Магнус и не думал отступать. Его ладонь размером со звериную лапу сжала моё плечо сквозь ткань плаща — не то чтобы больно, но так, чтобы я не вырвалась и не юркнула в щель между его ручищей и сидением. Не пролезла в другую сторону. Всё равно поймает. Бегать по маленькой и вдруг ставшей тесной карете — не представлялось возможным.

Сквозь ткань чувствовался его пульс, такой же бешеный, как взгляд. Звериный.

— Отпустите, милорд... — повторила я «молитву». Голос превратился из хрипа в мышиный писк. Тихий и незаметный обычному человеческому слуху. Но его это только раззадорило, казалось, до крайности.

— Я уже сказал — не хочу.

— Магнус…

— Мэриэн, Мэриэн… Не надо нагнетать, иначе... — он наклонился к моему уху. — Обещать ничего не могу, жена.

Я видела иного человека, и это пугало. Неприличный жар прокатился по телу, а внизу живота — ком из змей. Всё скрутило. Дышать стало невмоготу. А он всё смотрел и смотрел… Там, в глубине его тёмно-голубых глаз, горело что-то первобытное, от чего у меня подкашивались колени. Даже сидя.

— Вчера... — начала я.

— Что было вчера?

— Вы не должны были так поступать со мной.

— Должен? — он чуть ли не облизал моё ухо, говоря так близко. — Я твой муж. И имею право на тебя. Как бы ни было отвратительно лично твоей непорочной душе, Мэриэн.

— Но вы обещали ждать моего ответа до весны.

— Обещал. И жду. Пока что жду. Но… Твои слова всё больше расстраивают меня, чем дарят надежду, жена моя.

Попытка вывернуться из-под его ладони провалилась. Магнус не отпустил, схватив покрепче и вжав в стенку кареты. Я чуть ли не застонала.

— Ваши «искренние» порывы отнюдь не похожи на ожидание, муж мой.

— А что, по-твоему, похоже? Смиренное молчание и кивание головой на все твои «предложения»? Не рассчитывай на то, чего возжелала, Мэриэн. Ты слишком много хочешь за столь короткий промежуток. Уж месяца не прошло, как мы супружеская чета, а ты клинья между нами самовольно вбиваешь! Некрасиво… Совсем не похожа ты на ту девицу, что представили мне до свадьбы.

Я отвернулась к окну, откуда просачивался холодок. В груди горело незнакомое чувство. Не тот страх, что раньше. Ноющее непонимание себя самой. Что я в действительности хочу сейчас?..

— Я не знаю, — прошептала я. — Я ничего не знаю… Я… запуталась. Вы меня запутали, герцог…

Магнус смотрел на меня. Долго, не отрывая взгляда, прожигая во мне точку. Бездну — чернее некуда. А после — отпустил, не промолвив более ни слова. Сел на противоположное место и всё так же, расставив ноги не по-джентльменски.

— Полно нагнетать. Не стоит бояться того, чего нет на самом деле, Мэриэн.

— Лжёшь. И себе, и своему мужу. Врунишка. Ну?

— Ч-что?..

— Скажи правду, дорогая. — его рука вновь оказалась подле меня, и Магнус поддел мой подбородок указательным пальцем. Мягко повернул к себе, чтобы видеть выражение моего лица в этот момент. Только оно не врало. Подчистую сдавая владелицу.

Выдохнув, признала поражение:

— Я боюсь, — призналась я. — Но не вас.

«Себя». — хотела произнести, но остатки здравого смысла удержали от ошибки — стать ближе, чем надо. Попасть в те же сети.

Сжав руки до побеления, я уставилась в окно — на мелькающий перед глазами белый плен. Мне не выбраться. И мои намерения раскрыты. Дура! Ты повелась на собственные эмоции, выдав все карты на стол.

— Знаешь, — его голос вернул в сознание. — Ты, никак, боишься себе признаться в обратном. Я тебе чертовски нравлюсь.

— Самоуверенный му…

«Мужлан» — хотела бы сказать, но не успела. Колесо наскочило на кочку. А после встряски за окном начали сгущаться тени. Полосы от тонких веток буквально касались, а порой и царапали стены кареты. С непривычки я вскрикнула, чуть не упав в его объятия.

Дорога становилась всё уже. Я не знала, что за горой есть леса. Да что я вообще могу знать о Севере, кроме того, что его люди так же холодны, как горы и льды замёрзших рек.

Ветви нависали над крышей, создавая диковинную тенистую арку.

— Сколько нам ехать? — спросила я, сменяя тему на светский непринуждённый разговор.

— Двое суток. По сравнению с Мердоками клан Волков не так уж близок. Придётся разбить в лесу лагерь на ночь. Советую тебе не бродить ночью одной. К вам будут приставлены мои люди.

— Для чего? — надеясь услышать другой ответ, спросила я. Но Магнус лишь подтвердил подозрения.

— Чтобы вас, жена моя, не растерзал дикий зверь, приняв за кролика. Что очень легко сделать в темноте.

— Вы меня успокоили…

Ну а после мы спокойно доберёмся до Лорда Рейнара. Ты знаешь о нём хоть что-то, Мэриэн?

Магнус неспроста задал мне этот вопрос. Я раскрыла себя, ведя слишком смелый диалог с леди Бертой?.. Но в это самое время Лорд Рейнар лежит в своей постели, умирая. Магнус ещё не знает, значит и я не должна ничего говорить. Он был ранен на охоте. Разъярённый вепрь вспорол ему бок и ранил так сильно, что лекари только качают головой, говоря его семье готовиться к худшему. А до королевского лекаря невозможно добраться вовремя. Рейнар, скорее всего, уже не жилец.

— Нет, ничего не знаю. Также, как и не знала многого до момента нашего союза пред богами, — соврала я.

Тем, кто отдаёт последнюю честь этому миру — не следует мешать. Как бы ни хотели помочь…

— Что ж, думаю, тебе понравится мой друг и соратник по оружию. — с этими словами Магнус отпустил меня.

— Да, понравится.

Я не сказала ему, что Рейнар уже при смерти. Что клан Волков погружён в траур. И что мне придётся сделать выбор, который изменит всё.