В караулке меня заставили сдать меч и баклер — я опять вооружился «по-городскому» — и отвели в какую-то комнату, где сидело ещё три человека. Судя по суровым рожам, тоже командиры охотничьих отрядов. А судя по недовольству на рожах — сидели командиры здесь давно.

Мужчины взглянули на меня мельком и отвернулись: я слишком молодо выглядел, чтобы серьёзные дядьки вели беседу с таким, как я. Да ещё и вонял. Но и презрительных взглядов я не заметил: раз командир отряда, значит что-то из себя представляю.

Примерно через полчаса принесли еду, вполне сносную кашу, даже с мясом. И какой-то компот.

— Ну наконец-то! — с радостью воскликнул сидевший возле окна командир. — Я тут с обеда!

Ожидание продлилось ещё час, я даже успел немного вздремнуть, прежде чем зашли Ирвин и отец Амброзий. Лейтенант пропустил вперед церковника, сам остался возле двери, внимательно наблюдая за нами.

— Как вы уже, наверное, знаете, — начал Амброзий, — пропал визитарий Конрад. Мы организовываем его поиски и просим у вас помощи.

Командиры почти синхронно повернули головы в сторону Ирвина.

— Его милость в курсе и согласился помочь, — прояснил ситуацию лейтенант.

Охотники покивали головами, но вяло. Отказывать никто пока не стал, но записываться в рейд желающих не было.

— Конечно же, помощи мы у вас просим не бесплатно, — видя полное отсутствие энтузиазма, поспешил заверить церковник. — Платим 2 лорена каждому человеку, плюс одну десятую от стоимости всех найденных церковных артефактов и снаряжения. Дополнительно 10 лоренов за каждого живого церковного стража и 20 лоренов за живого визитария.

Командиры переглянулись, я увидел в их глазах простую арифметику: живой церковник, очевидно, дешевле, чем 10 % от стоимости его артефактов. Значит, живых никто не найдёт. Впрочем, в то, что хоть кто-то выжил, не верил и сам отец Амброзий. Иначе бы предложение сформулировал иначе. Эта операция церковникам, очевидно, нужна по двум причинам. Во-первых, написать отчёт о потерях. Во-вторых, спасти церковное добро. Барон же согласился помочь для того, чтобы чётко знать, сколько церковников погибло, и лишний раз указать епископу, что он готов помочь его преосвященству. И что не стоит шастать по его земле без баронской охраны. А то всякое случается.

В целом условия были неплохие, а также позволяли показать свою лояльность барону, поэтому все согласились. И я тоже. Правда, из своего отряда вписал только себя, сославшись на то, что люди устали и ранены после неудачной охоты.

— Выступаем завтра на рассвете. На поиски выделяется один день, — закончил отец Амброзий и вышел.

Ирвин уходить не торопился и нас не отпускал. Лейтенант выждал несколько минут, потом добавил уже от себя:

— Составите подробный отчет о том, что найдете и увидите. Сдадите его мне.

Окинув взглядом присутствующих и убедившись, что все поняли его приказ, Ирвин тоже удалился.

Я покинул замок ближе к полуночи и когда вернулся в дом ночной гильдии, уже все спали. Кроме Жана, который дожидался меня на первом этаже.

— За аренду платить нужно, — сонно пробормотал он.

Я положил на стол 5 лоренов — вряд ли мы задержимся в городе дольше — и тоже пошёл на боковую.

* * *

Поисковая операция началась с утра и не представляла из себя ничего интересного. На другой берег переправилось суммарно около тридцати человек, десять из которых были церковниками из охраны мыльного каравана, остальные — охотниками.

Я не лез вперёд и скорее изображал деятельность, чем действительно что-то искал. Но даже так «Наблюдательность (F)(5/5)» позволила мне найти амулет ментальной связи, правда, пробитый клыком монстра и оттого не рабочий. Сдал его церковникам, но они сразу предупредили, что раз артефакт неисправен, то и никакой платы за него не будет. Я только пожал плечами. Если бы мне платили за чужую жадность, я бы уже давно купил себе собственный замок.

К вечеру стало ясно, что природа замела следы лучше любого убийцы. Да и церковного добра собрали достаточно, чтобы состряпать убедительный отчёт: здесь нашли, там нашли, живых не обнаружили, поиски проведены. Все довольны. Кроме мёртвых, конечно.

Вернулись мы с последними лучами солнца, голодные и уставшие, но большинство охотников осталось довольно: их находки потянули на крупную сумму. Сами же епископские приуныли. Их товарищи погибли, и теперь придётся сопровождать мыльный караван одним десятком.

Я забрал свою плату и отправился к Ирвину с отчетом. Как оказалось, я не один такой умный: кто-то из командиров успел раньше меня, так что пришлось подождать, пока Ирвин освободится, и только после этого солдат проводил меня к лейтенанту.

— Садись, Эллади. Давно не виделись, — махнув на табурет, сказал инквизитор. — Чего не заходил раньше? Совсем забыл старика.

В ответ я улыбнулся. Искренности в моей улыбке было ровно столько же, сколько и в дружеском тоне инквизитора: строго меньше нуля.

— Да вот как-то причины не было, — отмахнулся я.

Ирвин мгновенно сделал стойку.

— А теперь появилась?

Я выложил на стол отчет о поисковых работах, но лейтенант лишь мазнул по нему взглядом и снова вопросительно посмотрел на меня. Я медленно, явно испытывая терпение инквизитора, выложил на бумагу пустой флакон красного стекла с черной пробкой. Тот самый, который был у егеря и из которого я выпил «Кровь Героя (Е)».

— Где нашел? — резко спросил Ирвин.

— Там же, где и сломанный «Амулет ментальной связи (F)». Недалеко от трупа церковника.

Инквизитор взял в руки флакон и на несколько секунд замер — явно общался с Системой. И, похоже, она выдавала ему больше сведений, чем мне. Вернее, Система ему что-то выдавала, потому что у меня на пустой флакон она не реагировала.

— Находка интересная, но бесполезная. У визитария есть официальное разрешение Ордена на эти зелья, — снова сфокусировав взгляд на мне, сказал Ирвин. — Но раз ты вспомнил о старике и принес эту пустышку мне, а не сдал церковникам, я за это заплачу.

Ирвин положил на стол 1 лорен. Выглядело как издевка. Деньги я брать не стал, вместо этого задал вопрос:

— А мне можно получить официальное разрешение Ордена на инквизиторские зелья?

Сами зелья я пить не собирался. А вот разрешение можно было применить не совсем по назначению. Например, «случайно» предъявив его вместе с грамотой отряда охотников. И тогда сразу станет понятно, что я не какой-то там Эллади, а Эллади-который-работает-с-Инквизицией. И вот со вторым Эллади лучше обходиться вежливо. Потому что хер его знает, насколько тесно этот Эллади сотрудничает с Орденом и насколько сильно верят его доносам.

— Нет, для тебя это не доступно. Но если примешь мое прошлое предложение и станешь полезен для Ордена, думаю, это можно устроить, — с хитрой улыбкой ответил Ирвин.

— Что ж, господин лейтенант, отчет я вам сдал, для Ордена я бесполезен, пойду готовиться к охоте на монстров, — сказал я, вставая. Серебряный лорен так и остался сиротливо лежать на столе.

— Принеси мне что-то полезное и я подумаю насчет зелий. Или может даже каких-то артефактов, — сухо произнёс Ирвин, словно делал мне одолжение.

— Каких артефактов? «Амулеты ментальной связи (F)», например? — сразу же спросил я.

— Могу и их организовать. Только для своей работы они требуют «Кольца Сопряжения». И дальность действия сильно зависит от местности, погоды и ранга кольца, — ответил Ирвин, задумавшись буквально на мгновение. — Могу и бумагу на неограниченную покупку зелий исцеления организовать. Но только если ты принесешь что-то действительно полезное.

— Я вас понял, господин лейтенант, — кивнул я и вышел.

Но дойти до караулки не успел. Во дворе стоял Арно и разговаривал с первым лейтенантом Бертраном.

— … с этим нужно что-то делать, — донёсся до меня голос ловчего, и я ускорил шаг, стремясь покинуть двор замка как можно скорее.

Но не судьба. Арно меня окликнул:

— Эллади, не торопись. Поговорить надо, — и повернувшись к Бертрану, добавил: — В общем, жду от тебя завтра план.

— Вас понял, господин Арно, — чётко отрапортовал лейтенант и направился в сторону казарм.

Я подошел к ловчему. Дядя барона некоторое время молчал, смотря в удаляющуюся спину Бертрана.

— Как дела у Ирвина? — невзначай спросил Арно.

— Отдал ему флакон от инквизиторской запрещенки, который нашел среди вещей людей визитария. Мне заплатили целый лорен, — сплюнул я.

Злость изображать практически не пришлось. Но недоволен я был не оплатой, а тем фактом, что натравить Орден на епископских не удалось. Складывалось такое ощущение, что Конрад даже из могилы ломает мои планы.

— Слышал, досталось вам на последней «охоте», — участливо произнес Арно. — На ремонт и лечение придётся сильно потратиться.

— Это так, господин Арно, — куда клонит ловчий, я догадывался, и мне это совсем не нравилось.

— Подзаработать не хочешь? Есть одно дело, — ну вот, как я и думал, Арно опять хочет меня втравить в какую-то жесть.

— Я и мои люди после последней «охоты» ещё не отошли. Да и с такими «монстрами» нам сейчас связываться нельзя, сами понимаете, — с притворным сожалением ответил я.

— Это задача от самого барона. Только для зарегистрированных отрядов охотников с грамотой, — Арно говорил спокойно, но в его глазах мелькнуло недовольство моей попыткой отказаться.

— И я настоятельно рекомендую тебе на неё согласиться, — с нажимом добавил ловчий. — Это дело даст тебе всем понятный повод покинуть Конфлюан.

Губы Арно растянулись в улыбке, полной превосходства, и я понял, у кого Жан перенял эту улыбку.

— А то ведь церковники всё никак не успокоятся. Может и найдут что-то, — с намёком закончил дядя барона.

Вот значит как. Очень хотелось врезать Арно. Но я прикрыл глаза и сосчитал до десяти. Не стал напоминать Арно, что если возьмут меня, то я молчать не стану. Намекнул бы, и тогда я бы не дошел до дома ночной гильдии: списали бы меня раньше. Мне нужно добраться до Падшего Храма, снять Метку. И после можно всех их с чистой совестью сдать Инквизиции. Или церковникам. Попробовав получить эту самую Полную Церковную Амнистию на весь отряд на устраивающих нас условиях.

— Так вышло, господин Арно, что прошлая «охота» принесла одни убытки. Боюсь, пока мой отряд не поправит своё финансовое положение, пользы от нас будет мало, — я решил провернуть свой любимый трюк: вместо прямого отказа задрать цену до небес. Но не вышло.

Арно не стал спорить, достал и кинул мне золотой соляр.

— Мне понравилось, как вы сработали в прошлый раз. Считай это моей благодарностью, — уже спокойнее произнёс дядя барона.

Золотой лежал в моей ладони и блестел в свете факелов, освещающих замковый двор. Я смотрел на него несколько секунд. Слишком большая сумма для обычной благодарности. Впрочем, это ей и не было. Арно заранее решил, сколько будет стоить моё согласие, чем нужно угрожать, на что давить и сколько заплатить. И, что хуже всего, рассчитал всё верно.

Я положил соляр в кошель и с тяжёлым вздохом поднял взгляд на Арно.

— Что за дело?

Арно улыбнулся чуть шире. Теперь я снова стал для него понятным: обычным наёмником, жадным до золота, а не каким-то мутным типом, пытающимся спрыгнуть и не подчиниться ему — боссу местной мафии.

— Через два дня мыльный караван выходит в сторону Храма. Идти будет через Рошериль. Вам необходимо следовать за караваном, — начал прояснять задачу ловчий. — Не охранять караван, именно следовать за ним. Если нападут, то проследить за нападавшими, найти где их лагерь.

Гарон, сидевший возле своего хозяина, внезапно вскинул голову и покрутил ей, осматривая окрестности. Пока волкодав работал детектором людей, Арно молчал. И только убедившись, что никого рядом нет, продолжил, понизив голос:

— В бой с напавшими на караван не ввязываться ни при каких условиях. Если все церковники опять погибнут, за это будет премия. Как найдёте лагерь, действуйте по обстоятельствам. Сможете сами всех вырезать — вырезайте, но обязательно возьмите пленного. Мне нужно знать, кто за всем этим стоит.

Вот и настоящая задача. Не караван. Не месть. Не забота о безопасности дорог. Имя. Арно хотел знать, кто достаточно смел или достаточно глуп, чтобы бить церковников на баронской земле. И если ради этого придётся ещё раз пустить епископских под нож, ловчий даже глазом не моргнёт.

— По оплате, — уже на нормальной громкости сказал Арно. — Лорен на человека за каждый день слежки плюс премии по результату, если он будет. С вами пойдет Жан, вы вроде неплохо сработались.

Я едва заметно поморщился. Жан. Конечно. Вместе с заданием Арно приставлял ко мне свои глаза, уши и, при необходимости, нож. А что кинжалом Жан пользуется минимум на третий уровень навыка, я уже успел убедиться.

— Как скажете, господин Арно, — ответил я.

Дядя барона и его волкодав ушли не прощаясь, а я, не задерживаясь, направился в дом ночной гильдии. В воздухе висела прохладная ночная сырость, Око Владыки освещало город. Задание Арно вряд ли будет простым, но я мог использовать его к своей выгоде. Причем не только финансовой: раз караван шёл в сторону храма настоятеля Этьена, то я мог, не вызывая вопросов, на обратном пути отправиться на поиски Падшего Храма.

Я толкнул скрипнувшую дверь и вошел внутрь дома. В общей комнате за столом сидели все трое: Селена с кружкой в руках, Лис с перевязанной рукой, и Жан с новым арбалетом. Судя по довольному лицу, Арно оплатой за дело визитария своего помощника не обидел.

— Долго ты, — с беспокойством сказала Селена.

— Сдал отчет, а потом встретил Арно, вот и задержался, — ответил я, садясь за стол и пересказывая разговор с ловчим.

— Значит через два дня выдвигаемся? — спросил Лис.

— Выдвигаемся. Но не все. Как вы себя чувствуете? — спросил я, обращаясь к Лису и Селене.

— Неплохо. Через два дня буду готов к новому заданию. Зелье исцеления работает хорошо, — сразу же выдал Лис.

Ясно, отпускать меня одного охотник не хочет. Я посмотрел на Селену.

— Думаю, Лис может пойти, — подтвердила наш врач. — Со мной тоже все будет в порядке, к выходу буду готова.

И Селена туда же. Вот только брать её с собой я не хотел. Мне хватило и одного раза, когда в неё попал болт. До того как-то везло: девушку не задевало, но везение может закончиться в любой момент. И не раной, которую зелье исцелит так, что даже шрама не останется. А смертью.

И что хуже всего, чувства к Селене влияют на мои решения. И это могло привести к гибели всего отряда. Я уже хотел сказать: «Ты остаёшься». Приказать, не слушая возражений. Но слова застряли. Потому что я внезапно понял: это будет не приказ командира. А продиктованное страхом желание человека, который злоупотребляет своим положением. Но и оставить всё, как есть я не мог. Не после того, что произошло в логове Пятирога. Не после того, как понял, что люблю её.

— Думаю, тебе придётся остаться в этот раз в городе, — максимально обтекаемо ответил я.

— Почему? — с удивлением спросила Селена.

— Позже поговорим, хорошо? — я старался говорить спокойно, но голос всё же немного дрогнул.

Селена это заметила. И не только она. Жан медленно перевёл взгляд с меня на Селену, потом обратно на арбалет. Лис закрыл глаза с видом человека, который не желает участвовать в выяснении отношений.

— Потом, значит, потом, — сказала Селена.

Голос её прозвучал ровно. Я посчитал это очень плохим признаком. И поспешил перевести разговор на рутину подготовки.

— Лис, завтра нужно отнести наше снаряжение в ремонт и пополнить припасы, — я протянул охотнику 6 лоренов. — Пластины в броне пусть заменят, а не ремонтируют — новые будут прочнее.

— Тогда я старые сдам, как часть оплаты? — уточнил Лис.

Я кивнул охотнику и повернулся к Жану.

— Ты теперь снова в моём полном распоряжении. Завтра с утра ты мне нужен здесь.

— Как прикажете, «сир» Эллади, — с усмешкой ответил Жан.

Я окинул взглядом помещение, чуть наклонился вперед и тихо добавил:

— Когда выполним задание Арно, Жан возвращается в Конфлюан. Возможно, с пленником. А я с Лисом иду в тот самый храм.

Тишина продлилась недолго.

— Меня всё устраивает. Арно мне платит только за мыльный караван, — ухмыльнувшись, произнёс Жан.

Лис посмотрел на меня спокойно, без удивления. Похоже, он понял куда дует ветер ещё когда я приказал брать визитария живьем.

А вот Селена… Она медленно поставила кружку на стол. Пальцы, сжимавшие ручку, чуть побелели. Девушка смотрела мне прямо в глаза без привычного тепла. Она промолчала и, сославшись на усталость, ушла наверх.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — засобирался Жан. И, перехватив мой вопросительный взгляд, пояснил. — Я человек простой. Мне Арно сказал идти — я иду. А в семейные скандалы аристократов, бывших аристократов и людей, которые делают вид, что они не аристократы, я не вмешиваюсь.

Лис проводил помощника Арно хитрой улыбкой и, когда за ним закрылась дверь, охотник тоже поднялся.

— И я на боковую. Ты тут не засиживайся Поговорить с Селеной тебе всё равно придётся, — положив руку мне на плечо, порекомендовал Лис. — И если тебе интересно моё мнение, то я предпочел бы видеть Селену с нами.

Охотник оставил меня одного. Я ещё какое-то время оттягивал неизбежное: помылся, разложил вещи, проверил подсумки, даже разогрел себе ужин. Параллельно придумывал аргументы, чтобы убедить Селену остаться в городе. Аргументы подбирались хорошие. Жаль только, что я сам в них не верил.

Ближе к полуночи я понял, что тянуть дальше нельзя и пошёл наверх. К Селене.