Влад вернулся через минуту. Подошел сзади, прижался ко мне, его грудь снова к моей спине. В руке он держал что-то холодное, металлическое – это, когда он провел им по моей ягодице. Обернулась и увидела анальную пробку. Небольшую, гладкую, с синим камешком на конце, который блеснул под светом лампы.

Я вздрогнула – не от холода металла, а от того, что сразу поняла, чего он хочет.

– Зачем это? – спросила тихо, голос дрожал, хотя я пыталась звучать спокойно. Глаз от его руки не отводила.

Влад наклонился ближе, губы коснулись моего уха, дыхание горячее.

– Чтобы усилить яркость ощущений, – прошептал хрипло, голос низкий, почти рык. – Чтобы даже когда я не внутри тебя – ты помнила, что твое тело принадлежит мне. Целиком. Каждая часть.

Я сглотнула – горло пересохло еще сильнее, сердце застучало быстрее.

– Ты... хочешь вставить это в меня? Сейчас? – голос получился тоньше, чем хотелось.

– Да, – ответил твердо, без колебаний. – Но не здесь. – Оглядел скользкие стены душа, как понял, что на мокром полу это будет неудобно и опасно. – Идем в комнату.

Влад подхватил меня на руки – легко, прижал к себе, мокрые тела скользнули друг о друга. Я обвила его шею руками.

В спальне он опустил меня на кровать – осторожно, но без всяких сомнений – руки крепкие, теплые, знакомые. Не бросил, не толкнул, а именно опустил, как я что-то хрупкое и дорогое, что Влад не хотел повредить. Я легла на спину, простыня подо мной была прохладная, а кожа горячая после душа. Сердце стучало так, что я слышала его в висках.

Он стоял надо мной секунду-другую, смотрел сверху вниз. Не улыбался, но в глазах было что-то такое – голодное, темное, от чего в животе все сжималось. Влад медленно провел ладонью по моему бедру – от колена вверх.

– Повернись, – сказал тихо, но голос низкий, хриплый, как после долгого молчания. – Встань на четвереньки. И прогни спину. Сильно.

Я не ответила – просто сглотнула и послушалась. Перевернулась на живот, поднялась на колени и локти. Прогнула поясницу, грудь коснулась простыни, ягодицы подняты, спина выгнута дугой. От этой позы чувствовала себя открытой, беззащитной – и одновременно такой желанной, что даже дышать стало тяжело.

Влад молчал. Просто стоял позади и смотрел. его взгляд – тяжелый, горячий, словно пальцами касался. Кожа покрылась мурашками, соски затвердели от одного воздуха и от того, что он видит меня именно такой. Между ног уже все было мокро – не только от душа, а от него, от его голоса, от того, как он приказывал.

Его ладони легли мне на бедра – сначала просто подержал, словно наслаждался моментом. Потом пальцы скользнули вверх, развели ягодицы чуть шире. Я тихо вздохнула, потому что знала, что он сейчас увидит все: как я блестю, как дрожу, как жду.

– Красивая, – прошептал он, и в голосе было столько удовольствия, что у меня внутри все сжалось.

Потом услышала, как щелкнула крышечка тюбика. Холодный гель сначала упал каплей мне на копчик, потом стек ниже, между ягодиц. Его пальцы – два, сразу – размазали его круговыми движениями, спокойно, без спешки. Около ануса он задержался дольше: легонько надавливал подушечкой пальца, не проникая, просто давая мне привыкнуть к ощущению.

– Дыши глубоко, – тихо сказал. – Расслабься, котенок.

Я кивнула, хотя он этого и не видел. Вдох – выдох.

Первое прикосновение пробки – холодный, гладкий, округлый кончик – прижался к узкому анусу. Влад не давил резко. Просто держал, давая мышцам расслабиться от постоянного, равномерного давления. Когда я выдохнула дольше и глубже – он медленно, очень медленно начал продвигать ее внутрь.

Я тихо вскрикнула – не от боли, а от того, как резко и полно ощущался этот чужеродный, но такой гладкий вес. Металл холодил изнутри, камешек на основании уже касался кожи снаружи. Влад сделал еще один маленький толчок – и пробка села полностью.

Провел ладонью по моей спине, словно успокаивая.

– Хорошая девочка. Теперь стой так. Не двигайся.

Я осталась – колени расставлены, спина прогнута, голова опущена, щеки горели. Пробка ощущалась – постоянно. Каждое маленькое движение, каждый вдох заставлял ее слегка давить на стенки, напоминая о себе. А когда Влад положил руку мне на поясницу и слегка надавил – я не сдержала тихого, протяжного стона.

Он наклонился, его губы коснулись моего уха снова.

– Я хочу, чтобы ты носила ее, пока я не решу, что уже достаточно. Понятно?

– Да... – выдохнула я, голос дрожал.

Его пальцы скользнули ниже, между ног – и сразу же медленно провели по клитору, почти не касаясь, лишь дразня.

Влад замер именно там, где я больше всего этого хотела, – и в эту секунду я поняла, что он ждет, пока я сама не попрошу его сильнее, глубже, безжалостнее.