Каждое движение отдавалось болью в мышцах.

Я пыталась погрузиться в исцеляющий сон, но у меня не выходило. Ещё никогда прежде мне не было так некомфортно в собственном теле. Ни стоя, ни сидя, ни лёжа.

Ничего не помогало.

И даже знаменитые лечебные воды небесной долины.

Сколько бы я раньше не странствовала, такого прежде не бывало. Возможно, Иори прав, и он правда забрал достаточно Ки*, чтобы моё тело ощутило…

Снаружи беспрерывно завывал ветер. Не было ни единого мига, чтобы за окном настала тишина. Пора бы привыкнуть к звукам природы, но когда тебя что-то беспокоит, всё вокруг имеет значение. Раздражает каждая мелочь.

Жар под одеялом и собачий холод вне его. Пот, от которого взмокло нижнее кимоно. Пугающие сновидения во время краткой дрёмы.

Не знаю, отчего меня внезапно начали мучить кошмары. Я никогда не страдала от них. Даже когда узнала, что Иори отметили печатью дьявола…

Сейчас же сквозь тянущую ломоту в мышцах я видела странные женские образы. Длинные, как смоль, волосы, парящие по поверхности водной глади. Красные тонкие губы, шепчущие что-то непонятное.

Сущённые бутоны растений разного окраса, расплывающееся в разные стороны.

Снова шёпот.

Ехидный, каркающий смех.

Длинные, тонкие пальцы.

Завывающий древнюю песнь ветер, подгоняющий крохотные волны на белоснежной глади. Тающие снежные хлопья в белом тумане.

Шёпот.

Яркие, тонкие губы цвета спелой вишни, изогнутые в усмешке.

Свист ветра.

Деревянные ставни, стучащие барабанную дробь.

Громкое чужое дыхание.

Чёрная ткань хлопает, как крылья ворона на ветру.

Блеск серебряной стали в пасмурной серости.

Оперенья стрел.

Гнев небес, прерывающий слова незнакомки.

Они идут.

— Рэна! — шёпот всё ближе.

Песнь предсказывающих ветров.

— Рэна! — женский голос исчез, остался лишь мужской.

— Они идут…

— Рэна!

Воздух выбило из лёгких. Я ахнула и распахнула глаза.

Губы лихорадочно ловили воздух, словно до этих пор я задыхалась.

— Окику-сан, проснулась?!

Проморгалась, чтобы прийти в себя.

Перед глазами предстал Иори. Его выражение лица встревоженное, с толикой страха.

— Что?!

— Ты знаешь, где ты?!

— Я сплюю… В комнатее. — протянула я, разглядывая косяки около окна. Рядом со мной танто сияло уже не голубым, а алым.

Ветер всё продолжал свою какофонию. Да так громко, что почти собственного дыхания не слышала.

— Ты помнишь, что мы остановились в небесной долине?

Иори держал меня за плечи. Голова на ослабевшей шее вяло двигалась.

Ресницы затрепетали, вспоминая странное сновидение.

Таких загадочных снов мне в жизни не снилось.

— Дааа… Помнююю. Мне снились источники. И женщина. Страшно красивая женщина.

— Забудь, это всего лишь кошмар.

— Нет… Не похоже…

— Ты стонала и бредила, попробуй снова заснуть.

— Нет…

— Что нет?

Иори ничего не понимал. Он сидел на коленях и только мог, что поддерживать моё тело и убирать прилипшие волосы с лица.

— Думаю, она здесь… Она здесь. Женщина.

— Какая женщина, Окику-сан?

— С печатью…

Мужчина прислонился спиной к стене и обнял меня.

— Конечно, помеченный здесь. Для этого мы сюда и пришли, Окику-сан. Всё хорошо. Шш… — попытался успокоить и согреть компаньон.

Я на миг прикрыла глаза, наслаждаясь его дарами, но затем распахнула глаза, страшась, что к утру всё позабуду. В моей голове всё настолько ярко и реалистично, что невозможно игнорировать.

— Это женщина… Она многое знает… Больше, чем ты…

Иори поправил одеяло, чтобы оно доставало мне до подбородка и закрывало спину и плечи.

— Она знает, как призвать…

— Что призывать, Окику-сан?!

— Гильдию Семи ветров…

Я закрыла глаза и засопела от усталости.

Ломота будто отступила, когда появился рядом Иори.

— Что ещё за гильдия Семи ветров, Окику-сан? — он утешающе погладил меня по голове.

— Они ниндзя… Охотники…

Я устроилась поудобнее на его груди.

— На кого они охотятся?!

— На таких, как я…

.

.

__________________

(Ки — японский вариант энергии Ци или Чи, переводится как: «жизненная сила», «жизненная энергия» или просто «дух».