Влад продолжал молчать. А потом наклонился – точно давая мне секунду осознать, что сейчас будет. Губы коснулись ключицы – легко, почти осторожно. Я вздрогнула. Он провел языком вниз, к ложбинке между грудей. Тихий стон вырвался против моей воли.

Его пальцы скользнули по шее, подняли подбородок. Заставили встретиться взглядами.

– Ты прекрасна, – прошептал он хрипло, голос низкий, на грани рыка.

Потом губы впились в мои – жадно, без предупреждения. Язык ворвался, забрал все, что захотел. Я растаяла в этом поцелуе, застонала ему в рот. Его ладонь спустилась ниже, сжала ягодицу, прижала меня к себе так, что его твердость – горячую, напряженную сквозь ткань брюк.

Власов оторвался от губ – неохотно, медленно. Провел языком по моей нижней губе, слегка прикусил. Потом отступил на полшага, не отпуская взглядом.

– Брюки, – сказал тихо, но так, как это уже не просьба. – Снимай.

Пальцы сами потянулись к пуговице. Щелчок. Молния пошла вниз – звук в тишине гостиной казался оглушительным. Через минуту я стояла перед ним голая. Он смотрел долго, не торопился.

Взгляд прошелся по мне сверху вниз, задержался между ног – там, где я уже была влажной, открытой. Потом поднялся обратно к глазам.

Протянул руку. Не коснулся сразу – провел пальцами по щеке, по губам, по шее, по груди – чертил невидимую траекторию. Когда ладонь опустилась ниже живота, большой палец лишь раз, очень медленно, скользнул по клитору – вверх-вниз, проверяя.

Тогда Влад взял красный бюстгальтер, держа его за бретели. В глазах – спокойная, уверенная, почти собственническая власть.

– Руки.

Я подняла. Он сам надел его на меня – аккуратно – это был ритуал. Пальцы касались кожи гораздо больше, чем нужно. Застегнул сзади, провел ладонями по ребрам, по талии, задержался на бедрах.

Потом взял трусики. Присел на одно колено – и этот жест внезапно стал самым интимным за весь вечер. Я подняла ногу, потом вторую. Власов медленно протянул ткань вверх по голеням, по бедрам, поправил тонкие ремешки. Большим пальцем провел по краю кружева там, где оно касалось кожи, – словно убеждался, что все легло идеально.

Поднялся. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего.

– Обернись.

Я повернулась спиной. Его ладони легли на бедра, скользнули вверх к талии, потом к груди – осторожно обхватили их сквозь кружево. Большие пальцы коснулись сосков – и я не сдержала тихого вдоха.

Он прижался к моей спине. Горячее дыхание на затылке.

– Тебе нравится, как она на тебе?

– Да, – выдохнула я, потому что это была правда.

– Тогда покажи мне, насколько. И встань на колени.

Это был приказ, от которого ноги подкосились сами. Я опустилась на пол – медленно, словно в замедленной съемке. Паркет холодил кожу, но жар внутри только нарастал.

Подняла взгляд – прямо в его глаза, как любил Влад.

Он стоял надо мной – высокий, расстегнутая рубашка, брюки натянуты так, что видно каждый контур. Рука медленно поднялась, пальцы коснулись моего подбородка, слегка подняли лицо еще выше.

– Руки за спину.

Я завела их назад, сжала в замок. Грудь невольно выдалась вперед, спина изогнулась. напряглись мышцы живота, как сердце забилось сильнее, как все тело словно просило следующего прикосновения. Он просто смотрел – и этого взгляда хватало, чтобы себя абсолютно открытой, абсолютно его.