудов, скорость газообмена и фильтрации, устойчивость клеточных мембран, количество митохондрий и прочее, что выходило за пределы известной земной науке биологии человеческого тела.

Два интереснейших серебряных Навыка — Длинное Дыхание, позволяющее контролировать расход кислорода и подолгу находиться в разреженной, водной или ядовитой среде, и Каменное Сердце, помогающее сознательно замедлить метаболизм в критические для жизни моменты. Когитор просчитала, что при развитии этого Навыка вполне возможно почти останавливать жизненные процессы, впадая в подобие анабиоза. Да — кто бы ни придумывал систему Восхождения, в нее было заложено огромное количество методов выживания для тех, кто не устает подниматься все выше…

Но серебро — серебром, а золото — на порядок сильнее. Каждый из золотых Навыков — что Рунное Искусство, что Стратагемы, что Взор Создателя — открывал новую страницу и порой кардинально менял стратегию. Стоило подойти к этому вопросу ответственно и выбрать: либо усиливать уже имеющееся золото, либо открывать новое. Уже давно было понятно, что из-за редкости и ценности золотых Рун распыляться не имеет смысла — необходимо плотно развивать то, что используется и хорошо синергирует с моим стилем, характером и способностями.

У меня были открыты золотые Анализ и Искусность — Атрибуты ветки Интеллекта. Пять звезд в золотых Стратагемах, одна — в Рунном Искусстве, и еще одна — во Взоре Создателя. К сожалению, все мои золотые Навыки не совсем боевые, хотя в случае Стратагем, наверное, можно и поспорить. И отсутствие решающего мощного боевого козыря часто было ощутимо — особенно когда враг оказывался непробиваемой глыбой — вроде того же Грома или служителя Оноры…

Скай провела анализ и холодно отвергла проходные и эмоционально привлекательные варианты. Согласно ее раскладам, выходило что текущие золотые Атрибуты увеличат качество планирования и рунного крафта, но не решат проблему отсутствия боевого аргумента. Золотой аналитик и золотой ремесленник без золотого меча. Она выделила два приоритета — Энергию и Волю. Первый синергировал с моим стилем «временного выхода за пределы нормы», как это вежливо обозвала когитор, Воля же решала проблему «как устоять, когда тебя пытаются сломать те, кто старше и неимоверно сильнее».

Выбора, по сути, и не было, потому что только в Энергии у меня имелось десять звезд и три доступных субзолотых Атрибута.

Аура, Эманации, Потенциал.

Скай изучила все три. Ауры — нечто вроде создания разнообразных личных энергетических полей, меняющих само пространство рядом с Восходящим. Эманации — работа с направленными выбросами энергии, упорядоченными, массовыми и точечными. А вот Потенциал, наоборот, с тем, что внутри. Усиление Восходящего как сосуда и некого реактора Звездной Крови, а также его Рун и Предметов в «моменте». И именно Потенциал очень хорошо подходил к моему боевому стилю, потому что он отлично работал с рунными конструкциями и позволял в нужный момент стать значительно сильнее.

Первая же золотая звезда Потенциала стала настоящей бомбой.

«Нерожденная Звезда» (золото, 1/10) — позволяет Восходящему за счет безвозвратной потери Звездной Крови усилить эффект Руны, Навыка или Предмета до следующего ранга Восхождения. Усиление одномоментно; потеря Звездной Крови равноценна активации вышестоящего эффекта; на золотом ранге эффекта-донора — увеличивает мощь на одну звезду.

Внимание: В момент использования возможно разрушение Рун и Предметов!

Настоящий козырь! Сделать бронзу серебром, серебро — золотом, а золото — поднять на звезду выше. Рискованный и дорогой Навык — один такой форсаж может стоить нескольких сотен капель безвозвратно, но любой мертвый Восходящий скажет — когда на кону жизнь, о цене речи не идет. Скай подтвердила мои соображения — «потенциальная эффективность экстремально высокая, стоит использовать только в критический момент». И тем не менее — что будет… если, например, наделить Нерожденной Звездой Эликсир Черного Надлома или, допустим, тот же Цепной Разряд? Психокинетику? Ментальный Императив? Похоже, шарахнет так, что…

Ладно. Я надеялся, что в ближайшее время проверять не придется.

— Мы уже на подлете, сэр, — прервала мои размышления Фьюри.

Да, точка на карте неумолимо приближалась. Лагерь сборщиков мамы Розы находился на Третьей Волне. Один из самых далеких — потому что только большие, хорошо организованные и вооруженные группы смогли закрепиться в этой опасной локации. Как я понял, люди «Приюта» работали здесь вахтами, сменяя друг друга, и та партия, в которую попали Юки и Жабник, была второй после нашествия шептунов.

Услышали мы лагерь раньше, чем увидели, потому что он находился в гуще каменного леса. Причудливые кораллы или древообразные водоросли, черт его знает, высотой в десятки метров сплелись в настоящую чащобу с узкими тропинками проходов. И из ее глубины, прекрасно улавливаемые моим Суперслухом, доносились…

Шипение импульсников. Знакомое стаккато «Суворовых» — длинные очереди, лупили от души. Хлопки рунных активаций. И поверх этого — визг. Нечеловеческий, высокочастотный и короткий, как удар хлыста.

Твою ж мать.

— Боевая тревога! — скомандовал я, перехватывая управление. — Фьюри, в режим стрелка! Группа — приготовиться к боевому столкновению!

— Дым, сэр!

Да, теперь мы видели и густые облака дыма — как над предполагаемым лагерем, так и за ним, как минимум в десятке мест. Источник оставался неизвестен, пока мы не увидели сам лагерь сборщиков. Люди мамы Розы устроили его на природной поляне, окруженной завалами расколотых «кораллов». Спаренный жилмодуль, несколько грузовых контейнеров, площадка для глайдеров, лебедки, какие-то транспортеры и прессы, кучи камней повсюду…

И сейчас там шел бой.

Я на форсаже быстро проскочил прямо над лагерем и развернулся для атаки — когитор уже раскрасила мир тактической сеткой со множеством движущихся зеленых и алых маркеров. Стало более-менее ясно, что происходит.

Люди мамы Розы — немало, как минимум несколько десятков — укрывались за импровизированными баррикадами из обломков кораллов, штабелями ящиков и грузовых контейнеров. Они отстреливались из всего, что было под рукой, — импульсников, «Суворовых», гаусс-винтовок. С верхних ярусов активно работали несколько снайперов, а Восходящие использовали Руны. Я видел действующие звездные эффекты и их энергетические следы повсюду — защитные купола, отравленные облака, электрические, огненные и молниевые заряды.

А вокруг лагеря охотились они.

Скай зафиксировала тридцать семь тварей. Все — дерево и бронза, двух разных видов. Первый — подвижные кристаллофаги (так их окрестила система Восхождения), которые напоминали крупных, размером от ховера до глайдера, оранжево-черных тараканов. Со скорпионьим хвостом, увенчанным кристаллическим шипом. Вторые же, напротив, медленные, походили на багровых, светящихся изнутри слизняков, недаром и назывались «огненными слизнями», и были эти существа куда побольше своих юрких собратьев. Они перли вперед, как живые танки, принимая на себя огонь и оставляя дымящиеся следы. Судя по останкам, сборщики уже прикончили не меньше десятка таких слизняков, но оставшиеся все равно перли вперед.

К Червям, как и к известным нам обитателям Каменного Моря, эти существа никакого отношения не имели. Совсем другая природа — Скай фиксировала аномально высокую температуру и необычную, будто неорганическую структуру их тел. Даже визуально твари казались раскаленными — и сразу вспомнилась аура, окружавшая Старого Огнезуба…

— Толя, Доспех — и в люльку! — скомандовал я, понимая, что полумерами тут не обойдешься. Один из жилмодулей уже горел, на баррикадах и контейнерах виднелось множество подпалин — кристаллофаги использовали нечто вроде лавового плевка и звукового удара, а слизняки, очень похоже, излучали высокотемпературное поле.

Я выпустил Аспект, увеличивая зону обзора — нужно было понять, откуда вообще взялись эти твари. И, дождавшись отчета Грохота, выполнил первый боевой заход.

Вооружение «Грифона» — две гаусс-турели и шестнадцать «Пилумов». Кинетика оказалась малоэффективна — ферритовые иглы тонули в тушах слизней и рикошетили от кристаллической брони скорпионов, а вот ракеты показали себя отлично. Первый же взрыв разнес на куски самого крупного слизняка и заставил кристаллофагов испуганно заметаться в гуще каменного леса. Похоже, эволюция не приспособила этих тварей ни смотреть наверх, ни использовать свои звездные способности против угрозы с неба, но мы могли спокойно, не боясь противодействия, расстреливать их с высоты. Сложный рельеф, конечно же, мешал, но Фьюри справилась, в первый же проход уложив троих. А Толя справился еще лучше — он с ходу рубанул своим «Болидом», создав в гуще кораллового леса настоящую прореху.

Второй заход — не менее результативный. Он, кажется, заставил атакующих тварей пересмотреть свои планы. Кто-то из защитников выпустил алую сигнальную ракету, а другой забрался на верх пирамиды из контейнеров и яростно махал нам какой-то тряпкой.

При развороте на третий заход нас едва не сбили. Причем с неожиданной точки — вершины громадных, как многоэтажный дом, ветвистых кораллов. Целый рой острых кристаллических зарядов, да еще излучающих рунную энергию — ничего себе ПВО, особенно когда неожиданно и накоротке! Пожалуй, они могли бы представлять реальную опасность — если бы Скай не зафиксировала момент «пуска», а я резким маневром не вывел аппарат из-под обстрела. Спустя мгновение мы выяснили, что это за стрелок — на коралл, как на дерево, шустро взобралась одна из тварей. Необычный кристаллофаг, раза в полтора крупнее остальных, а броня более сложная и как будто колючая, состоящая из множества тех самых кристаллических шипов.

— Серебро, сэр! — выдохнула Фьюри, озвучив то, что я и сам уже видел.

Да, серебряная альфа! Вероятно, вожак стаи, руководящий атакой, потому что до этого момента мы его не видели. Возможно, прятался или маскировался, чтобы вылезти в решающий момент.

Но он промахнулся.

А мы — нет.

Два «Пилума» ударили не в него — в ствол громадного каменного коралла, на который тот забрался. Эти причудливые окаменелости оказались весьма хрупкими, и дерево с треском рухнуло, вернее, развалилось на части, погребая под обломками шустрого кристаллофага. Однако это вряд ли уничтожило бы живучее серебро, поэтому я приказал Фьюри:

— Принимай управление. Защищай лагерь. Затем высаживай группу на площадке.

— Йеп, сэр. А вы?

— А я добью эту сволочь.

В следующий момент Призрачный Шаг вынес меня за обшивку винтокрыла, а Аспект подхватил на лету. Альтернативы этому решению не было — с высоты охотиться на юркую альфу в окаменевшем лабиринте крайне неудобно. Я уже успел заметить, что тварь весьма подвижна и, кажется, куда сообразительней сородичей…

Так и оказалось. Серебряная особь шустро откопалась и бросилась в сторону, противоположную лагерю старателей. Ретировалась, когда запахло жареным! Она еще и исчезать умела, а мне пришлось потратить некоторое время, чтобы адаптироваться к стремительному полету сквозь причудливые каменные джунгли. Тем не менее догнать на воздушном Аспекте будущую добычу оказалось делом пары минут — звездное зрение, слух и скорость не подвели.

Скай рассчитывала траектории и время активации Рун с неумолимой точностью, и рунная связка Разлома и Вихря преградила путь, втянула и выплюнула альфа-кристаллофага — изломанного, полураздавленного, но все еще живого. Бьющееся существо напружинилось, подобно дикобразу, выстреливая вокруг себя множеством кристаллических игл. Они с хрустом и звоном рикошетили от окаменевших кораллов, осыпая все свистящей шрапнелью. Страшная штука — каждый такой осколок, длиной с мое предплечье, мог бы навылет пробить мужчину, но Скай, к счастью, рассчитывала маршрут движения так, чтобы мы без труда разминулись с алыми траекториями. Пока альфа не преподнесла очередной неприятный сюрприз, я заморозил ее Ледяным Взором и тут же, пользуясь временной неподвижностью, разделал заиндевевшую колючую глыбу плоскостным клинком.

Все! Замороженная плоть раскрылась огненно-черным соцветием. Все эти твари, похоже, были из пекла родом, потому что кровь и плоть им заменяла какая-то кристаллическая материя, очень похожая на кремнийорганику, из которой состояли Ледяные Дикобразы. Только с обратным знаком — останки альфы казались раскаленными и излучали жар.

Ого, сто двадцать капель Крови! И четыре серебряные Руны.

Большая Руна Развития (серебро)

Руна-Звезда (серебро)

Руна-Заклинание Кристаллических Шипов (серебро)

Руна-Умение Огненной Крови (серебро)

Скай: Командир, внимание! Обнаружена пространственная аномалия Прозрачных Дорог в непосредственной близости. Рекомендую сохранять осторожность…

Когитор подсветила направление, Аспект скользнул чуть выше, поднимая меня над вершинами каменного леса, и я увидел. Так вот куда стремился этот таракан…

Прозрачная Дорога — прямо посреди большого обугленного пятна в каменной чаще. Призрачный дрожащий овал, недобро отливающий ало-багровым. «Кораллы» вокруг него были повалены, почернели и будто съежились, как обгоревшие головешки, а во все стороны тянулось множество следов.

Широкие обугленные полосы — от огненных слизней. Черные сдвоенные цепочки — от конечностей кристаллофагов. На каменистом грунте Каменного Моря они казались свежими, совершенно отчетливыми ссадинами, некоторые — еще дымились.

Я понял, что вижу врата, откуда выползли все эти твари. Похоже, эта Дорога случайно открылась возле лагеря мамы Розы. Вероятно, совсем недавно. Прошедшие сквозь нее звездные существа неминуемо двинулись в сторону ближайшей добычи — а ею оказались собиратели. Черт, как же вовремя мы прилетели — ведь, вполне возможно, на той стороне есть и другие, более серьезные твари…

Или люди, которые могут быть гораздо опаснее звездных существ.

Необходима разведка.

Приземлившись на рог каменного дерева и на всякий случай прикрывшись Невидимостью, я запустил к Дороге свой Аспект, второй волной переключаясь на его зрение. Звездный Дракон провалился в призрачную вибрирующую арку (дрожь была странной, ранее виденные мной Дороги казались неподвижными) и — прошел на ту сторону.

Черт возьми…