Душераздирающий зов матери никогда не забудется. Никогда не сотрётся из памяти. Даже сквозь вьюгу он слышался чётко и ясно, вбиваясь в мою душу копьями. Да, ещё долго будет стоять в голове…

Я не желала заходить в дом… Всё потому, что никому от этого легче не станет, только хуже.

Такие, как я, не имеют крова. Не имеют семью и родных людей, которые будут беспокоиться за них. Потому что родственные связи утяжеляют дорогу и судьбу. Куда легче рисковать жизнью, когда тебя никто не ждёт. Но теперь ничего не изменишь. На моих плечах больший груз, чем раньше. Отчего как можно быстрее требуется избавиться от него. Этим как раз я сейчас и займусь.

Я взглянула снизу вверх на здание, из каждого окна которого лился яркий оранжевый свет.

В такие моменты Иори всегда стоял рядом, отвешивал колкости или заботливо давал распоряжения, как правильно поступить. Теперь буду рядом с ним я. Мой долг направить его на праведный путь, отказаться от тьмы.

Раз один демон смог любить мою предшественницу, будучи поглощённым бездной, то помеченный человек точно сможет.

Я нерешительно сделала шаг вперёд и миновала пространство до известного мне рёкана*.

В этот раз здесь куда больше людей, чем в прошлый раз, когда я явилась под покровом ночи.

Именно с этим местом связаны мои самые счастливые воспоминания и самые грустные.

Ночь, проведённая в забвении, в объятиях моего верного друга Иори… А затем пугающая печать на его спине…

Я зажмурила глаза…

Мне бы знать тогда то, что знаю сейчас…

Но ещё ничего не поздно. Я жива. И чувствую, что он тоже.

Я неуверенно поднялась по ступеням на второй этаж здания и замерла подле дверной ставни, со стороны которой доносились женский смех.

Ни для меня, ни для других женщин священных земель Гуадзянь вовсе не будет открытием то, что мужчины привыкли находить утешение в объятиях у девиц лёгкого поведениях. Однако…

Почему он выбрал этот рёкан? Почему выбрал именно эту комнату для утех?

Дверная ставня резко распахнулась, представляя меня всем присутствующим комнаты, и я ещё больше онемела от увиденного.

Мне ещё никогда не приходилось видеть своего дорогого друга в таком виде.

Как и ожидалось, Иори находится в женском обществе. Он сидит на полу напротив меня, расслабленно оперев руку на согнутую в коленке ногу. Чёрное кимоно на груди распахнуто достаточно, чтобы все собравшиеся гостьи видели в этой области загорелую кожу.

Его глаза, как и во сне, не блестели светлым оттенком корицы, а уже затянулись мглой. Благо не до конца. Белки ещё присутствуют в его взоре, что не могло потеряться из виду.

На маленьком столике выпивка и фрукты. Три в сине-розовых танцевали поблизости. Две девушки в золотых нарядах охаживали его по бокам. Одна держала руку с рюмкой саке* у его губ, другая чистила для него мандарин.

— Не стой в пороге, Рэна. Это неприлично. — он притворно улыбнулся, но я не поверила в его напускное веселье.