«Полный отдых» в этот день был разве что для гренадеров, для Пана Директора административные галеры только начинались. Срочно надо было готовить ночлег для питерцев (10–12 человек, однако), воевать с Никитой и Ко за помещения внутри «Арго», знакомиться с персоналом своих новых владений, да еще осваивать служебную квартиру.
Энергичный почин его продюсерскому батрачеству положила Леночка, первой нырнувшей из приемной следом за ним в Директорию:
— Если я, конечно, продолжаю у вас работать, то так нельзя. Ваша Лара уже распоряжается тут как полная хозяйка. И посуду моет, и тарелки по-своему ставит.
— Как скажете ее наказать за это, так и будет, — отвечал он. — Глупа по молодости, не понимает, что вы тут первый человек. Никто лучше вас не держит в своих руках нити управления всем этим шапито. Или я что-то неправильно понимаю?
Сорокалетняя Леночка даже зарделась от удовольствия.
— Как-то сразу — и такие приятные слова.
— Хорошо, присаживайтесь, поговорим…
И поговорили. Алекс коротко рассказал о себе, подчеркнув, что не совсем питерец (три года проучился очно в Москве), признался в своих социальных приоритетах (не любит нытиков и многословия), склонностях (каждый день по достижению) и недостатках (бывает агрессивен как ротвейлер). Также поведал, чего хочет от Леночки: остерегать его от опрометчивых поступков, подсказывать, как с кем ему ладить, разъяснять клубному народу его цели и намерения. Закончил вопросом, что ему не очень понятна фигура Демко — такое впечатление, что тот отнесся к нему, Алексу, как к личному врагу.
— Так вы и есть его личный враг, — приступила к своих сексотским обязанностям Леночка. — Такое хлебное место у него забрали. А теперь еще и со служебной квартиры его попросили. Знаете, какую он себе зарплату назначил? Десять тысяч долларов в месяц, да еще столько же, если не больше, арендаторы мимо кассы ему в конвертиках приносили. За что, собственно, и погорел. Думал, ваши Предложения просто сам использовать. Но ваши уж не знаю какие доводы его победили.
Деликатная тема, была ли она пассией Демко, тоже получила вроде как отрицательный ответ, мол, большой охотник Борис Максимович был лишь до двадцатилеток. Словом, их с Леночкой получасовый междусобойчик закончился полной гармонией, даже оговорили, как будут обращаться друг к другу при людях и наедине.
Насущный вопрос, стоит ли Алексу устраивать большое выступление перед всем коллективом, или вызывать служащих на собеседования по одному, был решен Леночкой в пользу личных контактов, но не сегодня и завтра, а тогда, когда питерская команда проявит себя во всей красе (с этим нельзя было не согласиться). Были от нее и другие существенные подсказки.
В общем, из Директории Алекс вышел в полной административной готовности и оснащенности.
С ночлегом для «группы захвата» вышло достаточно просто. На третьем этаже нашлись две просторные комнаты, из которых недавно съехали очередные арендаторы. Только подмести, вынести лишние столы со стульями — и заноси кровати, тумбочки, вешалки. Правда, до ближайшего туалета двадцать метров, а до душа в подвале и того больше, но питерцев ли коммуналками пугать! Лара отправлена была с одним из бухгалтеров по мебельным магазинам за десятью койками и прочим. А Хазину по мобильнику отдана команда:
— Завтра с утра можете выезжать.
С войной за другие помещения оказалось посложней. Легко было на пустых эвакуационных планах ДК намечать будущие захваты необходимой территории, в действительности на каждой из них кто-то пребывал, ни сном ни духом не ведая про злые умыслы питерских князьков. За два часа стараний Алекса и Никиты Стеклова удалось уговорить лишь две мелкие фирмы переехать с третьего этажа на второй (те даже с энтузиазмом решили немедленно переселяться). Еще Никита сделал Пану Директору царский подарок, нашел отдельную комнату на втором этаже в качестве менеджеро-интернетской. И когда Лара вернулась с мебельного шопинга (разумеется, удачного), ее ждал ключ от первого в ее жизни персонального служебного кабинета.
— Мамочки! Точно для меня одной! Это тоже все мое? — указала на три стола с двумя компьютерами, платяной шкаф и шкаф для папок.
— Будешь проводить свои собственные совещания, — пояснил Алекс.
— Стой! — воскликнула, когда он повернулся было уходить. Подбежала и закрыла дверь изнутри. — Это место надо отметить.
— Идем, лучше новую квартиру отметим, — попробовал он сопротивляться.
— И квартиру тоже отметим. — Она уже расстегивала на нем джинсы.
Неужели в самом деле, чего хочет женщина, того хочет Бог, — обреченно корил свою горькую судьбу в ближайших двадцать минут Пан Директор.
Чуть позже в сопровождении Леночки и водителя Захарыча состоялся пижонский заезд на служебной «Волге» до директорской квартиры (в семи минутах ходьбы).
— Ух ты, настоящий сталинский ампир! — оценила Лара огромные комнаты с лепниной и массивной мебелью.
Четыре комнаты с кухней-столовой и двумя санузлами, да еще с полной экипировкой могли поглотить семью из десяти человек. Алекс был слегка в трансе: двенадцать человек будут ютиться в казарме с общим туалетом, а он здесь (!).
— Нет, нет, никого сюда и близко нельзя! — угадала его мысли Лара. — И не вздумай тут тусовки устраивать. Чтобы дальше прихожей никого не пускал.
— Не понял, — удивился он. — «Не пускал», а ты где тогда?
— Разве твоя Вера сюда не приедет? (Воистину слухи о женской интуиции оказались сильно преувеличенными — Лара до сих пор полагала, что Первая леди лишь чуть-чуть отсутствует.)
— Когда приедет — тогда приедет, а пока бери на себя обязанности хозяйки дома, или прикажешь по утрам мне самому сосиски варить?
Впрочем, квартира требовала хорошей уборки, которую две уборщицы из «Арго» как раз и заканчивали, уничтожая все следы бегства Демко. Все дверцы шкафов были распахнуты, на книжных полках сиротливо стояли разрозненные собрания Горького и Лопе де Вега, в холодильнике скучали горчица с майонезом, да еще во всех комнатах на стенах имелись темные прямоугольники от снятых картин и фотографий. Но заселяться вполне было можно. В общем, остатки дня на все это и ушли. Походы в магазины за недостающим, освоение кухонной плиты, подключение своих ноутбуков к интернету и заказанный из ближайшего кафе шикарный ужин с вином при свечах.
Немного подпортило праздничную икебану эсэмэска от Даниловны:
«Жорка сказал, что ты в Москве. Позвони».
Уединившись в своем новом кабинете, он позвонил.
«Я в твои планы уже не вхожу?»
— Входишь, но не сегодня и, возможно, даже не завтра, — честно ответил он.
Тут же пошли короткие гудки. Естественно, по отношению к ней он полная сволочь, но как-то оправдываться — это явно не его стиль. Сволочь так сволочь.