В тот миг дверь с грохотом распахнулась, ударившись о серую стену, и, вылетев из петель, повисла, будто никогда и не представляла из себя крепкую защиту. Любой мог её выломать. Магнус, влетевший в покои подобно ураганному ветру, держал меч наизготове.

«Слышал ли ты ранее мои истошные крики, или всё же в последние секунды?..»

Лицо Магнуса перекосило от ярости, глаза блестят в темноте. Такие тёмные и страшные. Сверкающие во мраке… За его спиной — Эйб и ещё двое воинов преградили выход для отступления. А я всё так же висела над полом, пытаясь не задохнуться от нехватки кислорода и смрада незваных гостей.

— Взять их! — прогремел голос мужа в моих покоях и голове.

Стража ринулась на двух замешкавшихся подельников, а сам Магнус — к нам.

— Стой! — взревел бородатый со шрамом на пол-лица, приставив нож к моему горлу, и я замерла. — Прирежу твою суку! А её я пока так почикал, слегка. А если хорошенько…

Но он замешкался, увидев, как его друзей просто… проткнули! Миг — и нет их. Повисли безжизненными тряпицами. Потеряв уверенность в своём нехитром дельце, тот резко откинул меня в сторону, и я осела со стоном, отползая в угол, к самому окну.

Не обратила внимания, как завязалась короткая потасовка. Если честно — не до того было. Я пыталась понять, насколько же этот подонок с чёрной душонкой смог ранить меня. Но в полумраке ничего не смогла разобрать, кроме неразберихи вокруг.

Послышался сдавленный стон, и тело моего неудавшегося убийцы упало на колени перед Магнусом, с занесённым над его головой мечом. Поняв, что сейчас свершится ужасное, я инстинктивно закричала:

— НЕТ!

Как будто это делают со мной. Страх вернулся… Тот, о котором я начала забывать.

Увидев моё лицо, Магнус замер, но меч от шеи ублюдка не убрал. Придавив того к полу, он спросил при всех:

— Эта тварь надругалась над тобой?

Я зажмурилась, отрицательно мотая головой. Хотелось в этот миг сквозь землю провалиться. Сказать такое не наедине, а при всей братии!

«Стыд-то какой!..»

— Взять его! — послышался его разъярённый голос. — В темницу. На допрос!

«Допрос… Зачем? Этот убийца-неудачник и так сказал мне, от кого столь “пламенный” привет в мой огород».

Всё остальное — как в тумане. Крики, когда мужчину подхватили под локти, таща в темницу — катакомбы без окон… Бородатый бился, рычал, но не обмолвился более ни словом.

— Ответишь на мои вопросы и пойдёшь к праотцам, — бросил вслед Магнус.

Дверь за воинами захлопнулась, когда те вынесли из моей спальни последнее тело. А я всё так же сжималась в комок в самом тёмном углу.

И когда рука Магнуса легла на моё плечо — я чуть в голос не завизжала. Он подхватил меня на руки, сказав:

— Ты не будешь ночевать в этом свинарнике.

А затем его рука застыла, задев мой бок, и я прошипела, подобно дикой кошке.

— Ты ранена?!

— З-задета…

Но он уже будто не слышал. Выбежав со мной в коридор, прокричал мимо пробегающей служанке, которую, по всей видимости, послали узнать, что случилось в восточном крыле:

— Лекаря в мою спальню! Быстро!

* * *

Как только захлопнулась дверь в мои покои, я опустился с Мэриэн на руках на край кровати. Руки дрожали, когда я коснулся её бледнеющего на глазах лица.

Лекарь, как назло, ещё не пришёл. Но ждать я был не намерен. Корю себя за то, что просиживал вечер в компании лэрдов. Да ещё после того, что с дурной головы сделал. Почти что… чуть не взял жену против её воли. Мог. Хотел. Безумно желал ворваться, разрушить границы меж нами, прорвать плоть. Но не стал, чёрт возьми. Довёл до изнеможения и покинул.

Лучше бы вообще не уходил. Лучше бы исполнил долг мужа, как должно. И теперь, из-за моей халатности, Мэриэн ранена…

— Где, Мэриэн? Покажи, где именно рана? — рука дрогнула, я не стал касаться пропитанной кровью ткани.

— Бок, — прошептала она. — Кажется, не сильно глубоко…

Всё же, не дождавшись лекаря, — рискнул. Осторожно, как мог, отодвинул ткань. Взгляд упал на рану.

— Глубоко, — прошептал пересохшими от волнения губами. Впервые я почувствовал страх не за свою шкуру.

«Дура, какая же ты дура. Зачем ты впустила незнамо кого?..»

— Я не знала… — как будто читая мои мысли, Мэриэн разрыдалась. И это были первые девичьи слёзы, которые не выражали злость ко мне. — Всё, что я думала тогда — бедный старик…

— Старик? — я нахмурился. — Кто сказал тебе, что это старик?

Она замотала головой.

— Не знаю… Служанка. Я никого тут не знаю. В этом замке. Он не мой…

Я топорно выругался.

— Лекаря! — крикнул я, выходя в коридор. — Немедля!