Зернохранилище — длинный сарай с земляным полом и деревянными закромами, простеленными соломой. С крыши текло прямиком на ещё не вынесенные мешки с зерном. Дыры в трёх местах. Вода собиралась в лужи, мешки, стоящие на настиле, пропитались влагой снизу.

Или срочно сушить, или на выброс.

А сушить — дело не быстрое. Нужно тепло огня в первую очередь. Да где найти столько дров за раз…

— Видишь? — Берта ткнула пальцем. — Сгниёт всё, до весны не дотянет.

Я подошла к деревянным коробам и постучала по дереву.

— Настил нужно поднять. Сделать выше, чтобы зерно не тянуло влагу от земли. Протечки забить паклей со смолой — это временно. А вообще крышу перекрывать надо.

— Знаю, — огрызнулась Берта. — Но где взять руки на сруб леса? Сильные мужики на промысле, вернутся через месяц.

— А женщины?

— Что — женщины?

— Женщины вашего клана не умеют чинить крыши?

Берта замерла.

— Ты предлагаешь...

— Я предлагаю спасти зерно. Если есть смола, пакля и доски — женщины справятся не хуже мужчин. Не думаю, что северяне нежные и брезгливые к такой работе.

Берта смотрела на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

— Ишь ты умная… Намекаешь, что наши девки слабы?!

— Я ни на что не намекаю. Но решение — за вами, леди Берта.

Наверное, я выразилась слишком резко. Потому что она сощурилась уже недобро. Почти как в нашу первую встречу.

— Герцог Торн, похоже, это не только политический брак между Севером и Югом.

Берта не стала миндальничать, выдав всё напрямую. Грубая правда. Брак заключался не между мужчиной и женщиной, а между силами двух сторон королевства.

— Заметно, — Магнус приобнял меня за плечо, притянув к себе. Так, что и возразить нельзя.

* * *

Два дня в клане Мердоков пролетели незаметно.

Прибывшие с нами воины чинили крышу, женщины сушили зерно, то и дело ругаясь по мелочам. Быт, как и везде — одинаков. Даже мы с Мод делали то, что нам по силам. Никто не остался в стороне от беды, которая могла погубить немало людей. Голод, особенно зимой, — беспощаден.

Мне казалось, что мы с Бертой нашли общий язык. К моему удивлению, «старая карга», как я бы назвала её раньше, прониклась ко мне толикой уважения. Стоило мне, пока Магнус не видит, каким непотребством занимается его леди, залезть в юбке на стропила и торжественно забить последнюю дыру паклей.

— Герцогиня не из южных знатных белоручек, — буркнула она уже вечером, вручая мне увесистый мешочек с сушёной рыбой. — Небольшой дар за труды. Лишним не будет.

* * *

— …она сама залезла на стропила, милорд.

Эйб заметно нервничал, сообщая мне о «подвигах» Мэриэн. Боялся, что взбешусь. Позор — герцогиня светит нижними юбками. Да вот только перед кем там светить? Мужчины рубят и обрабатывают дерево, женщины заделывают щели. Разве что бельём друг перед другом хвастаться.

— Собственными руками, — добавил он. — Местные бабы сначала рты разинули, а потом полезли следом. Леди Берта к вечеру первого дня уже не ворчала, а сегодня — вручила подарок вам в дорогу. Я всё загрузил в грузовую карету.

Я сидел в кресле, так и не сделав ни глотка местного грога. Спросил — скорее из интереса. Зная характер Берты, не верилось, что всё прошло гладко. В отличие от её мужа, Берта — истинная хозяйка клана Мердоков.

— У Мэриэн были конфликты с Бертой?

— Не без этого, но всё по делу. Если вы имеете в виду пустословие — нет. Видимо, именно это и покорило медведицу.

Меня пробрало на смех, еле сдержался. Медведица нашла медовуху…

— А ещё, — продолжил Эйб, — вам не кажется странным, что леди Мэриэн знает то, что обычно знают мужчины? Не женское это дело… Её отец учил её всему, что знает сам. Милорд?

— Мой тесть потерял жену и старшего сына от болезни, насколько мне известно. После не женился, вложив всё в единственного ребёнка. Ничего удивительного. Не стоит строить теории там, где их нет.

Я махнул рукой:

— Ступай, Эйб. Мне нужно подготовиться к докладу и сбору десятины.

* * *

— Вы слишком сблизились с мужем, госпожа. Может, и полюбите, — вдруг начала Мод.

— И думать не хочу. Вскоре я обозначу свои истинные намерения. Прямо после общинного сбора, — ответила я, собираясь.

Чем дольше я рядом с Магнусом, тем сложнее мне его ненавидеть…

Сбор прошёл чинно и без происшествий. Магнус принимал отчёты от старост, обсуждались планы на суровую зиму, подати и возможное снижение налога на землю в эти сложные месяцы.

Я же молча сидела рядом, потупив взгляд, и в последний раз изображала примерную супругу.

Первый намёк на будущие покушения от Вивьен привёл меня к мысли — тянуть дальше равносильно смерти. От этой мысли мне впервые стало тяжело. Сердце сжалось. Ведь совсем недавно Магнус проявлял ко мне внимание. Пусть и скупое, грубое, скрытое под слоем льда.

Когда последний член клана вышел из зала и мы остались наедине — даже его верные вассалы покинули нас, — я встала и, подойдя к нему, произнесла:

— Нам надо поговорить.

Магнус лениво поднял голову.

— О чём?

— О нашем разводе.