— Вот и оставь тебя одного без надзора! — так оценил Петр Иванович подробный рассказ Алекса о всех передрягах в Датском королевстве под включенную глушилку и тортик с ягодами. (Не сказано было лишь про реквизицию 190 тысяч «зелени».) — Что, вот так просто перелез через забор и лично повязал клиента?

— Али я не Джеймс Бонд владимирского разлива! — беспечно отвечал Копылов, чрезвычайно довольный, что сгрузил еще одного противного карлика со своих плеч на бывшего опекуна. — А когда именно ты узнал, что с тебя все как будто снято?

— Зачем тебе?

— Ну когда?

— Сегодня и узнал, когда охрана убыла. Завтра пойду свою отставку оформлять.

Алекс про себя прикинул — может, действительно его ультиматум помог.

— Ну а как тебе нравится вариант меня на полтора лимона нагреть?

— Отличный вариант. В девяносто втором, когда я доложил о твоем наследстве, всем было как-то не до этого, теперь загребущие ручки все вспомнили.

— Что, и никак нельзя с этого соскочить?

— А зачем соскакивать: принимай вызов и паши как Папа Карло.

— Ты же сам как-то говорил, что более легкой физической работы, чем у Папы Карло, и придумать было нельзя.

— Значит, для тебя легко и будет.

— Ты разве не понимаешь, что любимый Департамент толкает меня на тотальный криминал.

— Так на суде потом и скажешь, — ухмыльнулся «дядя Альберто».

— А что мне с Лавкиным и Соником делать? Завтра Бункер забирают.

— А сам что собираешься делать?

— На время могу их в своей служебной хате разместить. Там четыре комнаты, и Лара как раз в Питер улетела. Но очень неприятный вариант.

— Верни туда, откуда взял. Какие проблемы!

Простота решения потрясла Алекса, а ведь верно, почему бы и нет.

— И что, сидеть и охранять его там?

— Зачем? Поставь на счетчик, как тебя Свирид поставил. Как того обиженного зовут, ты сказал: Вагин Лев Борисович? Судя по всему, наш клиент дорожит теми, на кого ты вышел: сестра, тетя, бывшая жена, неприступная пассия. Скажи ему, что ты уже рассказал Вагину об этой его уязвимости, чтобы он за забор носа не показывал. Через два месяца он выплачивает двести штук и начинает искать триста штук для тебя. Заодно внуши: если что с тобой случится, с ним точно так расправится твоя команда. Он же считает, что у тебя тоже есть высший босс.

— Я думал, я кровожадный, а тут ты такой! — не мог скрыть своего удивления Алекс. — Тогда самый главный вопрос: ты помогаешь мне или как?

— А те двое из «Элиса» — насколько они надежны?

— С одним мы делали Скамейкину укол, второй осторожничает, но, похоже, тоже очень верит в мою фартовость.

— Как я понимаю, они в курсе твоего питерского криминала, а про клуб, англосаксов и людей в штатском вокруг тебя что думают?

— Понятия не имею, мне лишь бы надоедливых вопросов не задавали.

— Ты это просто так ляпаешь или серьезно так считаешь?

— Не знаю. Иногда мне кажется, что лучше бы меня взяли и за что-нибудь посадили, чем весь этот бесконечный огород городить, с четырех сторон кусают, — честно признался Алекс.

— Откуда с четырех?

— Во-первых, простые уголовники, которые пытались мою Треххатку ограбить, — принялся Копылов загибать пальцы. — Во-вторых, наше с тобой бодание с Лавкиным. В-третьих, теперь вот от Свирида. И самое веселое: поеду за границу с подругой пузо греть у моря, а меня матрасники с мелкобритами повяжут за то, что я с ними такой нечестный. Ну куда крестьянину податься?.. Так что на главный вопрос?

— Мне бы сначала со Стасом как следует переговорить.

— Ты же старше по званию, чему простой капитан научит? Помощь будет?

— А чем мне еще, простому отставнику, заниматься, — сокрушенно хмыкнул майор.

В «Арго» Пан Директор попал уже под вечер. Там вовсю проходил бенефис Сабины. С утра она озвучила Хазину одно из предложений по дизайну клуба. Мол, видела в кафе на Крите, как в качестве декора там к потолку были прилеплены старые бытовые вещи, что и прикольно, и незабываемо. Идея Жорке страшно понравилась, и он тут же принялся воплощать ее в жизнь: прошерстили с Банкиршей все подвалы «Арго» и среди старого театрального реквизита нашли немало нужных штучек. И Алекс застал последние аккорды их действий: в одной из комнат на стремянках стояли двое рабочих с перфораторами, сверлили в потолке дырки, вставляли дюбеля и прикрепляли гипер-«декор»: пишущую машинку, мясорубку, утюг на углях, трубу от патефона, гармошку, домру, пионерский горн с барабаном, старые коньки, каску пожарного, стетоскоп, разводной ключ, канделябр, сломанные настольные часы и т. д.

Иногда в комнату заглядывала Леночка, но тут же в ужасе убегала.

— Он же одобрил? — спросил у Сабины, кивая на Алекса, младший князек.

— Он промолчал, значит одобрил, — была находчива Банкирша.

— Ну так и ничего, — признал их художество Пан Директор.

Вечером в треххатке Сабины его ожидал второй сюрприз:

— Завтра в Москву приезжает мой папенька, очень хочет посмотреть, как я тут устроилась, и с тобой познакомиться.

(Но ему ли быть в ауте — после треволнений с Аникеем и Свиридом.)

— Ну и отлично, попросим его благословения, если что.

— Ты иногда бываешь чудо как хорош! — оценила она его ответ.