Колобок

Ну почему я это увидел…

Ну почему я опять это увидел?

В году 365 дней. Из них я просыпаюсь рано от силы раз пять. Ну почему именно в этот день вы решили выесть мои глаза?

Хотя погодите, может, вы КАЖДЫЙ день…

(╯︵╰,)

Я иду в полицию

Телефон в руке Тун Яо продолжал вибрировать. С округлившимися глазами девушка читала сообщения, и каждое было хлеще предыдущего. Наконец она не выдержала, отбросила трубку и отпихнула руку, прижимавшую ее голову.

А Лу Сычэну в это время снилась жуткая женщина-призрак. Своими ледяными пальцами она потянула его за руку, чтобы вместе броситься под поезд… Сердце у него екнуло, он вздрогнул, перехватил холодную руку призрака и в ужасе проснулся. Резко открыв глаза, он первым делом увидел толстого кота, сидевшего на чайном столике и сверлившего его взглядом. А то, что он с силой схватил во сне… оказалось рукой его мидера.

Другой ладонью Тун Яо, наклонившись, опиралась на край дивана. Волосы у девушки были всклокочены так, будто какой-то злодей постарался. Пальцами капитан крепко сжимал ее запястье, и на белоснежной коже алели следы. Тун Яо нависла над ним очень низко…

– …Э-э-эй?!

На его красивом и всегда спокойном лице появилось выражение паники – редкое зрелище. Капитан резко отбросил руку девушки, а сам, подскочив, отпрянул в угол дивана, словно до смерти испугался.

– Ты с ума сошла? Кто вот так подкрадывается к спящему человеку?!

Тун Яо подняла руку, посмотрела на красный «след от когтей» на своем запястье, а потом на капитана, который выглядел так, как будто его только что домогались, и с большим трудом сдержала желание влепить ему пощечину. Затем указала пальцем наверх и сказала:

– Я спустилась посмотреть, жив ли еще мой кот.

Глаза Лу Сычэна недоверчиво сузились.

– Ты о чем? Что это за левая отмазка такая? Нормальный, здоровый кот, с чего ему умирать?

– М-м-м… – Тун Яо поняла, что выразилась не очень удачно. Кивнув, она пояснила: – Я решила проверить, не задушил ли ты моего кота и не смыл ли останки в унитазе.

Лу Сычэн:

– !

– Но оказалось, что ты включил стрим, встал в очередь в ранговый матч, а сам заснул. Зрители весь чат закидали вопросами и уже начали играть в «города». Короче, я все это отключила, а потом испугалась, что ты замерзнешь, и притащила плед. Дура добрая потому что.

Она кивнула на улику на коленях у Лу Сычэна.

– Но пока я тебя укрывала, ты взял и ни с того ни с сего прижал меня лицом к своему животу. Еще и волосы растрепал.

Девушка показала пальцем на свою голову.

– В смысле? Да как такое возможно?!

– Ты меня за Пышку принял.

– Но…

– А потом это еще и Пухляш увидел.

Тун Яо подняла телефон капитана и кинула ему в руки. Лу Сычэн поймал его и заглянул в «Вичат». Выражение растерянности на его лице сменилось удивлением, а потом – привычным бесстрастием. Под серьезным взглядом Тун Яо капитан набрал номер. После пары гудков трубку сняли.

– Алло? Пухлый, ты все не так понял. Да не делали мы ничего! Ну кто в своем уме стал бы заниматься чем-то таким в гостиной? Ты мозги-то включи! Мои, к счастью, при мне.

Он отложил телефон.

– Был бы у тебя еще тон не такой злой, – заметила Тун Яо, – звучало бы, мне кажется, убедительнее. А то даже мне показалось, что ты просто пытаешься отмазаться.

Лу Сычэн хмыкнул:

– А как ты думаешь, чем, по мнению Пухлого, мы тут с тобой занимались?

– !!!

– И что, я все еще отмазываюсь?

Тун Яо опустила голову и притихла, как цыпленок. Парень зевнул и, скинув с себя плед, встал и прошел к холодильнику. Извлек оттуда банку холодной колы, сделал глоток и обернулся: на него все еще сосредоточенно смотрели. Лу Сычэн замер на миг, а потом спросил:

– Так зачем ты меня искала?

– Сегодня вторник.

– М-м-м?

– И нет тренировочного матча.

– И?

Тун Яо неловко убрала прядь волос за ухо. В окно проникал солнечный свет, и с того места, где стоял Лу Сычэн, было видно освещенную половину ее лица – бледную, почти прозрачную. Мочка уха при этом мило розовела. Лу Сычэн отвел взгляд и отпил еще колы. Выступающий кадык заходил вверх-вниз.

После длинной паузы девушка очень медленно, подбирая слова, проговорила:

– Я подумала, раз сегодня выходной… Можно было бы сходить на птичий рынок, я бы купила тебе новую рыбку. Но раз ты сегодня играл всю ночь, то, наверное…

Ее слова были прерваны металлическим звуком – банка из-под колы полетела в мусорку. Лу Сычэн посмотрел на девчонку, которая так и сидела на ковре у дивана, и, чуть помедлив, спокойно ответил:

– Хорошо. Подожди полчаса. Я схожу в душ и переоденусь.

Опустив глаза, он посмотрел на свою руку, потер палец о палец и безжалостно добавил:

– И будь добра, перед выходом вымой голову.

– !!!

Капитан поднялся наверх. Дверь за ним закрылась с тихим щелчком, и лишь тогда Тун Яо вздрогнула и словно очнулась. Мозг отказывался сотрудничать, с трудом переваривая одну-единственную мысль: Лу Сычэн – согласился – пойти – на птичий – рынок… «!!!» Полный крышеснос…

Она даже забыла огрызнуться, что волосы совершенно не жирные и нечего тут придираться. Все мысли в ее голове вытеснила гигантская надпись: «ОН СОГЛАСИЛСЯ ПОЙТИ СО МНОЙ НА ПТИЧИЙ РЫНОК!!!!!!»

Тун Яо встала и, не чуя под собой ног, словно привидение, поплыла вверх по лестнице, как по семицветному облачку счастья[1], на котором, бывало, с небес спускались богини, чтобы стать женой великого героя…

Поднявшись наверх, она приняла душ, вымыла голову, нанесла крем для лица, высушила волосы феном, намазалась лосьоном для тела и накрасилась. Потом открыла шкаф, заглянула внутрь… и в отчаянии захлопнула дверцу обратно, обнаружив там только безразмерные футболки и пацанские шорты. Через пару секунд на девушку снизошло прозрение: в ее гардеробе ничего другого и не водилось. Она снова открыла дверцу и попыталась найти что-нибудь, что было бы не черным и не белым, не с дурацкой надписью на груди, не с уродливой мультяшной рожей, не командной униформой… и вообще не казалось бы чисто мужским. В итоге перед ней оказалась кучка рубашек, слишком унылых даже для школьницы. Глядя на них, Тун Яо погрузилась в раздумья. Вот так захочешь приодеться, а фигушки. Захочешь надеть юбку, но кто б ее купил!

Спихнув ногой всю одежду на пол, Тун Яо с разбега плюхнулась на кровать. Перевернувшись, она схватила телефон, отправила Цзиньян кучу плачущих смайликов и написала:

Я вообще женщина или нет?

Но едва девушка нажала «отправить», как вдруг застыла и просияла.

Кувыркнувшись рыбкой, она вскочила с кровати и, выворачивая наружу все содержимое шкафа, вытащила оттуда чемодан. Распахнув его, Тун Яо с самого дна выудила тонкую офисную рубашку, голубую в белую полоску, и темную плиссированную юбку. Рубашка и юбка шли комплектом, который ей на прошлый день рождения подарила Цзиньян. Оба предмета одежды украшала одна и та же мультяшная медвежья мордочка. Это был своего рода «последний бастион» для Цзиньян, некая уступка, если уж взрослая девушка решила не вылезать из образа школьницы.

Тун Яо моментально натянула на себя одежду, заправив рубашку внутрь. Затем повертелась перед зеркалом: тонкая талия, стройные ножки и плоский животик. Даже впалый, потому что она еще не успела позавтракать…

Довольная своим видом, девушка еще немного полюбовалась собой, потом вспомнила про время, торопливо схватила черную сумочку на цепочке, которую почти никогда не носила, уже собралась выйти, даже почти взялась за дверную ручку… и сделала шаг назад.

Вернувшись к зеркалу, она убедилась, что тушь на ресницах легла ровно, цвет румян гармонирует с тоном кожи, а помада – не кричащая, но и не слишком бледная. Потом схватила со столика масло для волос и пригладила распушившиеся кончики. Легкий аромат коснулся ее носа. Не выпуская из рук сумочки, Тун Яо вытащила из-под кровати новенькую желтую обувную коробку. Внутри лежали черные босоножки на массивной подошве с квадратным носком. По краю шли оборки, ярко-розовые с изнанки, а ремешок сзади изящно обхватывал косточку и выгодно подчеркивал подъем ноги. Эту пару, не выдержав нытья маленькой скряги, подарила ей Цзиньян, когда у Тун Яо порвались ее вьетнамки.

Она наспех натянула одну, посмотрела и осталась довольна: ноги сразу как будто удлинились сантиметров на пять. Для того, кто не умеет носить каблуки, платформа куда удобнее – в такой обуви ходишь и не устаешь. Стянув босоножку, девушка взяла обе в руки, выскользнула за дверь и крадучись побежала к лестнице. Предвкушение встречи кое с кем заставляло сердце Тун Яо стучать как сумасшедшее…

К этому времени еще несколько человек проснулись и спустились вниз. Сяо Жуй, услышав шаги Тун Яо, немедленно схватил Пышку, который наполовину вылез из клетки, запихнул кота обратно и спрятал за спиной банку с кормом… Менеджер открыл рот, собираясь что-то сказать, но увидел, как развевается с каждым прыжком по ступенькам подол ее юбки, приоткрывая белоснежные стройные ноги.

– Не понял… – проговорил он. – С каких это пор у нас на базе завелась девушка?

Тун Яо, ничего не отвечая, замахнулась на Сяо Жуя босоножкой, делая вид, что сейчас кинет ее. Менеджер опешил, разглядев логотип бренда на подошве.

В этот момент открылась дверь комнаты Лу Сычэна. Капитан был в черной футболке и темных джинсах. Его широкие плечи и узкая талия прямо-таки бросались в глаза. Отличный крой джинсов подчеркивал одно из главных преимуществ его фигуры – длинные ноги. Волосы, еще не просохшие после душа, были влажными. Многодневная щетина исчезла, подбородок был выбрит начисто. Облокотившись на перила, парень глянул на стоявшую внизу Тун Яо.

– Долго ждала?

– Только что спустилась.

Поставив перед собой босоножки, девушка наклонилась, чтобы обуться. Тем временем Лу Сычэн спустился. Бросив взгляд на обувь Тун Яо, он обернулся и выудил из шкафа не привычные кроссовки, а весьма цивильные повседневные черные ботинки с желтыми треугольными глазами какого-то монстра…[2]

У Сяо Жуя глаза полезли на лоб. Что происходит-то вообще? Почему они даже обувь вдруг надели одной марки? Менеджер смотрел им вслед с выражением полного недоумения, словно персонаж известного мема, где вокруг головы куча знаков вопроса, провожая взглядом до самого выхода, пока они, обувшись, не ушли вместе. А он так и остался стоять, будто его приложили чем-то тяжелым.

У него за спиной из холодильника торчал зад, обтянутый семейниками с Ультраменом. Его обладатель, почуяв неладное, высунулся:

– Эй? Ты чего завис?

– Куда это намылилась наша огневая мощь? – спросил Сяо Жуй.

– Сказали, что на птичий рынок за рыбками, – ответил Пухляш.

– Не понял?

– Говорю же тебе, за рыбками. На птичий рынок.

– А у нас что, птичий рынок по пути к ЗАГСу? Или ЗАГС по пути к птичьему рынку?

– ???

– Нет, в принципе, все закономерно. Лето, всякая живность рвется в бой. Свидание у них, наивная твоя душа, сви-да-ни-е! Вот же наглые рожи, а? Даже и не скрываются. Нет, формально-то клуб не запрещал, но есть же негласное правило… Мать-перемать… Как же меня это бесит! Ну что за времена! Даже чурбан и младшеклассница нашли друг друга, как разбитая крышка – разбитую кастрюлю… А я? Вот я же нормальный человек! Почему я один как пес?!