Мифы продолжают жить и в наши дни, и корейские мифы — не исключение, а, наоборот, ярчайшее свидетельство того, как сюжеты мифов и привычные герои переосмысляются и вновь появляются во всем своем великолепии.

Мифические герои и сюжеты появляются в клипах и текстах корейских известных исполнителей. Например, популярнейшая группа Stray Kids часто обращается к корейской мифологии и делает отсылки к традиционной корейской культуре. Тут и драконы, и злые духи, и короли, и исполнители народной музыки сориккуны… А сколько снято фильмов и сериалов на основе корейской мифологии! Не перестану восхищаться тем, как сериал «Токкэби» («Гоблин» в русском переводе) романтизировал образ лесного духа с дубинкой и дал начало сотням вариаций на тему токкэби в массовой корейской культуре. Множество корейских сериалов и фильмов построены на истории принцессы Пари, которая провожает в загробный мир потерянные души. Жить и работать мифическая брошенная принцесса теперь может в отеле, прачечной и даже в ресторанчике на колесах! Корейские фильмы и сериалы опираются на корейскую мифологию, но пересказывают ее для нового поколения, наполняя новыми смыслами.

А сколько сюжетов, основанных на корейской мифологии, в современных книгах! Чаще всего это упоминания шаманок как посредниц между мирами. Какие-то авторы делают прямые отсылки — например, та же «Пари-теги» Хван Согёна. У других авторов отсылки на мифологию кажутся естественными — например, книга для детей «Лунный сорбет» писательницы Пэк Хина.

^{Современный элемент декора около королевских гробниц Чосона, 2018.}

^{Фотография Н. Чесноковой}

Мифы связаны и с формированием современного сознания. Национальные нарративы о великом прошлом или собственном пути упираются в изначальный миф. В истории Кореи это миф о Тангуне, который отражается даже в теориях корейского этногенеза в КНДР. Мифы о борьбе с врагом или о спасителях тоже пронизывают всю историю и влияют на современное мышление. Например, во время протестов против Пак Кынхе среди плакатов выделялся «Ты хуже Кунъе!». Хотя, конечно, сравнивать Пак Кынхе с кровожадным и безумным Кунъе — задачка не из легких. Мифы могут встречаться и в современной рекламе. Один косметический корейский бренд использовал в своей рекламе образ красавицы Сосоно — жены Чумона, матери Онджо и Пирю. Реклама была распространена только в Республике Корея, поскольку за ее пределами объяснить в паре кадров важность героини было бы затруднительно. Мне нравится название логистической компании «Канним», которое тоже сразу отсылает к шаманской песне о страннике между мирами.

Герои мифов появляются в изобразительном искусстве, в компьютерных играх, в анимации. Удивительный хэчхи, например, символ Сеула, и мы можем сфотографироваться с его каменным изваянием у дворца Кёнбоккун, затем увидеть его изображение на городских такси, а потом спуститься в магазин и потискать мягкого и пушистого хэчхи-игрушку.

Мифологические сюжеты и символы используются лидерами новых религий и духовных практик, а к мифологическим моделям обращаются в апокалиптических ожиданиях, утопиях и даже в экологическом сознании! Выходя на прогулку в горы, тут и там встречаешь подношения горному духу, каменные башенки загаданных желаний.

Словом, корейская мифология продолжает иметь большое значение в современной Корее. Это глубокий культурный механизм, который сохраняет и передает историческую память в символической форме и пронизывает современную жизнь — от языка и искусства до политики и личных переживаний человека, воплощенных в образе или слове.

Знакомясь с корейской мифологией, мы можем глубже понять Корею — и традиционную, и современную. А заодно можем лучше осмыслить мифологию собственную. В эпоху глобализации, когда стираются границы, особенно важно ощущать свое «я» — историю, культуру, традиции и ценности. И важно ощущать другого — не чужого, а немного инакового.

Надеюсь, что благодаря этой книге Корея станет хотя бы чуть-чуть ближе к тебе, дорогой читатель.