Я вскочила с постели, схватила своё нижнее кимоно и набросила его на плечи. Слишком неловко разговаривать на такие серьёзные темы, будучи обнажённой, перед тем, кто полностью одет. Но в то же время мне невыносимо смотреть на его спину. Прежде он редко от меня отворачивался или прятал взор. Иори всегда был рядом, ловил каждое моё слово, а сейчас он даже не даёт мне такого права.
Я подбежала к мужчине и сжала руку, чтобы удержать его подле себя как можно дольше.
Наши взгляды схлестнулись.
Его глаза сужены, однако безразличие и ледяной холод непросто пропустить.
Последние дни убедили меня только в одном. Он всегда будет оберегать меня. Как бы его новая суть не противилась…
— Я не уйду! И ты не уходи. Ты не грязь. Ты. Не такой.
— Как же… — он вновь пожелал уйти, и я ухватилась и за другую его руку.
— Ты не такой. Я знаю. Ты просто болен самой опасной болезнью в мире. А я могу излечить тебя. Позволь мне.
Иори расцепил мои руки и сжал запястья.
Он не отрывал своего взора от меня, а я от него.
Мне кажется, это не та битва, которую кто-то из нас должен выиграть.
— Я. Больше. Тебе. Не. Верю.
Я сглотнула и решительно подняла подбородок перед тем, как сказать:
— Если ты настолько нуждаешься в доказательстве моих слов… Отпусти. — мимолётно зыркнула на наши руки.
Он неспешно расцепил пальцы вокруг кистей.
Я раскрыла кимоно, которым наспех прикрыла тело, и продемонстрировала силу своих намерений.
Через миг ткань белоснежного цвета медленно скользнула с плеч.
Глаза Иори чуть расширились, но всё же его тело не отреагировало на моё предложение. Он застыл. Мне не хотелось мучиться в догадках. И приступила к действиям раньше, чем он.
Я встала на носочки, положила ладони ему на плечи и прикоснулась губами его губ.
Однако ничего не случилось…
Мы на время застыли в этой позе, не шелохнувшись. А когда я уже пожелала завершить поцелуй, он внезапно оттаял.
Мужские руки сомкнулись на спине и с силой и жадностью прижали к себе. Уста уверенно и властно завладели моими.
Под ложечкой в который раз взъерошилось плохое предчувствие.
Я не знаю наверняка, кто меня целует. Мой Иори. Или новый Иори, которым завладела дьявольская печать. Тем не менее мне хотелось верить в лучшее. Мой поцелуй мог пробудить в нём свет, тепло, веру и надежду…
Несмотря на тьму, что засела в его теле, я не ощущала себя куклой рядом с ним. Напротив, я оживала, глядя в его глаза, слушая каждый его вздох. Поцелуй вовсе заставил всю трепетать в его руках.
Знаю, мне нельзя поддаваться на его речи и обиды… Я госпожа семи печатей. И должна была одолеть его своими силами, избавить от зла… Но вновь всё повторяю. Вновь предаю своих предков. Своих наставников.
Мы целовали друг друга, как в последний раз. С большой вероятностью так и есть… Мы не могли оторваться друг от друга, словно поцелуй опьянял нас, словно обволакивал сознание.
Так и было.
Никогда в жизни я не ощущала такой страсти, как сейчас. Но Иори каким-то чудом прервал нашу связь. Он отпрянул, но всё же пальцы не оторвались, а ещё сильнее вжались в мои плечи. Будто разум ему говорил одно, а тело другое.
— Ты правда готова опуститься до такого, как я?!
Я попыталась перевести дыхание.
Глядя в его глаза, мне подумалось, что взгляд изменился. Стал теплее, но всё же в смятении и озабоченности.
Между бровей образовалась одинокая морщинка.
— Всё ради твоей души.
— А что будет с твоей?!
— Это не важно…
— Мне важно!
Он ещё не знает, если мгла подземного мира заполнит его нутро, то он не просто превратится в беса, дух высшего демона — óни, печать которого он носит, завладеет телом. Его душа исчезнет навсегда, а плоть осквернят чудовищным образом.
— Ты не должен становиться демоном мне на зло. Я сделаю всё, чтобы исправить свою ошибку, Иори. Сделаю всё, чтобы вернуть тебя из-за грани… Я докажу тебе… Любой ценой…