**Спустя одну истерику, половину допроса и два обморока**

Мой жених влетел в кабинет декана, куда меня заперли для допроса, и едва не зашиб дверью фамильяра капитана отряда Группы чистки. Милая маленькая панда с возмущенным рычанием отскочила от двери, показав мужчине кулак, но тот даже не обратил внимания, поспешив ко мне.

Я, едва его увидела, соскочила со стула со связанными магией руками и со слезами на глазах сразу сказала ему:

— Я н-не уб-бивала ее, М-малакай!

— Какого демона она здесь, Валериан⁉ — с едва сдерживаемой яростью обратился к капитану Малакай.

— Вам разве не сообщили? Произошло убийство, и…

— К этому не причастна моя невеста! Ты не имел права начинать допрос без доказательств!

Вау… Малакай был в ярости. Впервые он проявил чувства вот так. Да вообще впервые показался мне живым человеком.

— Ее нашли рядом с бедной девушкой…

— Это не доказательство, — процедил он. — Похоже, я поспешил, назначив тебя капитаном.

— При всем уважении, сэр…

— На выход! И раз уж тебе нужны доказательства, обратись к магистру Морвуду и судмеду. На убитой биологические и магические следы иного существа!

У меня с плеч будто трехтонный груз упал, и давление в груди ослабло. Только чудом я не села там, где стояла.

— Оставь нас, — приказал Малакай.

Едва за капитаном закрылась дверь, взгляд Малакая обратился на меня. Я шмыгнула носом, вытерев слезы с щек и, вернувшись к стулу, села.

— Ты в порядке, вороненок? — мягко спросил он.

— А т-ты к-как д-думаешь? — я еще не совсем успокоилась, и из-за этого заикалась. — Я очн-нулась в луже к-крови рядом с т-трупом. Меня з-заковали, об-бвинили в у-убийстве и п-пытали.

— Он причинил тебе вред?

— Н-нет. Запугивал. Говорил жуткие в-вещи. Я клянусь, Кай, я ее не убивала.

— Я знаю, что это не ты, вороненок. — Он, прихрамывая, прошел к креслу капитана и сел. — Это доказали. На Клерин Малрой нашли чужие следы. Убийцу ищут.

— Я не понимаю, как я оказалась там… Помню, что была в нише, мне стало плохо, а дальше…

— Дальше?

— Очнулась в другом месте, рядом с этой… девушкой. Не помню, как оказалась там…

Он смуро посмотрел в окно и снова повернулся ко мне, хотел что-то сказать, но нахмурился, когда заметил что-то на моей шее. Затем встал и, обойдя стол, остановился рядом со мной.

— Что такое?

— Подними шею.

— Зачем?

Он не стал просить дважды, нежно обхватил мой подбородок двумя пальцами и поднял. Морщинок вокруг глаз от того, что он нахмурился, стало больше.

— Что…?

— У тебя горло не болит?

— Немного… — Я хотела провести по нему пальцами, но он не позволил.

— Тебя душили. На шее отпечатки синяков. Я вызову судмеда. Возможно, ты тоже была жертвой, и убийцу просто спугнули, а эти идиоты приняли тебя за преступницу.

Пожилой мужчина появился быстро, и когда провел все нужные экспертизы, пришел к тому же выводу. Меня душили, и чудо, что от такой силы кости остались целы. Магия уже начала процесс исцеления, а потому глотать и говорить было не так больно.

На моей шее обнаружили те же биологические и магические следы, принадлежавшие пока неопознанному существу. Было страшно осознавать, что я тоже была жертвой, но уж лучше это, чем быть убийцей и даже не помнить, как убивала бедную девушку.

Так как убийство произошло на частной вечеринке нашего факультета, каждого, кто там был, заставили дать клятву о неразглашении сведений, пока ведется расследование. Слухи жестко приселки, так что дальше нашего факультета она не ушли. Это пресекали сразу же подручные духи животных, работавшие на службе у группы Чистки.

Тот факт, что я не была убийцей, подарил мне мимолетное облегчение. Почему мимолетное? Потому что адепты, которые не знали подробностей, как я, например, строили теории и чаще всего обвиняли меня, хоть и позже, через три дня, стало известно и им, что убийцей был какой-то дух.

Только его никак не могли найти. Или же нашли, и никто не узнал. Поэтому, глодаемая любопытством и страхом, я после лекции по истории пошла на поиски Малакая, чтобы узнать все из первых уст. Мне-то он уж скажет. Невеста, как никак.

— Как это ты мне ничего не скажешь⁈ — возмутилась я, смотря на жениха, который невозмутимый сидел за своим рабочим столом.

Сейчас шел перерыв и до занятия по основам спиритизма у меня оставалось 25 минут. У Малакая, согласно расписанию, было окно, но он все равно куда-то собирался.

— Я не имею права разглашать информацию о расследовании адептам, Мэвис.

— Я твоя невеста!

— И вспоминаешь ты об этом, только когда удобно тебе, — резонно подметил он.

Я фыркнула, скрестив руки на груди, и предприняла новую попытку, сменив тактику.

— Мне страшно, Малакай. Я спать не могу, зная, что на меня тоже совершили покушение. А если он придет за мной…?

Он вздохнул, и его взгляд смягчился.

— Тебе нечего бояться, Мэвис. Над делом работают.

— То есть его нашли⁈

Он встал из-за стола, взглянул на наручные часы, отодвинув рукав рукой в перчатке и взял трость с набалдашником в виде сокола.

— Мне пора.

— Но мы же еще не закончили разговор!

— У меня встреча с отрядами Чистки. Увидимся позже, Мэвис.

Я быстро отбежала к двери и встала перед ней, раскинув руки.

— Не выпущу, пока не скажешь, какой гад чуть не отнял мою жизнь и убил ни в чем неповинную девушку!

Он равнодушно посмотрел на меня, и когда его глаза вспыхнули белым, я в шоке уставилась вниз, видя, как его магия, словно я предмет мебели, оттаскивает меня в сторону. Я с возмущением уставилась на Малакая.

— Ты… Ты… Что за наглость? Я похожа на гулево кресло⁉

— Ты похожа на занозу в моей заднице. — И он просто открыл дверь и вышел.

После его магия отпустила мое тело, и я, возмущенная до глубины души, поспешила за ним. Пока он шел на собрание, не отставала от него и капала на мозги, но мой жених, как бревно, не выражал ни одной эмоции и не обращал на меня внимания.

Другие адепты пялились на нас, но мне было плевать. Многие уже промыли нам кости о том, что мы якобы в отношениях, но сплетни быстро пресекли информацией о том, что помолвка договорная, и все отстали. Начали меня жалеть, в основном.

Когда в поле зрения показалась ректор Кремберли, мне пришлось отстать от Малакая, и чтобы не попасться на глаза этой пугающей женщине, которую недолюбливала, я свернула в другой коридор, напоследок процедив Малакаю сквозь зубы:

— Потом поговорим, дорогой.

* * *

Не поговорили. Я его так и не увидела в тот день, а так как была очень уставшей из-за стресса, мне нужен был отдых. К сожалению, уже на следующий день я была обязана пойти на занятия. И так пропустила первые лекции из-за случившегося.

Первые два дня прошли сносно, но сегодня все не задалось с самого утра. Меня снова вызвали на допрос, но уже не в качестве обвиняемой, а пострадавшей. Ничего нового я сказать не могла, поэтому меня быстро отпустили.

Перерыв я пропустила и пообедать не успела, поэтому расстроенная и голодная пошла на последнюю на сегодня лекцию. Основы спиритизма вела молодая магистр Дрейвен, которая мне понравилась сразу, как начала лекцию. Приятная с виду и в общении, она быстро расположила весь лекционный зал к себе.

Когда с вводной частью было покончено, она написала на доске тему первой лекции.

— Итак, тема нашей первой лекции «Понятие жизненной силы — эфира, и его роль». Кто может ответить на вопрос, что такое эфир?

Поднялся лес рук, и это не сарказм, потому что это понятие каждый некромант, в котором пробудился дар к потустороннему, знал с детства. Я руку поднимать не стала и именно это привлекло внимание магистра.

— Адептка Морган, будьте добры, ответьте на вопрос.

Какая у нее феноменальная память, потому что я не то, что фамилии не запомнила, я даже большую часть имен одногруппников не помню.

— Эфир — это душа некроманта с даром к виденью. Это наша магия и жизненная сила.

— Верно. Обладают ли эфиром другие некроманты без дара?

— Нет, магистр. Их магия отличается от нашей хотя бы тем, что они не могут видеть души как живых, так и мертвых.

Она отвернулась от меня, взглядом велев своей обезьяне-фамильяру, записать что-то в журнале.

— Отлично, Адептка Морган, — кивнула магистр Дрейвен. — Но давайте копнём глубже. Кто может рассказать, как именно эфир взаимодействует с миром мёртвых?

В этот раз рук поднялось заметно меньше. Магистр нашла другую жертву для вопроса.

— Адептка Авалир, пожалуйста.

— Эфир служит мостом между миром живых и миром мёртвых. Он позволяет некроманту с даром видеть души, устанавливать с ними контакт и даже временно возвращать их в материальный мир — в рамках дозволенного и при наличии достаточной силы.

— Верно, — одобрила магистр. — Но что определяет силу этого моста? От чего зависит, насколько глубоко некромант может проникнуть в мир мёртвых и насколько долго удерживать связь?

— От силы самого некроманта.

— Частично, — улыбнулась магистр. — Но есть ещё один важный фактор. Кто нибудь знает?

Одна из адепток подняла руку:

— От эмоциональной связи с душой, которую пытаются вызвать. Например, если некромант пытается вызвать близкого человека, это может получиться легче.

— Очень хороший ответ, адепт Эверли, — похвалила магистр. — Да, эмоциональная связь действительно может служить катализатором. Но есть и другой аспект — состояние самого эфира.

Она подошла к доске и нарисовала простую схему: круг, разделённый на три сектора.

Чистый эфир

↓

Замутнённый эфир

↓

Истощённый эфир

— Чистый эфир — это идеальное состояние. Некромант с чистым эфиром обладает максимальной чувствительностью к душам, может видеть их чётко, устанавливать прочную связь. Замутнённый — когда в эфире появляются искажения. Это может произойти из за стресса, травмы, сильного эмоционального потрясения. В таком состоянии видения становятся смутными, связь — нестабильной. А истощённый — это когда эфир практически исчерпан. Некромант теряет дар, становится неспособным видеть души.

Магистр повернулась к аудитории:

— Кто может привести пример ситуации, которая может привести к замутнению эфира?

Поднялась рука одного из адептов:

— Если некромант пережил потерю близкого человека. Или если он слишком часто использует дар, не давая себе восстановиться.

— Абсолютно верно, — подтвердила магистр Дрейвен. — А теперь давайте поговорим о восстановлении. Какие методы вы знаете для очищения и восстановления эфира?

Аудитория оживилась. Адепты начали делиться тем, что знали: медитация, специальные ритуалы, отдых, использование определённых трав и минералов. Магистр внимательно слушала, кивала, иногда дополняла ответы.

Скоро лекция подошла к концу.

Она взглянула на часы:

— На сегодня достаточно теории. На следующем занятии мы перейдём к практике — научимся определять состояние своего эфира и выполнять простейшие упражнения для его стабилизации. А сейчас запишите домашнее задание: подготовить краткий доклад на тему «Влияние лунных фаз на состояние эфира некроманта». Объём — не более трёх страниц пергамента. Вопросы есть?

— Нет, — почти хором ответили мы.

После занятий я узнала расписание на завтра и пошла в общежитие. Первые дни учебы были бы легкими, если бы не случившееся на Жатве, и, может, я бы не ощущала себя так ужасно под взглядами других адептов. Если раньше меня хоть и считали одержимой, но в большинстве своем не трогали,а сейчас говорили, даже не понижая голоса.

Я стиснула зубы, услышав от очередной группки девчонок и парней, сидевших на скамейке возле моего общежития, как они обсуждают меня.

— Кто вообще впустил одержимую в академию?

— Идиоты.

— Мне кажется, это она убила Клерин.

Мне свистнули вслед, и я, сцепив зубы, все же повернулась, равнодушно взглянув на них.

— Твое место в темнице, нежить! — сказал мне белобрысый парень.

Только я хотела ответить, как услышала из окна общежития:

— А твое под юбкой у мамочки, сосунок! — крикнул Скитти, и когда я подняла голову, увидела, как он наполовину вылез из окна моей спальни. — Не смей клеветать на любовь всей моей смерти!

Я улыбнулась, благодарная моему костлявому другу, но улыбка померкла, когда Скитти перевалился вперед и, соскользнув, полетел вниз с высоты пяти этажей. Я вскинула руку, но с пальцев не сорвалось ни искорки. И даже внутри я не ощутила прилива магии.

— А-а-а! Любовь моя, я лечу к тебе!

— Скитти!

Он разобьется, потому что я не могла призвать магию.