Несколько Вечностей назад

До нашей с Дианой смерти оставалось шесть минут.

Я, конечно, об этом ещё не знал. Был занят важным делом, ковырялся в черной расщелине между мирами, сунув туда руки по локоть.

Мои уши раздраженно дернулись. Судя по звукам за спиной сестра явно жевала что-то, что жевать категорически не следовало.

— Выплюнь, — приказал я, не оборачиваясь.

Чавканье за моей спиной стало громче.

— Но оно сладенькое! — промычала Диана с набитым ртом. — На вкус как клубничная жвачка. Только покалывает.

— Выплюнь. Немедленно.

— М-м-м…

— Диана.

Влажный звук «тьфу!». Сгусток сырой энергии шлёпнулся в лужу чёрной крови у моих ног. Он зашипел и прожёг в земле идеально круглую дыру. Оттуда пахнуло пустотой.

— Жмот, — обиженно сказала сестра. — Самые вкусные куски себе забираешь!

— Ты ж на диете.

— И что? Папенька сказал, что я уже могу в любой момент с нее слезть! Почему бы не сегодня?

Я не ответил. Хоть мы и близнецы, но при этом разные, как День и Ночь.

Я ювелирно вскрывал аномалию Призрачными Когтями. Работенка не для новичка! Одно неверное движение, и Ядро внутри рванет так, что уши улетят на луну…

Вокруг нас, насколько хватало глаз, лежали мёртвые демоны. Некоторые ещё дымились. Из туши ближайшего Архидемона лениво прорастали чёрные розы.

Фирменный почерк Дианы. Она убивала красиво, но совершенно неэкономно.

Сама Диана сидела на мертвом демоне, закинув ногу на ногу. Её пушистый белый хвост лениво сметал пепел с мертвой туши. Её дизайнерское белое платье было залито кровью.

И она этим платьем явно дорожила больше, чем исходом нашей миссии.

— Я говорил тебе оставаться дома, — напомнил я. — Отец будет в ярости, если узнает, что мы…

— Ты меня за дуру держишь? Так и скажи, что хочешь захапать себе все вкусности! — она фыркнула. — Не поделишься, я расскажу папеньке, как его идеальный сын нарушил приказ. И полез в незарегистрированный Нулевой Разлом. — Она мило улыбнулась, показав белоснежные клычки. Её уши стояли торчком. — Так что мы квиты, братик.

Вот же обнаглевшая шантажистка. С другой стороны её магия зачистила мелочь на подступах, сохранив мне силы для главного. Так что плевать. Пока сестрица полезна, пусть вредничает.

Мои пальцы нащупали нечто гладкое. Затаив дыхание, я медленно потянул на себя и в конце концов извлек Ядро — черный, пульсирующий шар, покрытый светящимися рунами.

Такие штуки меняют тех, кто их переварит. И Отец по какой-то причине запрещал нам их трогать. И тем более поглощать. Никаких внятных объяснений, нельзя и всё.

Единственное, что он однажды сказал: «Вы ещё не готовы узнать, что внутри». Мне было семь. Я запомнил.

Я готовился к этому дню много лет. И сегодня я узнаю правду.

Голод проснулся мгновенно. Глаза залило чернотой, рот наполнился слюной. Каждая клетка моего тела потянулась к Ядру, как голодный зверь к мясу.

— Ярик, — Диана склонила голову, разглядывая Ядро с тем же жадным выражением, с каким разглядывала витрины ювелирных. — А мне кусочек? Пахнет вкусненько…

— Сперва я.

— Жадина.

Но настаивать она не стала.

Я поднёс Ядро, ощущая ровную и мощную пульсацию под пальцами. Отцовская руна переливалась багрянцем на поверхности. Всё выглядело идеально.

Я отщипнул Когтями кусочек оболочки и положил на язык. Первая нота отдавала легким привкусом муравьиной кислоты. Чисто и правильно. Затем терпкий запах кислоты сменился жаром раскаленного металла. Тоже верно. Так всегда пахла магия Отца. И такой же была на вкус, с младенчества помню.

И тут я ощутил привкус горького миндаля. И чего-то очень сухого… пепел?

Я застыл. Какой ещё миндаль и пепел?

— Диана. То, что ты выплюнула. Какое было послевкусие?

— Фу, не напоминай. Как битое стекло с дешёвой клубникой. Я чуть язык не порезала. А что?

Битое стекло… Магия нашего Отца никогда, ни разу за всю мою жизнь, не давала привкуса ни стекла, ни миндаля, ни пепла. Слишком много странностей.

— Руна скопирована идеально, — сказал я. — Но вкус не подделаешь.

— Что? — Диана перестала болтать ногой. — В смысле «скопирована»?

Ядро в моих руках почернело. Оболочка лопнула с коротким, мокрым хрустом, как раздавленное яйцо. И пространство вокруг нас содрогнулось.

Свет, звук… всё начало с чудовищной силой втягиваться внутрь Ядра. Мёртвые туши демонов поползли по земле к эпицентру, распадаясь на ходу. Чёрные розы Дианы сморщились и осыпались пеплом.

— Ловушка, — я отбросил фальшивку. — Нас хотят переварить.

Кто-то создал желудок для тех, кто привык пожирать всё сам.

— Переварить? — Диана широко распахнула глаза.

Я оценил радиус и скорость коллапса… нет, не убежать. И даже щитом не закрыться, любой щит порвёт, как бумагу. Чтобы пережить горизонт событий, нужна была огромная масса. И просто невероятная плотность.

У меня было полторы секунды.

Я схватил Диану за плечи и рванул к себе.

— Ярик, что ты…

Я вонзил клыки ей в ключицу. Моя раскаленная мана хлынула в её кровоток.

Диана взвыла раненой волчицей, из её ладоней вырвались чёрные шипастые лозы. Я почувствовал, как они вошли под мои рёбра, обвили позвоночник…

Когда они проросли сквозь легкие, боль стала невыносимой. Но я лишь стиснул зубы сильнее, из горла вырвался рык.

Скоро наши тела и души станут одним целым. Мы превратимся в такую срань, на которую без страха не взглянуть. Но это был наш единственный шанс выжить.

Какого черта, на вечер у меня были совсем другие планы.

Перед моими глазами клубился кровавый туман. В ушах раздавался слабый, но упрямый стук двух сердец.

Дыра жадно втянула в себя нас и, словно переработанный мусор, выплюнула… куда-то в кромешную темень. Я понятия не имел, что это за место. Чувствовал кожей что-то очень странное, одновременно адский холод и лютый мороз.

А, стоп. Да это же…

Мультивселенная

Пустота между мирами пахла. Бред, ага? Вот и я тоже не верил, пока лично не унюхал.

Наша общая тушка плыла сквозь сверкающее нечто. И это нечто пронизывали тысячи причудливых ароматов.

Мимо пронеслись мерцающие огни. Я ощутил запах затхлой воды и машинного масла.

Ясно, мир без капли маны. М-м-м, мусор. Мы такое не едим.

Следом в ноздри ударил густой, приторный запах разложения и серы. Демонический план? Сытно, но от такого будет тяжесть в желудке.

Опа, кислый, металлический привкус слева. Мир, полный неорганической маны. Ну такое я жрать не буду даже под угрозой смерти.

Снизу прилетел запах сладковатой гнили. Мёртвая вселенная, подозреваю, что давно остывшая. Для кормления пойдет только падальщикам.

Резкий укол сверху, отдающий йодом… А вот это опасно, там что-то невероятно огромное и голодное. Прямо как наш Папаня, когда они с дядьками Карнаксом и Ноктусом опять напьются амброзии.

Я фильтровал запахи под ритм дыхания. Душа хищника делала это сама, чисто на инстинктах отсеивала несъедобное.

— Ярик.

Слабый голос Дианы прозвучал откуда-то изнутри меня. Наши нервные системы всё ещё были сплетены. Её мысли царапали мой разум, как шипы лоз.

— Ярик, мне холодно, — голос сестры дрожал. — И я хочу кушать. Найди нам что-нибудь премиальное.

Я мысленно вздохнул. Мы летели сквозь Ничто, а моя сестра вела себя так, будто мы заблудились в торговом центре. И никак не можем найти, где пожрать.

Да-да, это моя младшая сестренка.

— Ищу, — мысленно отозвался я. — Но тебе лучше снизить аппетиты. Нам нужны правильные сосуды. А не мишленовский ресторан.

— Грубиян. Если я очнусь в теле жабы, я тебя проглочу первым, — фыркнула она. Но капризничать перестала.

Я вновь сосредоточился, втягивая запахи всех этих гребанных миров. Течение вокруг нас ускорялось. Куда оно нас вынесет, одному черту было известно.

Так, и что тут у нас, жареный песок и скисшее молоко? Давай, до свидания. Металлическая стружка? Отправляйся туда же.

— Ярик, ты чуешь? Чем пахнет?

О чем она? Я чуял только беспросветную жопу.

Но сквозь весь этот хаос запахов пробилась одна нота. Хм, очень слабый, но подозрительно знакомый запах.

Да это ж мы, однозначно! Только наша более слабая и тусклая версия. Как если бы кто-то взял нашу кровь и разбавил водой в сотню раз.

— Болью пахнет, — прошептала Диана. — Пахнет мной. Но такой мной, которую бьют.

Она была права. В этом запахе я чуял отчаяние и страх. Но, черт возьми, под всем этим бурлила злость!

Кто-то с нашей кровью умирал, прямо сейчас. В мире, до которого можно было дотянуться.

— Фу! — скривилась Диана. — Ярик, от них пахнет страхом и дешевым полиэстером! Ты издеваешься? Я не полечу в эту помойку!

— Думаешь, будет шанс лучше? — холодно отрезал я. Новый мир уже начал затягивать наши души. — Сосуды почти пусты, а страх делает мясо мягче. Мы падаем туда. Готовься, сеструха.

— Я не хочу-у-у-у-у-!!!

Лимб

Мы провалились в Лимб, пограничное пространство между Миром Живых и Миром Мертвых. Наши с Дианой души наконец отлепились друг от друга.

Передо мной на коленях стояла полупрозрачная тень. Судя по запаху, это местный Ярослав. Его изодранные волчьи уши были болезненно прижаты к голове. Он рассыпался на куски, не в силах даже поднять голову.

Я навис над ним двухметровым сгустком силы и голода.

Рядом со мной стояла душа сестры, сотканная из фиолетового неона и золотых искр. А у её ног, сжавшись в комочек, дрожала тусклая и серая тень. Тонкий облезлый хвостик был в ужасе поджат между ног. Призрачная кровь текла из сломанного носа, заливая убогую куртку из синтетики.

Местная Диана выглядела как побитая дворняжка, ожидающая очередного пинка.

Мой двойник вскинул голову. В его глазах плескался животный ужас.

Он решил, что я демон, пришедший за его душой?

— К-кто ты? — прохрипел он, сплевывая призрачную кровь.

Я проигнорировал его вопрос и просто сделал шаг вперед. Положил ему руку на плечо, и в моей голове вспыхнули чужие воспоминания.

Грязный переулок. Дождь. Чёрные силуэты без лиц, но с широкими ухмылками. И этот парень. Стоит на коленях, в луже собственной крови. Руки раскинул, прикрывая сестру. Та за его спиной лежит неподвижно.

«Бейте меня! Я отдам всё! Только отпустите Диану! Пожалуйста!»

Голос срывался, руки тряслись. Он знал, что его убьют. И всё равно не сдвинулся ни на сантиметр.

Я смотрел на это и чувствовал… раздражение. Он слаб. Жалок. Пытался договариваться с хищниками, не имея клыков.

Но он не отступил.

Эта мысль царапнула меня неожиданно. И засела как заноза.

Полминуты назад я вонзил клыки в сестру и принял её шипы в свои лёгкие, чтобы мы выжили. Этот парень подставился под удары, чтобы выжила его сестра.

Он сделал тоже самое, что и я. Разница в масштабе. Но суть та же. Его тело слабо, но дух…

Я отбросил эту мысль. Не время.

— Дай угадаю, — произнёс я, разглядывая его. — Ты пытался договариваться с хищниками, не отрастив клыков?

Двойник сжал призрачные кулаки.

— Плевать, — прошептал он. — Я слабак. Но если ты демон… забери всё. Забери тело, душу. Только сделай так, чтобы они захлебнулись кровью. Спаси мою стаю. Тех, кто ещё жив.

Он смотрел мне прямо в глаза. Без мольбы. Как зверь, который знает, что умрёт, но выторговывает последнее условие.

Может, не такой уж и идиот.

— Я не демон, — сказал я. — Я — новый Альфа твоей стаи. Забираю твои долги, твоё имя и твоё тело. Стаю выращу заново, врагов… пожру. Контракт?

Справа раздался тяжелый, страдальческий вздох Дианы:

— О боже, Яр, умоляю. Какой «Альфа»? Какая «стая»? Мы сейчас две бездомные души, которым даже вселиться некуда. Перестань уже цитировать пацанские паблики! Просто скажи парню, что мы отомстим, и погнали уже отсюда!

Я недовольно дернул призрачным ухом. Сестра вечно портит мне драматичные моменты.

Тем временем душа Дианы, сотканная из фиолетового неона и хищного золота, с ужасом разглядывала свою избитую местную копию.

— Боже… они сломали тебе нос⁈ Нам сломали нос⁈ Кто посмел⁈ — простонала моя сестра. — Но что хуже всего… какой злодей заставил тебя носить этот отвратительный полиэстер⁈

Местная Диана, всхлипывая, обняла себя за плечи:

— Они… Они смеялись…

Глаза Дианы сузились. А дальше произошло невероятное. Моя сестра, горделивая чистюля по жизни, плавно опустилась на колени прямо в серую пыль Лимба! Она обняла дрожащую копию и нежно, по-сестрински, погладила её по растрепанным волосам.

Её голос неожиданно смягчился:

— Тш-ш-ш… Не плачь, цветочек. Обещаю, эти плебеи больше никогда не будут смеяться. Удобрения не смеются…

Местный Ярослав медленно, с огромным облегчением кивнул мне. Его изломанная душа начала распадаться на сверкающие искры, похожие на пепел. Местная Диана, уткнувшись в плечо моей сестры, тоже закрыла глаза и начала таять.

Контракт был скреплен их добровольным согласием.

Я не стал тратить время на сентиментальные прощания. Я просто открыл фантомную Пасть и вдохнул осыпающуюся душу двойника. Чужая память, рефлексы, обиды и боль ударили по моему сознанию.

Диана сделала то же самое. Её призрачная Пасть изящно слизала светящуюся пыль своей копии, плотоядно облизнувшись.

Мы с Дианой переглянулись и синхронно кивнули. А в следующую секунду мой разум померк… чтобы через мгновение вспыхнуть уже в реальном мире. В слабом, изломанном, человеческом теле, умирающем в переулке под дождем…