— Ну и напугала же ты нас, Мэви, — Скитти погладил меня по голове и встал, чтобы отнести стакан на столик, где стоял поднос.

Я выдохнула, привалившись к изголовью кровати, и закрыла глаза. Все тело ныло, будто меня били, а голова была тяжелой. Я словно болела с похмелья, из-за чего мыслила с трудом.

— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоился скелет.

— Как умертвие, которое поднимали больше тысячи раз.

— Я могу чем-то помочь, Мэви?

Чокко чирикнул и, обхватив маленькими пальчиками один из моих на правой руке, встретил мой взгляд своим очень сожалеющим. Он словно тоже спрашивал, чем он может помочь.

— Нет, спасибо вам. Вы и так сделали достаточно.

Я пришла в себя недавно, и именно они были рядом.

— А где Малакай?

— Он только вышел, чтобы ответить на звонок, и ты глаза открыла. Скоро вернется, Мэви. — Скитти сел на край кровати. — Точно не нужно позвать целителя? Ты пробыла без сознания три дня, и мы…

— Три дня⁉ — В шоке перебила его я. — Как три дня⁈

Он хотел ответить, но дверь в спальню открылась, и зашел Малакай. Хмурясь, он убирал смартмак в карман, когда заметил на себе мой взгляд и застыл, так и не спрятав артефакт.

— Привет, — прошептала я.

— Привет… — Он отмер и направился ко мне, на ходу осматривая меня цепким взглядом. — Тринадцатый, позови целителя.

— Но Мэви…

— Быстро!

Заворчав, Скитти слез с кровати и, гремя костями, пошел к двери. Не дойдя до нее пару метров, он резко остановился, повернул голову на 180 градусов и, устремив сощурившийся горящий зеленым взгляд на Чокко, поднял магией пухлую жопку енота в воздух, из-за чего тот недовольно заверещал, вцепившись лапками в простынь.

— Скитти, что ты делаешь? — спросила я.

Когти Чокко вспороли простынь, когда скелет протащил его до края кровати.

— А чего это я один должен страдать вдали от тебя? Пусть тоже мучается!

Чокко явно был против, потому что закричал, стянув лоскуты простыни, когда взлетел в воздух, и, повернув голову к Скитти, воинственно застрекотал. Устроить мордобой при нас они не успели, но когда вышли за дверь, которую не закрыли до конца, я услышала возмущенный вопль скелета.

— Отдай мою коленную чашечку, перхоть!

— Кри-и-и-и-и!

— Верни!

Что-то с грохотом упало, и послышался женский крик — перепугали кого-то из прислуги.

— Леди, подайте мою голову. Пожалуйста.

Снова что-то глухо упало. Может быть, эта самая леди. В обморок.

Малакай вздохнул, что-то прошептав себе под нос, и, наконец, оказался рядом. Я сосредоточилась полностью на нем.

— Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Голова? Эфир не обжигает? Или…

— Кай, стоп! Я в порядке. Точнее немного больно, но…

Он взял меня за руку, и я замолчала, когда его эфир приятно слился с моим. По коже побежали мурашки, когда холодок его магии впитался внутрь, заглушая боль.

— Лучше?

— Да, спасибо, — Я сглотнула, осматривая его. — Ты выглядишь… уставшим.

— Не спал твое суток. Ты здорово всех напугала.

— Так что случилось?..

— Тебе стало плохо, когда мы закончили занятие. Ты потеряла сознание и какого-то черта вся твоя энергия просто… исчезла.

— То есть? Как эфир может исчезнуть?

— Над этим мы все до сих пор ломаем голову, — он пересел ближе и, прислонившись к изголовью кровати, приобнял меня. — Три дня ты спала, набиралась сил. Сейчас твоя магия восполнилась, но это не тот уровень, которым ты владела.

Я положила голову ему на плечо и закрыла глаза, чтобы обдумать все, что он сказал. Отчего-то было трудно вспомнить то, что случилось, когда мы закончили заниматься, будто что-то не давало мне ухватиться за эти воспоминания.

Но едва я ухватилась за нужную мысль и притянула за ней вереницу других, как я резко распахнула глаза и отстранилась от жениха, ахнув. Аделаида!

— Что такое, Мэвис?

Я повернулась к нему.

— Я видела кое-что, когда отключилась, — я нахмурилась, собирая имена в памяти. — Аделаида, Малькольм и… Анника? Да, кажется, Анника.

Он явно не понял, что за имена я перечислила. Тогда я пересказала то, что увидела, и это заставило Малакая обеспокоиться. Списать на простой сон мы это не могли, потому что эфир просто никуда не исчезает. Тем более мы были в древнем месте, где произошло жестокое убийство.

— Ты упомянула Малькольма, — сказал он, почесав щеку, на которой была щетина.

Никогда не видела, чтобы этот мужчина выглядел так небрежно, но ему это безумно шло. Растрепанные серебристые волосы, щетина, простая одежда. То, что мы оба сейчас были не в академии, меня не волновало. Разберемся позже.

— Прадеда звали так.

Прадед. Хм… Возможно, я видела его портрет в этом особняке. Да и Блэквуды удивительно друг на друга похожи. Но это Малькольм особенно похож на Малакая.

— Я видела его… — Я всмотрелась в его лицо, отмечая, какое же огромное между ними сходство, но Малакай был гораздо красивее — однозначно. — Ты на него очень похож.

Он встретил мой взгляд. На некоторое время повисла тишина.

— О чем ты думаешь? — спросила я.

— Не нравится мне все это, Мэвис. Совсем не нравится. Если это проделки кого-то из мертвых, это могло тебе сильно навредить.

Смерти очень нравилось мне вредить. Может, она за мной охотилась еще с того первого раза, когда не смогла забрать?

Так как я была еще не в состоянии даже встать, Малакай оставил меня целителю, чтобы тот осмотрел мое бренное тело и помог прийти в себя. Сам он поговорил с Люциусом и моим папой, который из-за случившегося задержался в королевстве. Я надеялась, что из-за этого у него не будет проблем.

Когда мой жених вернулся, я уже была на ногах, искала, что одеть, чтобы не светить телом в этой полупрозрачной сорочке. Скитти и Чокко, надоевшие друг другу, были в разных углах спальни. Один дрых без задних ног, а второй был странно молчалив.

— Что это со Скитти? — тихо спросила я у Кая, когда, одевшись, посмотрела на скелета.

— Понятия не имею, какой таракан пробрался в его дырявую голову на этот раз. — Он сосредоточился полностью на мне. — Тебе лучше?

— Гораздо.

— Рад слышать. Через час я верну тебя в академию, так что у тебя есть время попрощаться с отцом.

Разочарование было ощутимым и горьким. Я не хотела прощаться с папой, потому что знала, что еще долго его не увижу, но особого выбора у меня не было. Из-за меня он и так задержался дольше, чем следовало. Дома из-за этого могут возникнуть проблемы.

— К слову об академии, там проблемы будут?

— Кремберли еще то проклятие, но отец с этим разобрался. Мы с тобой были на официальном больничном. Но это не значит, что ты снова не отстала.

Захотелось от души выругаться. Я замучилась проводить все свое свободное время в библиотеке. А теперь, когда мы с Малакаем решили, чего хотим друг от друга, все его хотелось потратить на жениха.

— Не расстраивайся, — он отвел от моего лица прядь черных волос. — Три дня это не месяц.

Я подняла руки и сжала пальцы на рубашке жениха, заглядывая ему в глаза. Его кадык дрогнул, когда он сглотнул, потому что я оказалась слишком близко.

— Ты продолжишь вести у моей группы эгд?

— Пока да, — сказал он, мельком взглянув на мои губы.

— Как так вообще вышло?

— На факультете некоторые проблемы с преподавательским составом. Спиристов не так много и живем мы недолго, если уровень эфира не позволяет.

Я улыбнулась, подойдя к нему вплотную и, скользнув руками по груди, обняла его за шею.

— Ты ведь не будешь со мной очень строгим, м-м, магистр Блэквуд?

Он улыбнулся уголком рта, и появилась ямочка. Его руки скользнули по моей талии к пояснице и опустились на попу. Горячее дыхание обожгло ухо, когда Малакай наклонился и прошептал:

— Учись, выполняй все задания и в принципе будь хорошей девочкой, и тогда у нас не возникнет проблем.

Я наклонилась назад в его руках, чтобы посмотреть в глаза.

— И что будет, если я не буду «хорошей девочкой»? — тихо спросила я, чуть приподняв бровь и стараясь скрыть, как участилось моё сердцебиение от его близости.

Малакай слегка отстранился, но руки с моей талии не убрал. В его глазах мелькнуло что‑то озорное — то редкое выражение, которое появлялось, только когда мы оставались наедине.

— Тогда, — он сделал паузу, и его губы дрогнули в полуулыбке, — мне придётся найти способ тебя перевоспитать.

Я рассмеялась, но тут же осеклась, почувствовав, как его пальцы слегка сжали кожу на пояснице.

— Перевоспитание в твоём исполнении звучит… опасно, — прошептала я.

— Опасно, но увлекательно, — он наклонился ближе, почти касаясь губами моего уха. — К тому же, ты ведь знаешь: я всегда добиваюсь своего.

По спине пробежала дрожь, и я невольно прижалась к нему ещё сильнее.

— Мэвис, — его голос вдруг стал серьёзнее, — нам пора. Твой отец ждёт внизу.

Я вздохнула, неохотно отстраняясь. Разочарование снова кольнуло в груди, но я кивнула.

— Да, конечно.

Пока я заканчивала сборы, Малакай отошёл к окну. Его профиль чётко вырисовывался на фоне дневного света, и я на мгновение залюбовалась им: резкие черты лица, серебристые волосы чуть растрёпанны, прямая спина — даже в расслабленной позе он выглядел так, будто готов к любой угрозе.

Прощание с папой было тяжелым. Я понимала, что мы еще увидимся, и не раз, но мысль, что это случится очень не скоро, не отпускала.

— Я люблю тебя, дочка, — папа обнял меня крепче.

— И я тебя, па.

— Будем на связи.

— Конечно. Спокойной дороги.

— Малакай? — папа взглянул на моего жениха. — Береги ее.

— Иначе и быть не может.

Поймав взгляд жениха, я невольно покраснела. То, как он смотрел на меня… ух… И как я раньше не замечала этого жара? А о чем это я? Малакай просто отлично умеет притворяться деревом.

— А ты, — папа обратился ко мне, — юная леди, перестань обижать сестру.

Я не понимающе нахмурилась.

— То есть?

— Мар думает, что ты избегаешь ее всеми возможными способами.

— Ну… — протянула я.

— Мэви. У нее здесь, кроме тебя, никого нет. Общий язык с Блэквудами она так и не нашла, да и вы родные сестры. Нужно держаться вместе.

Пообещав отцу видеться с ней почаще и просто нормально поговорить, я еще раз обняла его, и он сел в маджикар, чтобы доехать сначала до Амары — попрощаться, а затем отправиться в порт.

В академию меня должен был отвезти Малакай, но ему позвонили из управления. Фантома удалось полностью подавить и подчинить.

— Позволишь поехать с тобой? — вцепилась я в эту возможность.

— Мэвис…

— Кай, если это действительно она, то, что я увидела, было не случайно!

Он хотел мне отказаться — я видела это по лицу. Оно и неудивительно, ведь из-за моего нахождения там могли быть вопросы. Только если…

— Используй меня как свидетеля! Я ведь выжила, когда она совершила на меня нападение. Дважды причем!

Он думал, смотря на меня. Взвешивал все за и против. И в конечном итоге согласился.

Пока мы ехали, он выдвинул ряд условий, с которыми я согласилась. Когда мы добрались до управления, Малакаю поступил звонок на смартмак, и я, не став дожидаться, когда он откроет для меня дверцу, как делал всегда, быстро вылезла из салона. Малакай же застыл внутри.

— Ты уверен, что след тот же? Понял. Держи меня в курсе.

— Что случилось? — спросила я, когда он закрыл дверцу.

— Убили еще одну девушку.

От лица отхлынула кровь.

— След энергии тот же, что нашли на тебе и убитой на посвящении.

— Когда это случилось?

— Приблизительно сегодня ночью.