ДОПРОСЫ С ПРИСТРАСТИЕМ

Ещё одно примечательное событие случилось вечером следующего же за задержанием дня. Но узнал я об этом только на другое утро, потому что был плотно занят на допросах. Удовольствия в этом, признаюсь, не было никакого, поскольку я не отношусь к людям, которым нравится смаковать мерзейшие подробности. Здесь же требовалось вскрыть ритуалы в максимальных подробностях — чтобы у императорского суда не возникло даже края мысли о назначении щадящих наказаний всем участникам.

Каково мне было, к примеру, выслушивать, что сцена с жабой должна была завершиться не просто полным поеданием девицы. Через небольшой период времени (что-то около двадцати минут) тварь должна была начать переваривать жертву. При этом кожа её головы в области гривы начала бы источать особую слизь. Эту слизь следовала собирать и натираться по всему телу, после чего следовал кратковременный период паралича (по признанию всех участников ритуалов, довольно болезненного). А вот выход из этого состояния как раз сопровождался общим физическим омоложением организма примерно на двадцать лет.

Жаба была уникальная, и все инспекторы страшно радовались, что таким образом пресекли одно из жирных щупалец общества тёмных ритуалистов. Ритуалисты же в своих показаниях сходились в том, что существование жабы было залогом их молодости, и теперь многие из них переживали, что её уничтожение повлечёт за собой возврат их возрастных «долгов». Не могу отрицать, эта перспектива вызывала у меня некое злорадное чувство. Или, вернее — предвкушение возмездия. Шеф Харрисон же на одном из допросов, на котором присутствовал и я, сказал на это очередному омоложённому мерзавцу:

— Я бы на вашем месте радовался. Вряд ли вам удастся прожить так долго, что признаки старения сколько-нибудь значительно себя проявят.

Но в любом случае выслушивать этих мерзавцев было отвратительно. После двух-трёх часов возникало полное впечатление, что меня закинули в яму с тухлецом, и я с тех пор не могу отмыться.

Именно в таком настроении я зашёл в кабинет Джерри, а там он в компании Райдера из Второго отдела озадаченно рассматривает лоток, в котором громоздятся прозрачные, похожие на красное стекло, осколки. Выглядело красиво, словно натуральный природный кварц, причём очень чистой воды. Так и тянуло взять камешки в руки, полюбоваться игрой света в гранях

— Ого! — удивился я с порога. — Неужели в деле тётушки Сайруса наметились кардинальные изменения?

Райдер хмыкнул:

— То, что осталось от тётушки Сайруса, благополучно поживает в закрытом исследовательском отделе небезызвестной вам больницы. Доктор Флетчер каким-то чудным образом умудрился её стабилизировать.

— Почему чудным? — спросил я.

— Потому что то, что ты видишь — всего лишь следствие попытки проверить медицинским сканером одну из пострадавших в жабьем дворце на предмет простейших магических инфекций.

Я отдёрнул от лотка руку.

— То есть?..

— Я поясню, — сказал Райдер. — По признанию нескольких преступников, часть девушек находились в жертвенном зале в качестве охранниц. Между прочим, они как раз должны были дежурить на том балконе. Но вышло так, что из-за совместных действий Департамента и полиции у организаторов не вышло поставить новых девушек для совокуплений, и в день оргии между явившимися участниками культа образовалась некоторая… очередь. Это сочли неприемлемым, и тогда кому-то пришла в голову гениальная мысль задействовать в развлечениях охранниц.

— А охранницы не возражали?

— Этот вопрос мы тоже задавали, — поднял брови Джеральд и всё-таки взял в руки камешек, вызвав у меня непроизвольную дрожь, — но все преступники уверяли, что нет. Девиц предполагалось опросить после некоторых восстановительных процедур. И на первом же этапе обследования, как видишь — такой… оглушающий результат. До неё трое прошли сканер нормально. А эта взорвалась так, что осколки пришлось даже из стенной штукатурки выковыривать. Хорошо, что в кабинет приглашали по одной и само обследование предполагает необходимость встать за пластиной, но врач и медсестра несколько пострадали.

— Теперь мы находимся в некотором замешательстве, — потёр подбородок Райдер. — Никто из девушек не признаётся в том, что они подвергались магической обработке.

— Так они, скорее всего, и не знают, — предположил я.

— Вполне возможно. И даже наиболее вероятно. Все до единой считают себя обычными девушками. У них, в отличие от тётушки Сайруса, отлично сохранён кожный покров и даже кровеносная система.

— То есть, у них взяли кровь?

— Да, у всех. Обычная кровь, без изменений. Ну за исключением следов воздействия читаньских одурманивающих составов.

— Неужели никто из преступников не может опознать охранниц?

— Для большинства они были просто куклы для удовлетворения похоти, — пожал плечами Джерри, — а тот, кто (возможно) знает, делает вид, что не знает или не помнит.

Я с минуту подумал, постукивая ручкой по столу:

— Послушайте, джентльмены, кажется вы немного устали.

Оба уставились на меня с подозрением.

— Вы вспомните, Роза Сайрус была совсем не богата. Бедный квартал, неодарённые в магии соседи, вспомни, Джерри! Её зацепило краем наведённого заклинания, когда из соседнего дома похищали девушку.

— Точно! — Джеральд вскочил и тут же сел. — Я понял, к чему ты клонишь, но нет. Для жертвоприношений похищались девушки с очень высоким магическим уровнем, высшего класса, да. Из слабоодарённых, скорее всего, и делали охранниц. Но мы не можем прогнать их через сканер-определитель, поскольку существует опасение…

— Какой сканер, Джерри! Ты спал сегодня?

— Вообще-то, нет, — ответил за обоих Райдер, — мы были заняты по уши.

— И пили бодрящий сироп? — догадался я. — Поздравляю! Просто поднимите личные дела, в большинстве есть фото.

Они уставились друг на друга, и Джерри смачно припечатал себя ладонью в лоб:

— Это фиаско…

— Но погодите, — медленно проговорил Райдер, — всё равно остаётся риск… Что если девушку из списка одарённых тоже подвергли обработке?

— Вероятность этого крайне низка. И ничего не станется, кроме как проверить их всех поочерёдно на сканере. Только придётся соорудить защитную кабинку или нечто вроде того.

Райдер встал, как заторможенный:

— Спасибо, Уилл, ты нам очень помог. Я за личными делами!

— Я за тобой! — Джеральд покинул кабинет, хлопнув дверью. Я остался один. Некоторое время смотрел на лоток и наконец взял один из камней и сунул в карман жилета. Не знаю, зачем я это сделал. Просто решил послушать интуицию.

* * *

Часть этого дня я потратил на очередные допросы оборотней, о которых все словно забыли, но ничего нового из них так и не вытряс. А то же внутреннее чутьё продолжало настаивать, что что-то быть должно. Да, все трое пришли в ужас от настоящего фото жабы — и живой и (особенно) мёртвой. Ужас сменился угнетённым состоянием. Кажется, все они уверились, что скоро их настигнет нечто жуткое и мучительное. Но…

Но мне не давал покоя силуэт человечка. Я чувствовал, что роль его недооценена. Однако ни один из оборотней не сказал более о нём ни слова.

ТРЕВОГА

В обед следующего дня департамент был поднят по тревоге и направлен в клинику доктора Флетчера.

— Вчера и сегодня, — объяснял Харрисон, пока мы неслись к больнице в автобусе, — Райдер и Стокер занимались выяснениями личностей девушек, вывезенных из жабьего дворца (теперь все в Департаменте называли так здание, в котором проводились ритуалы). Часть личных дел оказалась без фотографий или же снимки были настолько нечёткие либо устаревшие, что им пришлось вызывать родственников для скрытого опознания. В итоге девушки были разделены на две группы, а у родственников, в соответствии с протоколом, взяты подписки о согласии на полное обследование.

— Хоть кого-нибудь проверить успели? — спросил Эванс.

— Предполагаемые трансформированные — все люди, весемь девушек, — кивнул Харрисон. — Возможные охранницы. Их нужно было перевести в закрытый спец-блок, где у доктора Флетчера есть аппаратура, которая, как считают профессора, даст стабилизацию кадаврам.

— Но ведь нет подтверждений, что все они — кадавры? — уточнил Тодс.

— Аппаратной нет, — согласился Харрисон. — Её просто не успели сделать, всё оборудование как раз в том блоке. А теперь, видимо, и необходимость в этом отпала. Потому что в момент перебазирования вся группа слаженно напала на охранников. Я понимаю ваши чувства, джентльмены. Эти девушки были жертвами. Но теперь они монстры. Одному из охранников такая жертва сходу оторвала голову. Спасибо, остальные среагировали быстро. Завязался бой. Какова ситуация на данный момент, мы не знаем. Также неизвестно, все ли кадавры на территории лечебницы.

— Однако… — пробормотал Эванс, и все инспектора как по команде принялись доставать и проверять оружие.