УТРО В ГОСТИНИЦЕ
Утром меня разбудил луч света, падающий из узкого окна ярким пятном на скошенную крышу.
— Можно ещё спать, хозяин, — негромко сказала Книга, — до назначенного вами времени осталось полчаса.
— Да нет уж, лучше я спокойно схожу умоюсь.
…
Вернувшись, я спросил:
— Мне показалось, что ночью я слышал звуки…
— Местная живность решила, что имеет право посягать на ваш пакет с едой. Но я стояла на страже, — Книга гордо пошевелила страницами.
— Вот как?
Признаться, я даже не подумал о такой опасности. В моём доме стоял простейший магический отпугиватель вредителей, а тут… Выходит, она съела нескольких мышей. Или крыс. Во всяком случае, вид у Книги был очень довольный.
— Какие-то грызуны?
— Очень похоже на свежую мутацию мелкой нечисти. По крайней мере, у них было по шесть ног. А у некоторых по восемь. Лезли из щелей под плинтусами.
— И как же тебе удалось дотянуться до всех?
— Они сами пришли, — усмехнулась Книга. — Всё дело в том, что им показывать.
— Это очень ценная помощь. Странно, что консьерж даже не предупредил меня…
— Это же фронтир, хозяин. Тут такой мелкой дряни должно быть в изобилии. Вон, в каждом углу ловушки. Но!.. — Книга встрепенулась, увидев, что я хочу осмотреть углы комнаты: — Не советую вам знакомиться с их содержимым перед едой. Да и после тоже…
— Действительно, — я оценил разумность этого замечания. Далась мне нечистая мелочь! Цель у меня другая, а ловушки пусть консьерж чистит. — Благодарю!
Я распаковал котлеты и разогрел их простейшим термическим заклинанием. Посмотрел на пиво, но решил не искушать судьбу и сунул бутылки в баул. В конце концов, выпить кофе можно будет в любой кофейне по дороге, а запечатанные бутылки сохранить на потом, пару дней они ещё будут вполне пригодны.
— Как далеко нам до места?
Книга воспроизвела и увеличила карту.
— Сейчас мы находимся здесь, — показала она пальцем маленькой лапки. — Как видите, дальше на север больших городов уже не будет. Да и из маленьких это последний. Будет несколько ферм, а на центральной дороге — большой полицейский пост. Они там специально, чтобы тормозить и разворачивать заблудившихся растяп.
— Значит, поедем просёлками.
Было у меня уверенное чувство, что глаза у полицейских с этого поста при встрече со мной будут зиять чёрными дырами.
— Хотите, я проложу оптимальный маршрут, хозяин?
— Это было бы великолепно.
НА ПОДСТУПАХ К ЗАКРЫТОЙ ЗОНЕ
Я потратил лишних десять минут, чтобы переложить вещи в бауле в более удобном для меня порядке. Более того, я предполагал, что покинув гостиницу, часть вещей переложи на сиденье. В частности — книгу, оставив её также, как в последнюю ночь — в раскрытом чемоданчике, и оружие. Если адепты культа человечка или какая-то нечисть вздумает меня преследовать, мне некогда будет рыться в ящиках и сумках.
Консьерж принял у меня ключи и предложил жидковатого чаю. Подумав, я согласился. Для утоления жажды подошла бы и просто вода, а хороший кофе буду искать, когда разберусь с основной задачей. Если разберусь. И если останусь жив.
Грузовик мой стоял нетронутым (во всяком случае, на первый взгляд). Я вынул из-под капота проработавший вчера весь день энергетический кристалл и вставил в гнездо подзарядки на крыше, а вместо него установил свежий. Нажал кнопку маскировки и с раздирающим душу скрежетом и скрипом отъехал от гостиницы.
Город я покинул по единственной пронизывающей его дороге. Хорошо, место здесь не было плоским, как тарелка и мне не пришлось долго тащиться, изображая колымагу. Как только крайние дома скрылись из виду, я остановился, быстро вынул из баула оружие, разложив его для максимально удобного использования, а следом — книгу, установив её на втором сиденье, как пассажира. Подумав, я дополнительно притянул её к спинке сиденья ремнём, чтоб при движении она не опрокинулась и не порвалась.
— Говорить можешь?
— Могу, хозяин! — восторженно ответила Книга. — О, прародительница вселенной! Я даже не помню, сколько лет не видела небес!
— Что за прародительница? — поинтересовался я.
— В божественном сонме моего создателя она была главным божеством. Это было… — она помолчала, — очень давно.
— Не будем грустить, — я активировал рабочую систему грузовика, — куда нам теперь?
— Движемся не торопясь. Если я не ошибаюсь, где-то через полкилометра будет съезд к старым шахтам. Нам нужно на него, оттуда есть сворот к закрытой зоне. Но съезд, скорее всего, зарос почти до полной неузнаваемости, им не пользовались лет пятьдесят.
— Значит, будем смотреть.
Некоторое время мы крались вдоль обочины, вглядываясь в придорожные бурьяны, но оказалось, что можно было так и не напрягаться. У старого сворота (действительно, значительно заросшего) стоял указатель-стрелка с надписью «Шахты».
— Как удачно! — обрадовалась Книга, едва не подпрыгивающая на сиденье.
Сейчас она мне напоминала дебютантку, впервые появляющуюся на балу в обществе. Впрочем, неизвестно, как бы себя вёл я, просиди я в глухом заключении хотя бы полгода. Тоже, верно, подпрыгивал бы от восторга.
Меня смущало, что вокруг не видно ни единой живой души. Понятно, что мы свернули на заброшенную дорогу — но хотя бы птицы? Какой-нибудь суслик?
Нет. Всё было тихо и пусто. Казалось, что нечто съедает из пейзажа краски, высушивает его, оставляя взамен только сухую песчаную палитру, без запахов, без звуков…
Поделившись с Книгой наблюдениями, я отвлёк её от восторженного глазения по сторонам и заставил задуматься.
— Могу предположить, что нас либо совсем здесь не ждут (вы всё же сказали, что поедете к морю), либо ждут сильно западнее, если принимать во внимание расположение центра интересующей нас зоны относительно Фробриджа.
— Хм. Возможно.
Спустя полчаса мы миновали отворот к старым шахтам. Отсюда можно было разглядеть центральные ворота, издалека показавшиеся мне покрытыми густой чёрной плесенью.
— А теперь прибавьте ходу, — оживилась Книга.
— Что это?
— Пауки. Рудничные пауки, простейшая нечисть. Учитывая, что живности здесь практически нет, вашему появлению они будут очень рады. Но днём они малоподвижны. Мы должны проскочить.
Однако скорость, с которой чёрная шевелящаяся масса двинулась в сторону приближающегося грузовика, заставила меня несколько пересмотреть мои представления о малоподвижности.
Я втопил педаль скорости в пол, и грузовик рванул вперёд практически прыжком. Хлестанули по кабине засохшие ветки кустарника на повороте.
— Они на стекле! — напряжённо сказала книга.
Да я и сам видел. Пяток пауков — сравнительно некрупных, размером с мелкое яблоко — словно прилипли к лобовому стеклу.
Впрочем, меня гораздо больше волновали те, что лавиной катились сзади.
Грузовик подскакивал на разбитой и потрескавшейся поверхности дороги, становящейся всё хуже. Я прибавил скорости ещё. Откровенно говоря, у меня были сомнения — успею ли я сформировать заклинание, достаточное для такой массы начисти, если остановлюсь, и смогу ли сделать это на ходу.
В этот момент под самым крупным пауком, прилипшим практически посередине стекла, со звонким «чпок» вылетел стеклянный кругляш, а сам паук свалился в кабину.
Точнее, он прыгнул! Прыгнул прямо на меня, целя в лицо. Клянусь, я успел рассмотреть его целеустремлённые глазки (гораздо больше восьми, насколько мне показалось). А ещё я увидел метнувшуюся передо мной лапку Книги. И услышал её шипение, потому что паук начал брызгать в неё какой-то гадостью. Тем не менее, Книга затолкала паука в рот вместе с пальцами и интенсивно заработала зубами.
Одновременно с тем же чпокающим звуком вылетели ещё два кругляша, но я был внутренне готов. Не дав им прыгнуть, я ударил воздухом, и обоих пауков откинуло в стороны.
— Последние мои! — выкрикнула Книга. — Скорость! Держите скорость, хозяин!
— Лишь бы колёса не отвалились, — пробормотал я, глядя на стрелку скоростемера, ползущую по полукруглой шкале в сторону больших цифр.
Уже сто десять!
Двое оставшихся пауков были помельче первых. Возможно, они не могли сами прогрызть (или пропилить?) стекло, а может, это было бы для них слишком долго. Во всяком случае, оба решили воспользоваться самой большой центральной пробоиной. Там они и были подхвачены Книгой. И с аппетитом съедены.
— Не снижайте скорость, хозяин! — хрустя хитиновыми оболочками, прочавкала она. — Они не отстанут, пока нас не отделит пара километров. А может, и все пять.
Поэтому мы летели. И хотя я старался выбирать дорогу получше, машину мне было откровенно жаль.
Вскоре окрестности приобрели вид совершенно высушенной степи или даже пустыни — твёрдая и ровная песчано-глинистая поверхность поглотила дорогу, растительности не осталось почти совсем — только какие-то редкие иссохшие стебли. Тут я остановился, выпрыгнул из машины и отскочил в сторону — убедиться, что нигде с боков или с крыши не прилепились неприятные чёрные пассажиры. Затем сформировал хорошее, качественное заклинание огня, и когда чёрное пятно преследователей оказалось в зоне доступа, запустил в его сторону массивный огненный вал, после чего сел за руль и погнал машину дальше.
Мы летели по пустыне ещё минут пятнадцать, пока я окончательно не убедился, что нас никто не преследует, сбросил скорость и начал оглядываться по сторонам. Здесь начали появляться отдельные скалы, и пейзаж сделался ещё более… нежилым, что ли?
Поэтому вид показавшейся из-за очередной россыпи скал таверны поразил меня чрезвычайно.