НУ КОНЕЧНО!

Был ли я рад? Конечно. Мисс Винкер мне определённо нравилась. Красива, умна, сексуальна, прекрасно держится в стрессовой ситуации — да ещё и недурно стреляет! С такой девушкой положительно следует завести знакомство поближе. По большому счёту я был не против, как это называется, «серьёзных намерений».

Единственное, что меня смущало — Андервуды давно уже не были богатым родом. На месте папаши-Винкера я бы счёл себя, пожалуй, не очень подходящей партией для дочери. Впрочем, Эрми, похоже, непрерывно вила из отца верёвки, и конечное слово всегда оставалось за ней.

Поэтому, когда после обеда она предложила прогуляться, предложение мистера Винкера о сопровождении нас было решительно отвергнуто взмахом маленькой ручки:

— Прекрати, папа! Мне кажется, все эти слухи о странностях в окрестностях Ллантрима чрезмерно преувеличены. Ты хоть раз видел живого тролля?

— Нет, но, дорогая…

— Вот и всё! — положила конец дискуссии Эрмина. — Я готова поверить в дураков, устраивающих розыгрыши, или на крайний случай в разбойников. А для этого у нас с мистером Андервудом есть оружие. Вы же вооружены, Уилл?

— Всегда, — подтвердил я, испытывая некоторую неловкость от того, что вынужденно оказался с мистером Винкером по разные стороны баррикад.

— Я тоже! — она довольно продемонстрировала нам закреплённую на боку кобуру. — Так что сегодня нам никто не страшен! Идёмте, Уильям, пока нам не навязали экономку в виде дуэньи!

Она поправила перед зеркалом шляпку, украшенную маргаритками, и первая выпорхнула на крыльцо.

— Хорошей прогулки, — выдавил из себя мистер Винкер, хотя по его виду более было похоже, что он хотел бы встряхнуть меня как следует и прорычать что-то в духе «отвечаешь за неё головой!»

Впрочем, мне не требовалось подобных наставлений. Взгляд мистера Винкера сверлил мне спину, словно пара револьверов, пока я спускался по ступеням. И едва удалившись из зоны слышимости строгого родителя, я просил Эрмину:

— А что за слухи, могу я узнать?

— Честное слово, чистый бред! — нахмурила она свои изящные брови. — Говорят, что кто-то из городских жителей видел в лесу троллей.

— Именно в лесу? Разве это не огромные скалоподобные существа? Насколько я помню, им для нормального существования нужны горы…

— Представьте себе! — засмеялась она. — Где Ллантрим — и где хотя бы ближайшие холмы! У нас даже скальных россыпей поблизости нет. И вдруг тролли!

— Действительно, очень маловероятная версия, — протянул я.

— Маловероятная и абсурдная. Наше семейство владеет этой усадьбой уже три сотни лет. И ни в одной из записей (я специально проверила) нет упоминаний о троллях. Я считаю, это молодые дурни из Ллантрима решили попугать своих подружек.

— Нападения происходят именно на девушек?

— Да не было никаких нападений! — поморщилась Эрмина. — Я же говорю, ни одного пострадавшего. Или пострадавшей. Только испуганные.

Мы перевалили пригорок, за которым виднелись верхушки деревьев. Дорожка весело побежала вниз, к зарослям ивняка.

Мне вдруг вспомнился связанный с троллями нюанс:

— А что насчёт мостов? Вы ведь в курсе, что отдельные особи этого рода приспособились скрываться именно под мостами?

— Конечно, — тряхнула она локонами. — Но сколько-нибудь крупных мостов у нас в округе нет. Не считать же таковым мостик через ручей?

Предчувствие кольнуло меня смутной тревогой. Я оглянулся вокруг внимательнее.

— Уильям, у вас такое лицо, — подозрительно сказала Эрми, — будто вы забыли, что мы вышли на прогулку.

— Д-да, я действительно… — тревожный звоночек звенел всё громче. — Милая мисс Винкер, а в какой стороне находится тот мостик через ручей?

— Собственно, говоря, мы почти пришли, — с улыбкой взмахнула рукой она. — Видите ивы? За ними по ложбинке как раз протекает ручей, мелкий и почти незаметный. Через него перекинут крошечный мостик, а за ним — Ллантримский лес.

Я остановился колом посреди дорожки:

— Мисс Винкер, интуиция инспектора подсказывает мне, что я должен сопроводить вас в безопасное укрытие, а сам проверить опасное место.

— Другими словами, вы предлагаете мне вернуться в усадьбу, тогда как вы пойдёте на проверку⁈ — возмутилась она. — Как только у вас язык повернулся, мистер Андервуд! Сейчас вы меня решительно разочаровываете.

— Но я не могу рисковать вами.

— А если я хочу остаться?

— Правда, парень, шёл бы ты своей дорогой, — сказал довольно грубый и хриплый голос.

Я резко обернулся. За моей спиной, метрах в пяти, стоял чрезвычайно неопрятный мужчина. Его пиджак и брюки выглядели так, словно пошиты были из очень грубой ткани, причём носились года два (или четыре), не видя чистки и стирки, а напоследок он ещё и как следует повалялся в какой-то каменоломне. И лицо у него тоже было серое, цвета булыжника, да ещё с очень крупными чертами лица.

— А девушку нам оставь, — сказал второй, похожий на первого так, словно их вылепливали по одной форме, выступая из-за раскидистой ивы слева.

— Наконец-то нашлась смелая девушка, желающая остаться! — хрипло захохотал третий такой же, выходя справа. — Мы славно проведём время. А ты вали отсюда.

Они действительно смахивали на камни, поэтому испуганные девицы и приняли их за троллей. Но они совершенно не походили на классических троллей, даже близко! И тягостного ощущения нечисти от них не исходило. Странно.

— Вы кто такие? — спросил я.

Если твари говорят — значит, они как минимум полуразумны. Почему бы не получить информацию из первых рук?

— Не твоё собачье дело! — рыкнул правый.

— Мы на своей земле! — довольно нагло заявил первый.

— И в своём праве! — поддержал его левый.

И все трое двинулись на нас.

— Стоять! — вскрикнула Эрмина, в ручке которой уже появился револьвер.

Бандиты (будем называть их так) только засмеялись. Признаться, и смех у них был похож на троллий — хриплый и скрипящий.

— Лучше бы вам не нарываться на неприятности, — сказал я, вынимая РШ.

И в этот момент Эрмина выстрелила.

Я видел её стрельбу в тире, поэтому с уверенностью могу сказать: Эрми не промахнулась. Она сразу целилась не в тушку, а в ноги, стремясь остановить ближайшего к ней — правого. Грохнул выстрел. Пуля ударила существу в колено… и отскочила. В заскорузлой брючине образовалась дыра, в которую было видно нечто серое. Вместо крови посыпалась каменная крошка…

— Ах ты, дрянь! — взревел центральный камнелюд (похоже, главный). И все трое двинулись на нас быстрее.

— Мисс Винкер, бежали бы вы домой, — сказал я, озираясь. Не факт, что этих существ всего трое!

— Я боюсь одна, — всхлипнула она. — А ещё я на каблуках.

— О, женщины! — усмехнулся я, покачав головой. — Вы не оставляете мне выбора…

РШ рявкнул куда громче. В отличие от Эрмины, я не жалел этих тварей. В бочине центрального образовалась огромная дыра, из которой плотной струйкой потекла серая пыль.

— Ты что творишь⁈ — левый хотел броситься ко мне. Выстрел РШ ударил его в плечо, разворачивая. Камнелюд зарычал — может, от боли (если он способен испытывать боль), а может, от ярости.

— Ты повредил Томми! — завопил левый. — И причинил вред Джеку!

Гляди-ка, какие занятные определения.

— Ещё один шаг к нам навстречу, и я разорву вашего Томми пополам. Пока у него остаётся шанс залепить дыру бетоном… или чем уж лечат таких тварей, как вы, я не знаю. Но если он получит вторую пулю, за ней последует третья, в башку. Склеивать будет нечего, я вам гарантирую.

— Ты не похож на копа, — прошипел левый, зажимая пробитое плечо.

— Вы тоже не похожи на добропорядочных граждан, — холодно возразил я. — Скажите спасибо, что вы не очень похожи на нечисть, иначе я бы с вами не разговаривал. А вот кто вы такие, я выясню в участке. — Я слегка (насколько это было возможно, чтобы не выпускать из вида серых мужиков) повернул голову к Эрми: — Далеко отсюда до Ллантрима?

— Около двух километров, — слегка дрожащим голосом ответила Эрми.

— Вы в состоянии идти?

— Да.

— Прекрасно. Эй, вы двое, поздоровее — взяли под руки самого больного и тащимся в Ллантрим. Да без разговорчиков, иначе я живо уменьшу вам количество конечностей.

— Ты ещё пожалеешь, — проскрипел правый.

— Уже сожалею, что не грохнул вас тут и не продолжил спокойную прогулку с дамой, — усмехнулся я. — Напоминаю также, что ваша фраза является прямой угрозой сотруднику Департамента по противодействию нечисти. Шевелите ногами бодрее, господа.