Герда опустилась на колени, а Курт сразу дернул её на себя и перевернул, вжав в матрас. Навис над ней с той же нестираемой ухмылкой и голодными глазами. Герда зажмурилась, но он всего лишь поцеловал её — намного жестче, чем в первый раз.

Этот парень украл её первый поцелуй — знал ли он, что многие убили бы за эту возможность? Если бы не Кай, за Герду точно бы начали устраивать дуэли. Бабушка говорила, чтобы она хранила себя для избранного. Настоящей любви.

Герда думала, что знает, что такое любовь. Это чувство она испытывала к Каю. Когда любишь и не ждешь ничего взамен. Заботишься, защищаешь и молишься каждую ночь о его благополучии.

Но она никогда испытывала к нему того же, что к Курту…

Разбойник оттянул её нижнюю губу, кусая. Герда ойкнула, а он рассмеялся ей в губы и углубил поцелуй. Герда подняла колени и вжала их бедра парня, а он сразу же подкинул их, заставив её обхватить его. Он сильнее вжимался в нее, а Герда вжималась в ответ. Она слышала его сердцебиение — гулкое и быстрое. И знала, что её сердце бьется еще сильнее.

Это тоже любовь?

Низ живота тянула сладкая истома — неизвестное Герде чувство, но такое приятное… Её тело наполнилось предвкушением, и она не желала отпускать Курта.

Он очаровал её — может, так же, как Снежная Королева заманила Кая? Одной его ухмылки достаточно, чтобы Герда потеряла покой.

Курт забрался под её шубку, прямо к груди и сжал её. Герда простонала — снова неизведанное чувство! Она вся дернулась, а Курт начал тереться об нее бедрами.

— У тебя такой сладкий голос, — шептал он. — Я хочу брать тебя каждую ночь.

— Что ты собираешься делать? — не расслышала Герда.

— Сейчас покажу, — снова усмешка и очередной поцелуй.

Герда замычала, а Курт продолжил трогать её грудь — грубо сжимал одну за другой, до боли и стонов. Герда покачала головой, пытаясь остановить его, но не понимала, действительно ли этого хочет. Это не теплые объятия по ночам в холодную стужу, это напоминает сон, в котором Герда не управляет собой.

Курт выпрямился и ножом подцепил завязки на шубе, разорвав их. Герда округлила глаза, увидев острую сталь, но не успела ничего сделать — следом Курт разорвал пуговицы на её платье, открыв белые округлости груди. Розовые соски стояли после грубых ласк и из-за холода. Курт облизнулся и убрал нож обратно за спину.

— Н-нет! — пропищала Герда, но Курт уже наклонился к ней.

Шершавый язык коснулся соска, прошелся кругом и Герда откинулась назад, жарко выдыхая. Другой рукой он сжимал второй сосок, а колено упер между ног Герды, надавливая на промежность.

— Все еще не хочешь меня? — спросил лукаво Курт, отрываясь от груди. С его губ потянулась слюна, оставленная на белой коже.

— Я… ты обещал быть нежным, — напомнила она.

— Я нежен. Ну-ка, ты уже готова?

Ловкие пальцы проскользнули под юбку, забрались под кружевные трусики. Курт улыбнулся и вернул руку к лицу — заблестела на лунном свете прозрачная, вязкая жидкость.

— Ты первый, кто трогал меня… там, — забормотала Герда.

— Знаю. И буду последним. Я тебя не отдам никому, Герда.

Договорив, Курт облизал пальцы. Покраснев до корней волос, Герда отвернулась, не в силах на него смотреть. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. А Курт разводит её ноги в стороны и оттягивает свои штаны.

Заворожено наблюдая, Герда видит, как он достает член — возбужденный и влажный от пота. Головка темная, налитая кровью. Курт проводит по длине рукой, размазывая оставшуюся смазку Герды и слабо стонет, неотрывно смотря ей в глаза.

— Только не хнычь. Помнишь?

— Ты не любишь, когда хнычут, — шепчет Герда, нервно улыбаясь и не отрывая глаз от его полового органа.

— Кричать — можно.

Очаровательная улыбка и он подхватывает её под колени, резко притягивая к себе. Его член сразу же упирается в её лобок, его щекотят короткие светлые волосы. Курт опускает его ниже и находит заветное отверстие. Герда закрывает глаза и неожиданно требует:

— Поцелуй меня!

— Сейчас?! — возмущается нетерпеливый разбойник.

— Да!

Курт зло дергает Герду на себя и почти сразу же входит в нее, но натыкается на препятствие. Герда вскрикивает, но он мгновенно затыкает её поцелуем. Истома сменяется вспышкой боли, Герда кусает Курта и он отстраняется, посмеиваясь.

— Я твой хозяин. Зверушки не приказывают хозяину, — напоминает он.

— Тогда трахай голубей, — жестко чеканит Герда, от боли у нее потемнело в глазах.

Ей сразу же становится стыдно, ведь боль уходит — она никогда не говорила столь грубых слов! Бабушка ударила бы по губам и запретила общаться со всеми юношами городка! Курта же это веселит еще больше, а по губам стекается струйка крови от укуса. Он вытирает её и выглядит еще сексуальнее, чем был. Герда чувствует, как её промежность становится еще более влажной, это чувствует и Курт.

— Грубиянка-принцесса. Мне нравится.

Он повторно входит в нее, на этот раз боли почти нет. Медленно и не спеша член заполняет Герду, будто недостающая частичка пазла мозаику. Герда сама движется навстречу, желая ощутить его полностью. Стенки влагалища обхватывают его, практически засасывая внутрь, от чего Курт возбужденно рычит.

— Д-а-а, черт возьми. Ты такая узкая!

— Ты можешь быть жестче…

— Тебе вроде не понравилось... — наклоняет голову Курт. С его лба падает капля пота прямо на оголенную грудь Герды.

— А я думала, ты тут главный.

Курт выдает протяжный стон, когда Герда сама двигает бедрами вперед, давая члену проникнуть глубже.

— Напросилась, принцесса… Ты будешь умолять меня остановиться!

Он хватает её за талию и насаживает на член с каждым толчком все сильнее и глубже. Герда запрокидывает голову и не стесняется своего голоса — она стонет громко и сладко при каждом движении, порой шипит, когда Курт хватает её за грудь. Он сжимает две округлости, оставляя синяки, наклоняется, чтобы оставить и укусы. Боль вперемешку с наслаждением заполняет тело, Герда полностью отдается в руки разбойника.

Курт в очередной раз берет её грубо, но потом сбавляет темп. Герда открывает глаза и видит, как он яростно шипит, сжимая её бока до царапин. Её заполняет что-то теплое, но при этом член выходит из нее, оставляя пустоту. С него тянется жидкость, будто белая ниточка и Герда ощущает еще больше влаги между ног.

— Черт.… А я хотел развлекаться с тобой всю ночь, — ругается Курт, продолжая часто дышать и жадно смотреть на грудь Герды.

— Это все? — хлопает она глазами.

— Вот сучка, — скалится Курт. — Иди сюда!

Он хватает её за волосы, тянет к себе. Герда недовольно шипит, но Курт сильнее и у него в руке появляется нож.

— Зачем ты угрожаешь мне? — спрашивает она. — Я не хочу бояться тебя.

— Я не хочу, чтобы ты меня боялась. Я хочу, чтобы ты слушалась!

— Я слушаюсь, — Герда игриво опустила голову, смотря исподлобья. — Убери нож, пожалуйста.

Курт мучается с решением несколько секунд, прежде чем, смачно выругавшись, бросить нож в сторону. Лицо Герды прямо у его ног, а бедра оттопырены вверх. Юбка задралась, и Курт облизнулся при виде округлости её ягодиц.

— Оближи мой член, — приказал он. — И потом я сделаю тебе приятно.

Герда недоверчиво глянула на него, а Курт запустил пятерню в её мягкие, светлые волосы. Практически заурчал от удовольствия, но сжал их, намекая не мешкать.

Герда высунула язык и наклонилась ниже. Член все еще стоял, но выглядел меньше. Но когда она коснулась головки, неожиданно выпрямился и толкнулся ей в рот. Сверху раздался утробный рык, Курт сильнее сжал волосы, и Герда обхватила его член кольцом губ. Соленый вкус вперемешку с чем-то кислым заполнил рот, но Герда боялась случайно укусить его — она не понимала, что делать.

Курт чуть отпустил волосы, но надавил на голову. Герда заглотила член почти во всю длину и еле сдержалась, чтобы не закашляться.

— А я точно у тебя первый?! — со стоном выдохнул Курт.

Головка касалась горла и, опасаясь конфуза, Герда приподнялась. Она быстро смекнула, что к чему и начала совершать поступательные движения, посасывая член, как замороженный сладкий лед жарким днем. Курт с каждым разом стонал все громче, называл её то по имени, то принцессой, то сукой, а Герда хотела довести его до пика. Она чувствовала пульсацию на члене, как он внезапно стал тверже, поэтому не испугалась, когда рот наполнился спермой.

— Вау.… Только попробуй бросить меня — я убью тебя… — прошептал пораженно Курт.

— Не убьешь — я тебе нравлюсь, — довольно приподнялась Герда, вытирая губы.

Курт впился в нее поцелуем раньше, чем она убрала руку. Смачно чмокнул, а потом отпустил с безумной улыбкой.

— Теперь моя очередь. Ложись ко мне на колени, Герда…

— Зачем…?

— Ты заслужила порку — за наглость, — подмигнул.

Жар вновь распалился внизу живота. Герда послушно легла животом на колени Курта — её попка оказалась прямо перед ним. Он сразу же шлепнул её — звонко и хлестко.

— Чудо, как хороша. Я отобью тебе зад, понятно? Но сначала…

Его рука пробралась ниже и Герда сильнее оттопырила бедра. Два пальца Курта проникли в еще влажную промежность, и он нащупал что-то такое, отчего Герда испуганно выдохнула и поджала пальцы на ногах.

— О-о-ох!

— Да, детка, тебе понравится.

Пальцы Курта трахали её с оттяжкой, каждый раз надавливая на неизвестную точку, отчего Герда не сдерживала стонов. Это было другое чувство — голова закружилась, ноги начали дрожать, и она все боялась, что Курт остановится. Быстрее, быстрее, хотелось ей кричать, но она не находила слов.

Курт продолжал и чувствовал её возбуждение. Поцеловал в макушку и усилил темп настолько, что Герда резко выпрямилась, ощутив прилив блаженства, что накрыл с головой. Курт остановился, Герда не двигалась еще несколько секунд, пока пульсация ниже живота не затихла, а в груди не стало тепло и легко.

Она расслабилась и упала в его руки. Курт обнял её и прижал к себе.

— Моя, — сказал он.

Герда закрыла глаза, соглашаясь.