Нехилый такой замес мы устроили, и едва успели из него выбраться. Это я уже понял, сидя у себя в имении и просто наслаждаясь жизнью.

А жизнь прекрасна, как ни крути, даже несмотря на всякие мелкие проблемы, с которыми я столкнулся.

Ну, например, я знаю, что такое полная зачистка у Феликса. А ещё я прекрасно осведомлён, как его дроны могут действовать в его отсутствие. Феликс — парень неоднозначный и старается избегать всех остальных. Грубо говоря, чтобы не столкнуться с кем-то нежелательным, он может перенести куда-то весь Рой, и плевать ему на расходы. Он может такое себе позволить без проблем, а вот его механические друзья, наоборот, действуют более расчетливо, стараясь ему угодить.

Правда, есть теория, что если Феликс окончательно погибнет, то в Многомерной будет очень большой капец. Поскольку теория гласит, что у него есть некие просто колоссальные центры управления, разбросанные по всей Многомерной. Они, само собой, находятся не на видном месте. И если Феликс умирает, там приказ один — отомстить, а вот кому отомстить — вопрос уже интересный, учитывая, что если контроль возьмут дроны, то мстить они будут всем.

Однако это всего лишь теория, которая меня сейчас не волновала. Для меня имело значение моё нынешнее состояние, которое начинало меня немного пугать.

Да, я, мать его, Сандр, Великий Охотник, которого хрен чем удивишь, но Земля — это просто какое-то место безумия. Сюда точно нужно Бездну поселить, вот честное слово.

Я тут не так долго нахожусь по меркам Многомерной, но успел уже просто устать удивляться, по-другому даже не скажешь. Например, мои размышления подвели меня к окну.

Сейчас я вижу, как мои гвардейцы тренируются очень странным образом. Они разделены на группы по пять человек, и вместо бревна носят на своих плечах какие-то огромные ракеты. Полагаю, это Волк решил таким образом прокачать нашу реактивную артиллерию, чтобы каждый расчет мог в кратчайшие сроки производить перезарядку.

Да, смешно, что Сандр реально полагается в защите мира на артиллерию и другие земные штуки. Ну, и плюс на Кренделя, он реально придумывает интересные артефактные решения.

Ладно, это не так удивительно. Куда более интересной вещью является то, что я стал терять понимание пути своего развития. Я просто не особо понимаю, во что превращаюсь, а Кодекс молчит, словно его всё устраивает.

Первым звоночком во мне стала Скверна. В сражении с Горгульей, которая вовсю использовала некротическую энергию, я разочек попал под её убойную атаку. Должен сказать, что она мало чем отличалась от силы Скульптора. Но вместо того, чтобы нанести мне какой-либо урон, Скверна во мне начала поглощать эту энергию, и это вполне логично. Она всепожирающая и любит буквально все виды боли, так бы я это правильно назвал.

Однако то, что произошло дальше, конечно, меня слегка напрягло. Вместо того, чтобы поглотить и расщепить её, Скверна, словно умелый прапорщик, сложила всё в сторонку. Мол, на, Сандр, пользуйся. Вот только пользоваться я этим не мог, но в то же самое время, находясь во мне, эта энергия не причиняла никакого вреда.

Охотник, мать его, превращается во что-то интересное. Проблема заключалась в том, что я не знал пути развития при таких данных, словно я становлюсь чем-то новым, и это пугало меня своей неизвестностью.

В первую очередь я очень опасался потерять статус Охотника. До сих пор не знаю, как отреагируют мои братья, когда узнают, что один из них теперь со Скверной на «ты» общается.

Ну да ладно. С этим, пожалуй, разберёмся после того, как я наведу небольшой порядок на Земле.

В моё отсутствие здесь произошли некоторые изменения. Имперские войска вступили в сражение. И да, я чертовски горд за свою Империю, Лизу, и даже за Ольгу, хотя бы по той причине, что они сделали всё как надо. Даже мои войска не успели подойти, а у них вся ситуация уже была под контролем. Да ладно, что там мои войска. Первое вторжение костяных сил Скульптора, так сказать, пробное, произошло на территории Индиры. Вот имперцы и успели быстрее, чем сами индирцы.

Увлекательный факт, правда? Складывается впечатление, что нам это нужно больше, чем им.

Однако нападение было слабеньким, как я и сказал, пробным. Всего лишь тысяч сорок низкосортной нежити было отправлено, чтобы проверить, что же здесь подлый Охотник оставил в качестве мер предосторожности. Что любопытно, кажется, Скульптор до сих пор не понимает, что я уже выбрался, как и не имеет никакой информации о своих погибших мирах и, само собой, о Горгулье. Вот он, минус огромных владений, которые зависят только от тебя. Ты просто не всегда успеваешь за всем уследить. А когда до этого наконец доходят руки, понимаешь, что уже поздно. Наверное, в этом и заключается одна из причин, почему я не хочу быть Богом.

Ладно, в кабинете вроде все дела сделал. А те, что не сделал, значит, не так уж и важно. Да и вообще, они могут годик-другой подождать, пока вернётся Анна и всё тут порешает. Как она любит говорить, в бизнесе спешка может только навредить. Правда, говорит она так, когда я хочу сделать всё по-быстрому. А вот когда за дело берётся она сама, то время — деньги. Таков её жизненный девиз.

Ну да ладно. Пора наконец проверить одного маньяка, который, кажется, чересчур сильно стал увлекаться.

Ныряю в Тень и уже через мгновение выныриваю в казарме, а точнее, под ней, на специальном полигоне, где сейчас идут учения. Тут особо одарённые гвардейцы Рода Галактионовых могли без проблем работать на полную мощность, не боясь что-нибудь сломать, поскольку весь этот полигон сделан из разломных материалов и дополнительно усилен артефактами. И вообще, я в него очень верил.

Правда, бойцы меня сейчас не интересовали. Они спокойно занимались своим делом, отрабатывали задачи и никому не мешали. Поэтому я двигаюсь дальше, в ещё более защищённую часть комплекса, которая больше напоминала небольшой спарринг-зал. Именно там нахожу своего командира гвардии.

Волчара даже не понял, что я здесь появился. Он продолжал молотить висящую грушу так, словно она лично оскорбила всю его родословную. Это, кстати, был мой подарок ему. Полностью мифриловая груша, которая весит ой как немало, а стоит ещё больше. И которая, по заявлениям гномов, вообще неуничтожима.

— Волчара, может уже хватит? — усмехнулся я, наблюдая, как он снова врезал по груше так, что по помещению пошёл гул. — Ты её скоро сломаешь. Мой сын даже не успеет вырасти и испытать её.

Момент, и он решает нанести последний удар, в который вкладывает практически всю свою силу. Как я и думал, мифриловая цепь, на которой висит эта груша, не выдерживает и рвётся, а груша улетает в стену.

— Всё, я устал… Можно пятнадцать минут отдохнуть и по новой, — наконец выдаёт он и подходит ко мне, пожимая руку. — С возвращением! Есть какие-то указания для гвардии?

С надеждой спрашивает он у меня.

— Конечно есть, дружище. Для тебя — всегда. Например, можешь отдохнуть не пятнадцать минут, а целых тридцать. Я разрешаю, как твой командир и глава Рода. Могу даже приказ написать.

— Не-не-не… — отмахивается он. — Это плохая идея. Я должен стать сильнее. Намного, мать его, сильнее.

Затем он задумчиво смотрит на искалеченную грушу.

— Кстати, у тебя нет чего-нибудь покрепче этой? А то мне кажется, в последнее время она начала скрипеть.

— Знаешь, Потапов, это не груша скрипит, — с осуждением посмотрел на него. — Это души гномов плачут, когда кто-то так обращается во Вселенной с мифрилом. Честно тебе говорю, это так оно и есть.

Волк тяжело вздыхает.

— Хренов этот ваш мифрил на самом деле, мягкий какой-то. Хотелось бы чего-то покрепче, — опять повторяется он и усаживается на лавку.

Я ему не стал мешать, ожидая, пока он вытирает полотенцем пот. Затем пока он напьётся вдоволь магически заряженной воды, и только тогда решил его обрадовать.

— Короче, суть такова. Есть одно опасное место. Мои предыдущие напарники уже выдохлись. Не хочешь их заменить?

Как говорится, дважды повторять не нужно было. Волк сразу подорвался, выпрямился и взглянул на меня каким-то ранее невиданным уважением. Вот что значит давно никаких замесов у него не было. Заскучал.

— Всегда готов! Когда выдвигаемся?

— Да хоть прямо сейчас. Но, пожалуй, лучше давай подождём до вечера. Ты сначала все свои дела доделай, а мне ещё нужно заскочить к Лизе.

— Лиза — это хорошо, — кивнул он мне. — Я и правда все быстро сделаю, а то мои бойцы в последнее время стали лениться. Не хватает им настоящей работы. Москаленко много воли им дает, гад.

Блин… Такое ощущение, что мне нужно какой-нибудь стране войну объявить, дабы сделать Волчару счастливым. Почему-то у многих людей, аристократов, на минуточку, гвардия может столетиями просиживать штаны и при этом радоваться жизни, что для них нет работы. Тяжелее, чем стоять на посту, охранять покои своего господина и предаваться размышлениям о том, что вечером выпить — красный эль или какую-нибудь бормотуху, от которой отпускные дни просто испарятся из памяти, у них ничего не происходит. И да, это я сейчас говорю как раз про Многомерную, а не про Землю.

Я помню балладу про гвардейца, который решил, что очень сильно устал и ему нужно на несколько дней забыться, то есть нажраться до беспамятства. Так, чтобы вообще ничего не помнить. Полная перезагрузка. Если я не ошибаюсь, в этой балладе гвардеец был молодец. Он так перезагрузился, что на следующий день понял: если всё так и дальше будет продолжаться, то он просто не выживет, а потому вернулся на службу. Вот его господин, я уже не помню, какой там у него ещё был титул, сильно удивился. А потом был удивлён уже сам гвардеец, когда узнал, что его не было целый год и два месяца.

Если я не ошибаюсь, баллада называлась:

'Не пей ты, гвардеец, гномий самогон.

Погубит он тебя, и тогда появится у тебя борода'.

Да, кстати, из-за последних слов про бороду я полагаю, что сами гномы эту балладу и создали. Очень тщеславный народец, который любит пихать себя вообще куда только можно, почти как Охотники. Только мы, пожалуй, это делаем по нужде, потому что нужно быть во многих местах одновременно. А гномы, так сказать, ради собственного тщеславия.

Только гномы! Только вперед! Ну ладно, это я уже сам придумал. Однако же звучит…

В общем, с Волчарой я распрощался. Он едва раздвижную дверь не снёс с собой, которая почему-то не успела достаточно быстро раскрыться, и сейчас одна створка валялась в стороне. А ведь была бы тут сейчас Анна, она бы точно не оценила такое поведение Волка. Впрочем, и Потапов чувствовал себя виноватым, но пообещал всё исправить.

Я, наверное, знаю, чем будут заниматься гвардейцы в ближайшие несколько дней. Нет, они не будут ставить дверь обратно. Они начнут бегать с ней по полигону. Таким образом Волк оправдает это происшествие и объяснит, зачем снял её с петель.

Про Лизу я тоже ему не врал. И, само собой, собирался уже направиться к ней, как услышал, что Шнырька громко и аппетитно чавкает в Тени. От любопытства заглянул туда и увидел мелкого с тарелкой дымящихся блинов. Тут, конечно, я пройти мимо не мог, и тоже заглянул на кухню, где подкрепился ароматными блинами с домашней сметаной. Шнырька научился разогревать их без Семеновны, какой же он сообразительный. Но, блин, таким макаром скоро все заготовки моей заботливой поварихи, которая сейчас ухаживает и кормит моих детей чертовски далеко отсюда, закончатся, и что мне тогда есть?

И только после приема пищи я направился в столицу.

Лиза, кажется, была рада меня видеть, а вот Ольга совсем нет. Если с Лизой всё понятно, особенно по тому взгляду, который она бросила в мою сторону, то с Ольгой у меня начали закрадываться сомнения, что нихрена ей муж не нужен. Как-то слишком уж неправильно она себя вела. Пожалуй, я повременю со знакомством её с каким-либо Охотником.

Нет, я реально задумался над её случаем и прикинул, что, возможно, это просто в ней бурлит огонь. Ведь ее сила растет не по дням, а по часам. Хорошая родословная, мотивация и полная самоотдача в любом сражении, в котором она участвует.

Так вот… Сила растёт, бурлит, и ей кажется, что чего-то не хватает. Мозг пытается придумать чего именно и подкидывает разные варианты. В итоге она, наверное, смотрит вообще не в ту сторону. А что ей действительно необходимо, так это хорошее сражение. Такое, в котором она выложится вообще под ноль и выпустит из себя всё, до последней капли. Таким образом она получит разрядку, как физическую, так и душевную.

Ну и, возможно, у меня, кстати, есть для Ольги хорошее мероприятие, которое ей может подойти, конечно, если её мать отпустит. Для этого я и явился, так сказать, к Лизе, дабы с ней переговорить.

Разговор у нас состоялся интересный. В нём она рассказала мне, как появились на нашей планете костяные гады. Они спустились в каких-то огромных воздушных пузырях, от которых любое противовоздушное оружие Индиры легко отлетало, поэтому они и среагировать не успевали. Думали, что собьют их ещё в воздухе, и там же уничтожат, но ракеты только отскакивали от этих пузырей. Таким образом, Лиза сейчас гневалась. Мол, почему она об этом не знала? Что такое вообще бывает? И как им поступать в подобных случаях?

Я, конечно же, подсказал ей, что это магия воздуха, но не совсем простая, скорее всего, там ещё была прослойка воды, просто не очень заметная. Такой пузырь можно уничтожить, как самый обычный пузырь, только нужно сделать наконечники ракет зачарованными и острыми. Я, на самом деле, не знал, сработает это или нет. Просто такие пузыри отлично уничтожали ледяные пики, каменные копья или любые другие подобные атаки, да хоть воздушные лезвия, без разницы, главное, чтобы что-то было острое и быстрое.

Лиза попсиховала и заявила, что у Империи опять появились новые расходы, ведь придётся внедрять очередное производство. Но я её немного успокоил. Сказал, что в ближайшее время она может потратить часть имперского боезапаса и тем самым освободить место на складах. Суть заключалась в том, что я изучил карту и ту местность, в которой появились приспешники Скульптора. Это напоминало обычную разведку боем, и реально так все думали, но на самом деле всё было немного не так.

Скульптор вообще любитель скрывать свои истинные намерения. Ты думаешь, что победил, а на самом деле всё идёт точно по его плану. Надеюсь, мой побег из его дворца — это не тот случай. А если окажется, что это так, то я начну носить шляпу, дабы была возможность её снимать перед ним, учитывая, сколько ресурсов он затратил на всё это. В общем, чтобы понять, зачем высадка была именно в том месте, нужно изучать историю.

Когда-то недалеко оттуда находилось одно очень популярное место в древние времена. Туда, в одно ущелье, две империи сбрасывали трупы, так сказать, экономия на погребениях. Нет, ну это, конечно, варварство. Однако всякие болезни по типу чумы, войны и прочие неприятности делали своё дело. В какой-то момент трупов становилось больше, чем времени на то, чтобы с ними разбираться.

Вот люди и придумали создать себе священное место, а вернее ущелье и сказали, что теперь будут сбрасывать туда всех. Потом, конечно, со временем его засыпало, песок и ветер сделали своё дело. Но, по моим прикидкам, там может лежать до полумиллиона человеческих тел, которые уже давно превратились в скелеты.

Опять же, есть один интересный момент. Та нежить, которую сейчас отправляет Скульптор, привыкла к немного другой энергии. И здесь она ослаблена. А вот если поднимать нежить прямо на Земле, то эти ограничения действовать не будут. Наоборот… Она окажется максимально сильной, хотя бы по той причине, что я уже сталкивался с мертвецами, ожившими на Земле. Они были не сказать чтобы слабыми, а если к этому ещё приложит руку Скульптор, то, полагаю, Индиру ждёт большой сюрприз.

В общем, оставил я эту информацию Лизе, как и право самой решать, как поступать.

Отправится она сразу на помощь? Будет сообщать им? Или всё-таки подождёт?

Политика — дело большое, и кто я такой, чтобы в неё лезть. У меня, вон, Скульптор недобитый, вернее, его различные базы, как на ладони, и с ними тоже нужно разобраться.

Вот этим мы и займёмся вместе с Волком. Думаю, он будет счастлив. Хотя, в принципе, почему думаю? Я уже знаю. Однако он не знает, что нас будет не двое, а трое. Один мой, можно сказать, старый знакомый, который тоже нуждается в прогулке, а то совсем скоро сопьется здесь.

К Бухичу я отправил Костю, а то его собутыльник тут очень переживает. Нужно спасти Бурба, иначе как я потом буду смотреть в глаза Огненного Императора?