— Пошли в квартал обедневшей знати за Джеймсом Кенри, — приказал я Эйбу, когда меня, сопроводив до дома Эшфордов, наконец оставили в покое ненадолго. Суд должен был состояться на следующий день по полудню.

— Вы с ним не встречались пять лет, — удивился моему выбору Эйб.

— Тем лучше. Старые друзья по университету встретились у меня в доме и напились до беспамятства. Такого, что Джеймс, перепутав свою комнату, вломился в спальню юной девушке. Та, скажем, пыталась убежать от воспылавшего к женскому телу взрослого мужчины. Но, как показывает практика, не смогла. Конец их мимолётных отношений — тюки сена на конюшне. Так ему и передай. К тому же его отец давно мается мыслью, как бы найти ему достойную жену. Чем ему не жена после того, как её опорочили? Лучше уж так, чем конюх.

— А что с конюхом?

— Парень подтвердит всё слово в слово, ориентируясь на театральный талант Джеймса. Всю свою историю. Главное, чтобы ни один из них не запинался на фактах.

— В таком случае позвольте откланяться.

— Да, выйди так же незаметно, как и зашёл. Тебя здесь не было.

Эйб выпрыгнул в окно и, спустившись по толстой кроне дуба, исчез в тени сада.

— Дело за тобой, Джеймс. Должок по картам отдать можно по-разному, а тебе — пора остепениться. И так раскидываешься деньгами...

* * *

— Соберите внутренний совет, без лорда Блэйка! — стуча клюкой по мраморному полу, судья Альмар Луглас шёл, сгорбленный, как трухлявый пень. Руки, скрюченные на набалдашнике его трости, сжимали серебряного грифа так, что выпирали костяшки, поражённые страшнейшим артритом. Но он намерен был сообщить Его Величеству всё лично.

— Его Величество не в духе, чтобы принимать у себя, — заметив старика, сообщил дежуривший у приёмного кабинета офицер.

— Дай угадаю, младший принц вновь рассказывает о похождениях наследного? Мальчик, это мелочи по сравнению с тем, что Его Величество обязан узнать, прежде чем соберётся высший совет. Пропусти, иначе моя клюка пробьёт тебе хребет! — проскрипел судья Луглас, угрожающе гремя своей уликой по мраморному полу.

Офицер, хоть и пышал своей атлетичностью, разом сдулся под взглядом главного судьи. Почувствовав себя совсем мальчонкой, он промямлил:

— Я узнаю у Его Величества, можно ли вам аудиенцию вне расписания, раз уж на то пошло...

— По-моему, я ясно выразился. Пропусти меня, малец! — судья Луглас поднял клюку, пока только предупреждающе. А там посмотрим по обстоятельствам.

— Эй, — послышался ленивый голос правителя. — Какого лихого духа вы там шум развели? Что произошло?

Дверь приоткрылась. Перед судьёй стоял принц Дорман. Он приветственно улыбнулся старику, кивнув, чтобы тот спокойно шёл, не лебезя перед дурачьём. Хотя старик и сам был из знатных дуэлянтов своего времени.

— Ваше Ве...

— Ваше Величество! — приободрившись, судья Луглас высокомерно хмыкнул, глянув на юного офицера, и, стуча по полу своей устрашающего вида тростью, что могла пришибить любого прохожего, кто ему не поглянется, прошёл в королевскую приёмную.

Король восседал в кресле у окна и парил ноги в тазу, куда слуга подливал только что вскипевшую воду тонкой струйкой. А увидев второго старика, рука слуги дрогнула, и тут же разнёсся хриплый окрик Его Величества:

— Ах, больно! Негодник, смотри, что ты наделал! Эй там!

Офицер тут же появился в проёме.

— Брось его!

Мальчонка упал на пол и начал биться лбом о камень, вымаливая прощение. Король медлил, смотрел и упивался своей властью над бедной душонкой, которой и пятнадцати не было.

— Ваше Величество, не там вы гнев свой выплёскиваете. У нас в стране проблемы посерьёзнее, чем ваши обожжённые ступни! — раздражённо бросил судья и без приглашения сел напротив в кресло у окна. Солнечный свет морил стариков, приглашая ко сну. Но дело срочное. Только после него можно и отчалить по опочивальням.

— И что, по-твоему, Луглас, важнее, чем наказание этого бедняги?

— Измена, Ваше Величество, измена! — прокричал он во всеуслышание. — И она у вас под носом, а вы — слепы, как крот, и доверчивы, как ангел!

— Кто стервец? Нет-нет, не говори. Я сам догадаюсь, друг мой ненаглядный. Это наш обвиняемый насильник, герцог Торн, опустился до такой низости?

— Ой, вы смотрите совсем не в ту сторону, Ваше Величество. Ваш разум затуманил сладкими речами этот самый ублюдок, отошедший от служения короне!

— Не томи же, я того не люблю, — брезгливо отмахнулся Его Величество.

— Лорд Блэйк!