Он медленно разжал пальцы. Но вместо того чтобы отступить, взял меня за плечи – крепко, властно – и одним движением прижал спиной к стене. Холод прошелся по лопаткам, а его тело – горячее, твердое – прижалось спереди, не оставляя ни сантиметра воздуха между нами.

Влад наклонился. Не к губам. К шее.

Его губы коснулись кожи – сначала просто касание, как дыхание. Потом медленный, горячий поцелуй. его язык едва коснулся ключицы, оставляя влажный след. Тело дрогнуло – не от отвращения, а от неожиданного тепла, что разлилось внутри.

Власов прикусил кожу – легко, но ощутимо. Маленькая острая боль смешалась с жаром, что уже растекался по венам. Я закусила губу, чтобы не выдать себя. Но дыхание уже срывалось. Короткое, рваное.

Губы мужчины спустились ниже – к груди. Он отодвинул край платья одним пальцем, открывая глубокое декольте. Поцеловал там, где сердце билось так безумно, что казалось, он чувствует каждый удар губами. Потом язык скользнул по коже над грудью – медленно, словно рисуя невидимую линию. Соски затвердели мгновенно, проступая сквозь тонкую ткань.

И именно в этот момент что-то внутри меня перевернулось. Я вспомнила всех тех мужчин, с которыми раньше доходила до поцелуев, прикосновений, до того момента, когда их руки уже лежали на моей талии, бедрах, груди – и всегда – я останавливала.

Отталкивала. Обрывала. Потому что никогда не чувствовала этого – настоящего, острого, всепоглощающего жара, который сейчас разливался по телу от одного его дыхания на коже. И вот сейчас, когда его губы кружили вокруг соска, между ног становилось жарко и влажно. Сжала бедра, пытаясь остановить это ощущение. Но это только усилило его.

– Ты дрожишь. – Влад прошептал прямо в мою кожу, губы все еще были у груди. – Не от страха. От желания.

Я зажмурилась. Стыд заливал меня с головой – за то, что тело реагирует именно на него. На того, кого я презираю. И одновременно – на того, кто первый заставил меня почувствовать, что такое настоящее желание.

Он не торопился. Просто продолжал – губами, дыханием, легкими касаниями языка по коже. Каждое движение – как доказательство, что я уже не могу сказать «нет» так легко, как раньше.

– Ты можешь ненавидеть меня. – Мужчина поднял голову, чтобы смотреть мне в глаза. – Но твое тело уже решило за тебя.

Открыла рот, чтобы возразить. Но слова застряли в горле.

Потому что он был прав.

И это пугало больше, чем любая его угроза.