Воздух будто сгустился, пропитанный неловкостью. Тун Яо молча глядела на Лу Сычэна, не говоря ни слова. Сейчас девушка была похожа на ледяную статую, такую же хрупкую и прозрачную, замершую от испуга. Казалось, даже сердце перестало биться.

Она пристально смотрела на парня, а потом, после долгой паузы, нервно хихикнула и резко ответила:

– Брат Чэн, ты можешь нормально себя вести? Ну хватит уже, снова и снова, я же вот так не выдержу. Сколько можно использовать один и тот же дурацкий прием? Тебе когда уже надоест? Но я тебе так скажу: на этот раз я не боюсь. Правда! Не боюсь!

Хоть Тун Яо и провозглашала, что не боится, но на самом деле была напугана до такой степени, что с каждой фразой отступала на шаг назад, пока не уперлась спиной в дверь… Прикосновение горячей ладони к холодному металлу дверной ручки немного успокоило. И тут она увидела, как Лу Сычэн, с выражением полного отчаяния на лице, взъерошил волосы, тяжело вздохнул и плюхнулся на стул. Похоже, капитан тоже был в замешательстве, не зная, что делать.

Впрочем, Тун Яо не было сейчас до него никакого дела. Ей хотелось лишь одного: выскочить за дверь, умчаться куда глаза глядят, найти укромный угол и стукнуться головой об стену, чтобы хоть немного прийти в себя и очнуться от этого… кто его знает, чего именно – то ли кошмарного сна, то ли бреда с галлюцинациями. Поэтому девушка тихонечко приоткрыла дверь за спиной. Но в тот миг, когда она наполовину уже выскользнула наружу, из комнаты донеслось властное:

– Куда? А ну вернись!

– Угу…

Три минуты спустя Тун Яо сидела напротив своего капитана и, наклонив голову, таращилась на него с непониманием и страхом, пока тот, раздраженно потерев ухо, не зыркнул на нее испепеляющим взглядом. Девушка вздрогнула всем телом и отпрянула назад, как будто желая забиться в угол дивана, словно перепуганный сурикат.

– Ты чего? – спросил Лу Сычэн. – Да что я такого сказал, что ты… вот так? Я тебя что, прямо здесь в брачные покои тащу?

– А-а-а-ай! – Тун Яо мгновенно залилась краской, завопила и обеими руками зажала уши. – Хватит уже, хватит! Не говори больше ничего! Я тебе одно скажу, Лу Сычэн. Никто на свете таким тоном и с таким лицом не признается в чувствах и не предлагает встречаться. Да даже павлин понимает, что, когда ухаживаешь за самкой, надо распускать хвост! А ты… Ну как ты можешь быть вот таким?!

– Каким?

– Злющим!

– А если я буду нежнее – ты согласишься?

Тун Яо смолкла.

– Смотри-ка… – Лу Сычэн нахмурился и с досадой цокнул языком. – Блин, так и хочется затащить сюда Цзянь Яна и Сюй Тайлуня и как надавать им по морде!

– А они-то тут при чем?

– Возьми зеркало и глянь, какое жуткое у тебя сейчас выражение лица. Вообще-то, я собирался подождать – хотя бы до момента, когда мы возьмем летний кубок. И тогда уже все обсудить. Но по этому выражению понял – так нельзя. Если ждать, то появится еще какой-нибудь козел вроде Сюй Тайлуня и ты еще до конца турнира запишешься в монастырь. В конце концов, в этой тусовке козлов хватает. – Все это Лу Сычэн проговорил быстро, а вот на этом месте замялся, будто осознал, что ляпнул что-то не то, и поспешно, как чинят загон, когда овца уже убежала, добавил: – Но я не козел. Я хороший.

Да что ж он за человек-то… Лицо Тун Яо застыло, и девушка забилась еще глубже в угол дивана.

– Ну вот, давай после кубка и поговорим. Хорошее время, хорошее место, хорошие люди… Тоже думаю, что идея отличная.

Лу Сычэн посмотрел на своего мидера таким взглядом, будто хотел прикинуть, все ли в порядке у нее с головой.

– У тебя вообще какие-то принципы есть? – спросила Тун Яо.

– Я же говорил. Когда ты спрашивала, стал ли я тем неуязвимым, который ничего не боится, я сразу сказал «нет». – Капитан чуть приподнял уголки губ, и холодная усмешка сделала его тон еще более язвительным. – Если мои принципы приведут к тому, что девушка, которая мне нравится, уйдет в монастырь и будет там бить в деревянную колотушку, зачем тогда нужны эти принципы? Что я, сам себе враг?

«Девушка, которая мне нравится…» Глаза у Тун Яо округлились. Она снова обеими руками зажала уши, потом подумала, что это не помогает, и закрыла глаза. Затем резко опустила ладони и с видом человека, испытавшего смертельный шок, пристально уставилась на Лу Сычэна. Тот в ответ лишь скользнул по ней взглядом, и выражение его лица как-то неуловимо изменилось. Тун Яо почувствовала, как в стакан сладкой газировки вдруг бросили кислую сливу.

– Или, может, я себе льщу? И на самом деле я никогда тебе не нравился?

«Нет. Нет, конечно!» Тун Яо уже приоткрыла рот, собираясь по инерции все отрицать, но Лу Сычэн быстро продолжил:

– Тогда почему ты стояла у меня за спиной и тоном брошенного щенка говорила, чтобы я не шел на свидание вслепую?

– Да я не… Блин! Ты что, это слышал?! – Тун Яо схватилась за грудь и вдруг распахнула глаза, как будто до нее только дошло, что к чему. – Да чтоб тебя, опять наушники были не подключены?!

– Пауза была между песнями. Случайно услышал. – Лу Сычэн чуть откинулся назад. – Так это же хорошо?

«Хорошо ему, блин! Ну охренеть теперь!»

Капитан немного помолчал.

– Так ты собираешься мне отказать?

– Я бы не посмела.

У Лу Сычэна дернулся глаз. Парень чуть выпрямился на стуле.

– Значит, ты согласна?

– Тоже вроде нет…

– Ясно, – сказал Лу Сычэн. – Ты просто напрашиваешься, чтобы тебя поколотили.

– Вот видишь! – Тун Яо мгновенно вытянула палец, чуть не ткнув капитана в нос. – Видишь! Вот снова этот тон! Это тон как у капитана, командира, отца – кого угодно! Но не как у бойфренда! Ай, я же не имела в виду «моего бойфренда»! Что ты там ухмыляешься?! А ну, перестань сейчас же!

Она еще не успела договорить, а Лу Сычэн вдруг резко поднялся и, вытянув руку, поймал палец девушки, холодный кончик которого оказался в его теплой ладони. Тун Яо даже ойкнуть не успела, а ее лицо стало красным, как вареная креветка.

– Какой бойфренд из меня получится, не попробуешь – не узнаешь, верно?

Лу Сычэн слегка потянул ее за палец. Тун Яо хмуро уставилась на собственную руку. «Блин, дался тебе мой палец, что ты его дергаешь? И нечего тут мурлыкать, ты же взрослый мужик! Это не по правилам!»

Отпустив ладонь девушки, парень встал и потрепал ее по волосам.

– Думай. Даю тебе два часа на размышления. До девяти вечера.

«Да что за человек! Он даже в любви признается с таким высокомерием!»

– Почему именно до девяти?

– От этого зависит, смогу ли я спокойно поужинать.

С этими словами капитан повернулся и вышел. Ошеломленная Тун Яо осталась в комнате. Через несколько секунд девушка вдруг согнулась пополам и закрыла лицо руками. Потом повалилась на диван и начала кататься по нему с боку на бок, пока мебель от ее метаний не скрипнула и не сдвинулась с места. Лишь тогда Тун Яо остановилась, глубоко вдохнула и велела себе успокоиться.

Хотя как тут успокоиться, когда горы рушатся и земля трещит?!

★ ★ ★

Перебравшись в комнату отдыха, Тун Яо сидела там какое-то время, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. К моменту начала интервью они с Лу Сычэном вернулись почти одновременно, один за другим, усевшись на разных концах длинного дивана. Не было не то что телесного контакта – они даже взглядами не пересекались.

Капитан сидел слегка развалившись. Откинувшись на спинку дивана, одной рукой он подпирал подбородок и смотрел влево. Тун Яо, наоборот, застыла в позе «послушная дошкольница в ожидании поощрительной красной звездочки», глядя прямо перед собой.

Журналисты переглянулись: все это выглядело так, как будто внутри ZGDX назревал некий внутренний конфликт. Коли так, интервью можно было и не проводить – уже одного этого сюжета хватило бы, чтобы настрочить статейку на три полосы…

– Как вы относитесь к недавним спорам относительно корейских легионеров в китайской про-лиге? – поинтересовался один из репортеров.

– Нельзя судить обо всех одинаково, – ответила Тун Яо. – Среди них есть много хороших. Вот джанглер из Huawei, например… и из YQCB джанглер и кэрри… и еще другие есть.

– Корейские легионеры, – сказал Лу Сычэн, – это лечение симптомов, а не болезни. Это результат стремления к быстрому успеху. Но если мы хотим, чтобы наша лига стала по-настоящему сильной, нам нельзя чрезмерно полагаться на легионеров.

– В последнее время все чаще звучат голоса, призывающие к полному отказу от корейских легионеров. Как вы предлагаете решить этот вопрос? – спросил другой журналист.

– Наверное, нужно усилить контроль, – проговорила Тун Яо. – Все зависит от клубов.

– Все зависит от самодисциплины, – не согласился Лу Сычэн. – Если человек сам себя не контролирует, клуб его не удержит. Необходимо отметить, что это никак не связано с тем, иностранный игрок или нет. Среди китайских игроков такие случаи тоже бывают.

– А каково ваше мнение насчет отношений с фанатками? – задал вопрос кто-то еще. – Нам известно, что Сюй Тайлуня как раз разоблачили в связи с неподобающими отношениями с одной из фанаток…

– Это деликатный момент, – сказал Лу Сычэн. – Нужно сохранять умеренную дистанцию.

– Всем нужно четко понимать свое место, – заявила Тун Яо. – Если кто-то вмешивается в чужие отношения – неважно, мужчина или женщина, – это непростительно. А фанатам стоит более трезво смотреть на вещи и вовремя спросить себя: не смотрят ли они на своего кумира через иррациональный фильтр идеализации, когда простая симпатия и восхищение перерастают в извращенное чувство собственничества. Это очень опасно. И недопустимо.

Один из журналистов рассмеялся:

– Похоже, у Смайлинг на все есть своя, женская точка зрения. По вашим словам выходит, что в киберспортивной среде в той или иной степени все-таки есть проблемы с образом жизни игроков?

– Так ведь игроки – молодые люди, – сказала Тун Яо. – У них и характер, и мировоззрение еще не сформировались. Если слишком рано столкнуться с внешним миром, легко попасть под дурное влияние. Это как в школе – мы тоже частенько бесили учителей. Вот, тот же принцип. С этим ничего не поделаешь. Только надеяться, что все будут немного сдержаннее, да?

– Не знаю, – сказал Лу Сычэн. – Лично у меня с поведением все в порядке. Я хороший, заслуживающий доверия мужчина.

Когда прозвучал этот ровный голос, Тун Яо, до того глядевшая исключительно на журналистов, невольно покосилась в сторону капитана. Репортеры, не заметив никакого скрытого смысла в его ответе, прыснули со смеху. Такие веселые, беззаботные… Тун Яо могла им только позавидовать.

А потом, возможно вдохновившись репликой Лу Сычэна, кто-то из них задал вопрос, показавшийся ей поистине кошмарным:

– Тогда позвольте поинтересоваться… Раз вы знаете все плюсы и минусы киберспортивного сообщества, может, вы рассматривали возможность встречаться с кем-то из этого круга?

Два человека, сидевших на разных концах дивана, не сговариваясь, посмотрели друг на друга.

– Почему бы и нет, – сказал Лу Сычэн.

Тун Яо промолчала, и тогда капитан обратился к ней напрямую:

– А ты не хочешь?

Девушка вцепилась в уголок обшивки дивана.

– Не знаю…

★ ★ ★

Конца интервью Тун Яо практически не заметила. У нее в голове бесконечно крутилась всего одна фраза: «Не хочешь? Не хочешь? Не хочешь? Не хочешь?» В итоге этот навязчивый рефрен чуть не свел девушку с ума. Тун Яо даже не запомнила, какую именно чепуху несла потом в интервью. Точно врезалось в память лишь одно: как только все закончилось, она подскочила и вылетела оттуда быстрее, чем если бы ей приспичило в туалет.

Добравшись до уборной, девушка умылась и немного пришла в себя. Тщательно отрепетировав выражение лица перед зеркалом, она вышла из здания и залезла в микроавтобус, стоявший на парковке. Собралась с духом, прокашлялась, окинула взглядом салон… и вдруг обнаружила, что Лу Сычэна-то и нет!

– А где капитан? – моргнула она.

– Уехал, – ответил один из сотрудников.

– Куда? – растерялась девушка.

– Да кто его знает. Как интервью закончилось – сразу и умчался. Наверное, встреча какая-то у него. К тому же сюда-то он на своей машине приехал.

– О… – тихо произнесла Тун Яо и опустила взгляд, чтобы посмотреть время.

Было восемь вечера. До девяти оставался час. От арены до базы ехать предстояло минут сорок пять – если, конечно, не будет пробок. Вот так, да? Тот, кто обещал ждать до девяти, просто взял и испарился?

Сбежал… «Лу Сычэн, ты знаешь, как выглядит вечный холостяк? Вот завтра утром загляни в зеркало – и увидишь». Тун Яо кинула сумку на сиденье и плюхнулась рядом, сердито сопя. За сорок с лишним минут обратного пути она успела прожить первый раунд злости и как раз собиралась начать гневаться по второму кругу.

Микроавтобус остановился у ворот без двадцати девять. Тун Яо выпрыгнула из него и помахала сотрудникам. Зайдя на базу, девушка переобулась в домашние тапки, включила компьютер и взяла на руки Пышку. Бросила взгляд на время в правом нижнем углу монитора: без пятнадцати девять. Соседнее место пустовало – Лу Сычэн еще не вернулся.

Девушка достала телефон и посмотрела на экран. Ни сообщений, ни пропущенных вызовов. Обняв кота, она села в свое кресло и затихла. Только тревожно вздрагивала, как маленький вулкан, готовый вот-вот взорваться.

– Тун Яо, ты ела?

– Не хочется.

– Смайлинг, го в паре в катку?

– Не хочу.

– Кота кормила?

– Пусть поголодает. Похудеет немножко.

Без десяти девять снаружи послышался звук мотора – подъехала чья-то машина. Если бы уши Тун Яо умели вставать торчком, они бы сейчас уже топорщились где-то на макушке. Не подавая виду, девушка убрала подбородок с головы Пышки и посмотрела в сторону входа. Минут через пять в дверь постучали. Пухляш сказал:

– Капитан вернулся. Тун Яо, сестренка, откроешь дверь?

Все были чем-то заняты, кроме Тун Яо, которая сидела, уставившись в пустоту.

– Угу, – откликнулась она, пересадила Пышку на кресло Лу Сычэна и встала, чтобы отпереть дверь.

Снаружи все еще лил нескончаемый дождь, и, когда Тун Яо открыла, капитан, стоявший перед ней, был абсолютно мокрым. Похоже, ему пришлось бежать от парковки: расстегнутая наполовину куртка промокла, одна рука сунута в карман… Когда дверь распахнулась, Лу Сычэн посмотрел на девушку, стоявшую за порогом, и спросил:

– Ты почему не переоделась, когда вернулась? Кондиционер холодный – простудишься!

«Тебе-то какое дело? – сердито подумала Тун Яо. – Плачет, блин, кошка по мышке…»

Девушка молча потянула дверь, открывая шире, и отступила в сторону. Однако, к ее удивлению, парень не стал переступать порог. Вместо этого он поднял руку, глянул на часы и сообщил:

– Пекинское время: восемь часов пятьдесят восемь минут тридцать секунд.

Тун Яо ушам не поверила. Он еще так спокойно время объявляет!

– Каков твой ответ?

– Я…

Но прежде, чем девушка что-то сказала, Лу Сычэн перебил ее, заговорив так тихо, что голос практически потерялся за шумом дождя:

– Только смотри, хорошо подумай.

Это окончательно сбило Тун Яо с толку. Неожиданно краем глаза она заметила, что куртка капитана как-то странно топорщится на груди. Тун Яо присмотрелась: выпуклость шевельнулась. Потом еще раз. А потом из полурасстегнутой молнии, сонно помявкивая, высунулся маленький американский короткошерстный котенок. Посмотрел на Тун Яо и снова мяукнул. Девушка так и застыла, глядя на него округлившимися глазами.

– Это же…

– Ага, – кивнул Лу Сычэн. – «Династия Цин», конечно, далековато, но вот, успел съездить, забрал у них заложника.

– !!!

– Пекинское время[21]: восемь часов пятьдесят девять минут тридцать секунд. И если через тридцать секунд я все еще буду холост, то у тебя не будет новой кошки, которая…

Капитан не успел договорить, как вдруг до того стоявшая неподвижно Тун Яо бросилась ему на шею и с трудом, но все-таки ухитрилась обнять парня, который был значительно выше. Голос Лу Сычэна замер на полуслове, когда он почувствовал, что к его груди прижался теплый кончик носа Тун Яо. Капитан слегка прищурился, уголки губ приподнялись.

Тун Яо задрала голову и глянула на его подбородок.

– Эй! А меня почему в ответ не обнимаешь?

– О… – только и успел откликнуться Лу Сычэн.

Ему не дали даже пошевелиться. Объятия капитана вдруг опустели, девушка, которая только что там находилась, резко выхватила у него из-за пазухи то, что он прятал на груди, а самого Лу Сычэна безжалостно оттолкнула.

Резко отступив на три шага, Тун Яо воровато обернулась: все на базе были заняты игрой и в сторону прихожей никто не смотрел. Пунцовая от смущения девушка стояла под теплым светом лампы, прижимая к себе котенка.

Лу Сычэн смотрел на нее, слегка опираясь о дверной косяк.

– Чего вытаращился? – нахмурилась она.

Капитан поднял брови:

– Кошка – моя, женщина – моя, как хочу, так и смотрю.

– Какая еще «твоя женщина»?! Помолчал бы! Кто вообще угрожает людям кошками? Тоже мне, герой…

– На войне все средства хороши. Ты бы видела свое лицо, когда дверь открыла. Если бы не котенок, ты бы меня и внутрь не пустила!

Еще древние знали: сердце человека силой не удержишь… а вот хитростью вполне можно.