— Любимый мой, ну зачем ты так со мной? Неужели я тебе уже надоела? — с грустью посмотрела на меня Мария.

— Люблю тебя, дорогая! И если что, я не специально, — попытался оправдаться после своих действий.

— Угу, не специально. Спасёшь? — с надеждой смотрит она на меня.

Мне реально хотелось каким-то образом помочь ей, но в то же самое время, насколько часто я себе это не повторял бы и чтобы там со мной ни происходило, я все-таки Охотник. А мы не просто уважаем силу, мы хорошо знаем, для чего она нужна — для сохранения своей жизни и тех, кто нас окружает.

— Машуль, прости, но я здесь не помощник, — поднимаю руки вверх, показывая, что я беспомощен в этой ситуации.

— Так, я вам сейчас здесь поворкую. Ученица, у тебя есть всего лишь три секунды, чтобы вернуться на полигон! — стала выходить из себя Грета, которая стала свидетельницей этого небольшого представления.

Мария посмотрела на меня в последний раз, оглянувшись, как брошенный котёнок, даже, кажется, слезу пустила. Затем быстро создала какой-то каменный сёрф под ногами и укатила на нём в сторону полигона, а я почувствовал себя последней сволочью.

Казалось бы, вообще ничего не предвещало никакой беды. Мы общались, она рассказывала свои успехи, хотела всё мне показать: чего добилась, какие новые навыки освоила, но мне это было не очень интересно в данный момент. Мне больше хотелось просто услышать её голос, узнать, всё ли у неё хорошо, и всё в этом стиле.

Грета в это время сидела рядом и раскручивала свою башенку, которую скрутила до миниатюры, и которая сейчас помещалась у неё на ладони. Это меня, кстати, тоже очень радовало, потому что на самом деле я собираюсь одолжить у неё эту башню и воспользоваться по прямому предназначению. В общем, как говорится, инициатива любит инициатора.

Мария слишком долго расспрашивала меня, что такое необычное мне показать. А я возьми да ляпни, что хочу увидеть что-то наподобие Оков Мархана или Абсолютного Каменного Щита. Тогда она странно посмотрела на меня, заморгала и сказала, что не умеет подобное производить, но предложила создать небольшую казарму. Вот прямо так, ни с чего. Создать полностью функционирующее здание, где будет всё, начиная от трубопровода и крепких стен с идеальной отделкой и заканчивая местом под провода и другие артефакты, которые будут влиять на защиту и силу.

Маша это говорила так невинно, явно не понимая, в чём суть. А я в то же самое время смотрел на неё очень странным взглядом. Таким недоверчивым, словно она сейчас меня просто разводит, если не знает этих двух навыков Архитекторов, и пытается просто показать то, что ей больше нравится самой.

Однако, как я уже сказал, Грета находилась рядом. Когда она услышала наш разговор, то просто откинула свою башню в сторону, как ненужную игрушку. Вот так вот бывает. Секунду назад она полностью заинтересована ею, а потом бац — и всё, её интерес пропал.

Грета подорвалась с места, сделала такой же взгляд, как и у меня, обращенный на Марию, и начала орать.

Да, я сперва хотел вмешаться и сказать, чтобы она не кричала на мою жену, но в то же самое время я хорошо помнил, что Грета наставница. А это одна из заповедей Охотника. Не мешай своим собратьям получать знания и силы.

Это придумано не просто так, даже, можно сказать, что написано кровью. Сейчас ты пожалел своего брата или, в моём случае, жену, а через некоторое время они могут погибнуть, потому что в какой-то момент ты проявил слабость.

В общем, Грета кричала много, долго и в то же самое время выразительно, четко подбирая каждое слово. Матов было просто завались, и все они обращены в сторону Теодора. Он, оказывается, какого-то хрена не научил Марию двум самым базовым способностям, которые могут спасти жизнь и которые все Архитекторы знают назубок.

Оковы могут сдержать даже Бога, но в случае Марии — ненадолго, ведь в такие моменты даже секунды могут спасти чью-то жизнь. Очень замудрённая штука, которая переплетает камень или металл, неважно, до такой степени, и уплотняет, что мало не покажется никому. А барьер, он и в Северном Королевстве барьер. Очень надёжная вещь, способная выдерживать огромные нагрузки. Ещё есть один момент, что Архитекторы часто работают очень глубоко под землёй. Там, где находится, скажем, магма, и поэтому они могут по неосторожности сорваться с края утеса и полететь вниз. Вот это тоже как один из вариантов, для чего нужен такой барьер. А Мария этих базовых вещей, по факту, даже не выучила.

Я был в шоке. Но в ещё большем шоке сейчас будет моя жена, поскольку Грета — учитель ещё тот. Однако, учит она хорошо, и это вообще не обсуждается. А ещё я уверен, что Теодору тоже прилетит знатно. Пусть он может за себя постоять, однако Грета такая интересная личность, что помимо своих двух направленностей мне кажется, у неё ещё и очень хорошо развит ментал. Психику она может разрушать просто на ура. Она может для него легко сотворить здесь каменный лес, саморазвивающийся, и всё! Тогда он будет жить целыми десятилетиями в каменных джунглях, безуспешно пытаясь выкорчевать то, что посадит Грета.

Морана

Шок Богини Смерти

Морана смотрела на то, что сейчас происходило и не могла поверить своим глазам. Почему это её, богиню смерти, называют Тёмной? Боятся, опять же, её. Не тех нужно бояться, на самом-то деле.

— Посторонись, пожалуйста, — выкрикнул кто-то из Охотников и промчался мимо неё в сторону огромной красной твари, которая размером была с половину замка.

Она, конечно, сразу прикинула, что этот человек самонадеян. Пусть он и Охотник, но додумать свои мысли не успела, поскольку он буквально прошил насквозь своим копьём эту тварь из демонического плана. А тварь, между прочим, командовала здесь легионами. И теперь эти легионы начинают разбегаться в разные стороны.

Охотники только смеются, вытирают пот, не забывают смочить горло, даже больше, чем этого требовалось от них, и продолжают устраивать кровавую баню.

Ну ладно… Морана, наверное, это утрирует. Когда уничтожаешь демонов, кровавая баня — не самое подходящее слово. Хотя бы потому, что они сами по-другому не умеют, и им дай только какой-нибудь беззащитный мир, в который они смогут вторгнуться и сожрать его, разорвать, а возможно, и всё вместе одновременно сделать. Однако её всё равно поражало то, насколько легко Охотники сражаются с тварями.

Да, у них тоже были раненые, но всё это выглядело совершенно неправильно. Когда молодому Охотнику чуть не снесли голову и он едва увернулся от когтистой лапы, то вместо того, чтобы помочь, парень получил несколько подзатыльников от своего наставника.

Морана была уверена, что эти самые удары были в несколько раз сильнее, чем могла бы ему нанести тварь. Ей было непривычно смотреть, как после каждого ранения Охотники смеются и говорят, что это всего лишь царапина. В общем, полностью и наглухо отбитые люди… эти Охотники.

Хоть она и знала это всегда, но, пожалуй, давненько не сталкивалась именно с Орденом Охотников. Всё же ей привычнее было общаться с Сандром, который на Земле стал, наверное, помягче в последнее время.

— Ты как? Не помираешь ещё? — вдруг услышала она голос, от которого внезапно подпрыгнула как обычная девушка, а не как грозная богиня.

Развернувшись, она обнаружила, что позади неё стоит Первый. Он, кстати, был без доспехов, словно незримый наблюдатель, который пришёл сюда выгулять своих «птенцов».

— Я в порядке, спасибо.

— Это замечательно. Очень хорошо, — закивал он головой. — А то если помрёшь, что нам Сандру придется говорить? Нет, конечно, я могу сказать, что ты оказалась слишком слаба и не выдержала потока, — вдруг рассмеялся он, а затем добавил. — Однако это Сандр. Его такая отмазка не устроит… Кстати, держись!

Она не поняла, за что ей нужно держаться, а возможно, от кого-то подальше. Но это было только первое мгновение, а затем её скрутила боль, которая нахлынула через усилившийся поток.

Морана не могла понять, каким образом такое случилось. Энергия и души сейчас проходили сквозь нее, напитывая и возвращая ей былую силу. И нет, она не собирала их, как Охотники, хотя они не особо любили возиться с демонами, а только перерабатывала и помогала отправиться на следующее воплощение, которое, как она полагает, возможно, будет получше этого.

Кроме того, был ещё один момент, о котором ей вообще не сообщили. Отныне она враг всего демонического рода. Любой демон, который её увидит, обязан будет напасть, даже если у него шансов ноль целых, ноль десятых, он всё равно нападёт. Если нужно будет — поцарапает. Не получится оставить хоть малейшую царапину — плюнет. Хоть что-либо, даже палец покажет, но он обязан будет предпринять, и всё опять же из-за этих безбашенных Охотников.

Морана, как бы это ни звучало смешно, не умела до этого переправлять души, по крайней мере, в таком количестве. Это был процесс индивидуальный, когда она долго и муторно работала над каждой душой, помогала ей, забирала лишнее и оставляла себе.

Однако Охотники что-то там нахимичили, дали ей несколько артефактов, и сейчас её окружают двое почтенных Старейшин, которые и направляют поток душ в неё, помогая всему этому каналу стабилизироваться.

Демоны, как правило, любят перерождаться только в демонов, а вот она не может их туда же отправить. Поэтому полнейший рандом, кем они станут, возможно, бабочками или растениями. Да хоть камушками, слишком много они приняли черноты на свою душу, чтобы получить что-то нормальное. Поэтому выходит, что популяция демонов уменьшается. Она теперь оружие массового поражения, которое влияет не так на их жизни, как на сами души, а таких никто не любит.

Охотники точно не могут дать соврать.

— Ещё один отряд прибыл, и мы подключили его тоже на тебя, — пояснил ей Первый, отчего так заметно выросла нагрузка.

— Замечательно, — сквозь зубы пробормотала она, но на самом деле ничего хорошего в этом не видела.

Ей кажется, что лучше идти медленнее, но увереннее и безопаснее. Однако Охотники не хотят столько времени тратить и пытаются выполнить просьбу Сандра как можно быстрее.

— Ах да, забыл добавить, — снова обратился к ней Первый. — В пути ещё четыре отряда, и они тоже будут завязаны на тебя, а потому постарайся не умереть, а то вдруг Сандр расстроится.

В этот момент Моране стало совсем уже не до шуток, впрочем, как и не до разговоров. Она моментально отключилась от этого пространства и стала быстро производить внутри себя изменения. Расширяла каналы, стараясь не вызвать обратный эффект. Укрепляла их и в то же самое время использовала энергию Скверны. Её было мало, ведь она к ней так и не добралась, но какую-то часть все же Сандр дал. Так сказать, чтобы привыкала.

Морана, наверное, только благодаря ей сейчас и сможет продолжать существовать.

— С четырьмя отрядами справлюсь, — после всех своих манипуляций с трудом выдавила из себя Морана, которой захотелось в этот момент вон под тем лавовым деревцем присесть, и желательно так, чтобы о ней на некоторое время все забыли.

Да, она была богиней. Да, её боялись. Но даже тёмные боги смерти имеют свой предел. И только Охотники, кажется, в прямом смысле этого слова, своего предела совершенно не имеют.

— Что, четыре? — вдруг удивился Первый. — Не-не-не… я сказал двадцать.

Внезапно всю местность огласил отчаянный женский вопль. Ведь она едва справилась с четырьмя, вернее, подготовила для них место, но над ней, кажется, издеваются. Правда, если это не шутка, то у неё точно появятся проблемы.

Правда, зная юмор Охотников — это, мать его, точно не шутка!

* * *

После посещения Марии я вернулся в своё имение, где смог несколько часов отдохнуть, всё-таки эти переходы знатно вымотали меня. Затем я посетил свой кабинет, где снова попытался отправиться к Аннушке, но связь не фурычила, как ни крути.

С остальными жёнами тоже сейчас было непросто. Получается, что я навестил одну лишь Марию, но даже это вызывает у меня приятные ощущения, хоть у нас и было немного времени, всё-таки у неё сейчас учеба в полном разгаре, да и мир отторгает меня.

Мы находились на Альтер-Земле, которая вырвалась из закрытости. Этот мир молодой, ещё агрессивный, так сказать. Он каждого считывает как угрозу и пытается угробить, поэтому я не стал его бесить дальше и только пообещал Марии вернуться в скором времени. Ну, как пообещал, я через Шнырьку передал ей послание.

Так получается, что на Земле никакой движухи не происходит. Ничего интересного. А я бы хотел уже, так сказать, немного выпустить пар. И не потому, что я такой весь кровожадный из себя, а просто не люблю бездействие. Ведь пока я сижу без дела, мои враги, наоборот, действуют.

В общем, я сидел, думал, а затем решил, что знаю, как мне нужно дальше действовать. Единственный момент — мне нужны союзники. Такие союзники, которые умеют путешествовать по разным мирам, знают, что там делать, и по большей части являются единолично небольшой такой армией.

Мой выбор пал на Дорничева, Тёмную и Пандору. Просто и банально, осталось только со всеми ими переговорить.

Сейчас я сижу у себя в беседке и жду гостей. Дорничев, кстати, не сильно спешил. Но, с другой стороны, он хоть явился. Тёмная и Пандора так вообще, по ощущениям, забили на мое приглашение. Возможно, у них есть проблемы с переходом сюда. Однако я уверен, что Тёмная что-нибудь обязательно придумает.

Как ни крути, она явно пыталась замаскировать от меня некоторые вещи, чтобы я раньше времени не узнал, насколько она стала сильнее. Явно Темная с матерью поработала, и та её неплохо поднатаскала, видимо, сильно по ней прошлый момент нашего расстояния ударил.

— Ты так и будешь просто сидеть и молчать? — вдруг задал мне вопрос Дорничев, который уже минут десять буравит меня взглядом.

— Зачем… просто? Я, между прочим, думаю. А ты кушай давай. Для кого стол накрывали?

— Я вообще-то не есть сюда пришёл. Ты позвал меня на какое-то дело.

— Да, позвал, — киваю, а затем добавляю, — но еда сама себя не сожрёт. А потому давай, помогай мне.

Стол, кстати, накрыли просто грандиозно. На нём сейчас было тридцать два блюда. Так, на тот случай, если кто-то окажется очень голодным. А может это я просто никак не могу отожраться после этих межпланетных переходов по непонятным туннелям, пространствам и прочему.

Дорничев, наверное, для виду поломался, но всё же уселся за стол и стал помогать мне уничтожать пищу, хотя по нему сразу заметно, что человек вообще не голодает, поскольку он сразу потянулся к сладкому, а значит сейчас сытый.

— Ну, я уже два тортика съел. Давай, выкладывай. Или это какая-то дурацкая шутка?

— Нет никаких шуток, — улыбаюсь ему. — Есть одно предложение. Пойдешь с нами в поход?

— С вами? — спрашивает Дорничев. — Это с кем?

— Две богини и Охотник. Подойдёт тебе такая компания?

Дорничев, конечно, нахмурился и не спешил что-либо сейчас говорить. Явно советуется с женой, пытаясь это замаскировать под поедание клубничного пирожного. Мол, оно ему срочно, блин, понадобилось. И главное, так аппетитно жует, что Шнырька увидел и тоже уже одно спёр. Мелкий тоже решил проверить, так ли оно хорошо заходит. Но у Шнырьки, по факту, всё отлично заходит.

— Я не могу в поход… У меня дела, — наконец выдает свой вердикт Дорничев, чем меня совсем не радует.

— Дела у всех есть. И вообще, дела у Императрицы, а у нас есть обязательства, — напоминаю ему.

— Это у какой такой Императрицы? — оценил он шутку и засмеялся.

— Не знаю, у любой, — пожимаю плечами, а затем решаю сразу перейти к сути дела. — В общем, слушай. Долго объяснять не собираюсь.

— Но и коротко тоже не обойдёмся. А потому, если хочешь, приглашай Исиду сюда, пусть она тоже присутствует, если тебе нужно её разрешение, чтобы пойти в поход.

Ух, как мы покраснели!

— Ничего мне не нужно, ни с кем я не советуюсь, — дёрнул он правым глазом.

Явно врёт. В общем, всю суть дела я обрисовал примерно за минут сорок. У Дорничева начал дёргаться второй глаз. А ведь это был всего лишь простой план. Он должен убить Костяную Горгулью, одного из прославленных генералов Скульптора.

Моё дело — туда его доставить. На минуточку, я даже не знаю, чего он так психует, учитывая тот фактор, что у меня и у девочек будет задача намного сложнее. А ему всего лишь одну какую-то Горгулью завалить, даже не каменную. И плевать, что она, возможно, старше самого Дорничева.

Это, наверное, единственный генерал, которого Скульптор не создавал, а переманил на свою сторону. По рассказам, этот генерал старше даже самого Скульптора, но он оценил его мастерство, талант и решил ему служить, поэтому это самое подходящее дело для Ликвидатора.

— Знаешь, пожалуй, мне всё же нужно посоветоваться, — встаёт Дорничев из-за стола, открывает портал и пропадает в нем, а я ведь говорил ему, что лучше сразу взять с собой своих жен.

Я задумался, ожидая появления Темных богинь, и уже прикинул, что, возможно, мне придётся самому к ним переместиться, как вдруг возле беседки появился Красный Глаз. Понятно, у Бездны такое уже в порядке вещей — из пространства, из ниоткуда. Глаз осмотрел здесь всё внимательно, и меня, в том числе, а затем внезапно лопнул.

На его месте появились две богини, обмазанные какой-то слизью.

— Фу, какая гадость, — сразу же прокомментировала Пандора, демонстративно скривившись.

— И не говори, подруга, — согласилась с ней Тёмная.

— Слушай, на минуточку, это твоя мать всё сделала, — напомнил я ей, кто им переход организовал.

— Ну можно было и больше уважения к нам.

— Ладно, раз вы здесь, то присаживайтесь, а я вам обрисую ситуацию, зачем вас позвал. Нас ждёт интересный поход. Наконец-то, Пандора, у тебя будет одна из решающих ролей.

— Ты с ума сошёл? — вместо хвальбы или восхищения отвечают мне они в один голос. — Какие разговоры? Какой стол? Мы сперва в душ!

Тут я, конечно, знатно прифигел, потому что они реально побежали отмываться в моем имении. Но они же, блин, богини. Им достаточно щелкнуть пальцем — и всё! Но нет. Надо потратить время. Впрочем, возможно, оно и к лучшему, учитывая тот фактор, что я сам до конца не знаю, как им всё это объяснить. О том, что нужно будет сделать. Да ещё так, чтобы они согласились.

На этой ноте я достаю из кармана миниатюрную фигурку башни-тюрьмы, которую создала Грета. Ту самую, которую она тогда выбросила, а я подобрал. Казалось бы, ну что здесь такого? Но для осуществления моего плана в эту тюрьму мне придётся посадить Пандору, дабы она смогла навести там шороху.

Конечно, есть у меня предположение, что она будет против. Ну ничего… Говорят, что я хорошо умею убеждать людей, а потому, наверное, и здесь справлюсь… Но это не точно…