Я с надеждой посмотрела на Ренци:

— Скажи, что я несу полную чушь.

— Как это ни странно, но нет, — мотнул челкой Дориэн. — И если остальные детали как-то впишутся в твою теорию, то мы получим очень неприглядную картинку. Я бы, конечно, предпочел, чтобы это было не так, но первый закон боевой магии гласит: «Если вы хотите чего-то избежать, оно вас непременно настигнет».

— Умеешь ты поддержать, — скривилась я.

— А зачем твоему отцу нужен был осколок венца? — синий взгляд прожигал меня, заставляя ощетиниться.

— Ну разумеется, чтобы злодейство совершить! Это же Чаргетто! Что еще от него ждать? Так ты думаешь, да? Сам-то ты откуда столь хорошо осведомлен о силе артефакта?

— Прекрати! — осадил меня Ренци. — Если ты сейчас еще раз швырнешь в меня боевым, то попадешь не в лабораторию к Гвидиче, а в лазарет.

Но у меня в груди все клокотало.

Даже теперь, когда у него на глазах меня подставляют, пытаются убрать с дороги, он отказывается принимать очевидное. Мой отец попал в такую же ситуацию.

Только почему он не смог выпутаться?

Что ему помешало? Он же был умным, сильным, талантливым… Его собирались сделать послом в Хвиссинию… И в один миг блестящая карьера и счастливая жизнь были втоптаны в грязь чьим-то сапогом. Чему папа помешал?

Я отвернулась от Ренци. Он такой же как все.

— Чаргетто, ты кому-нибудь еще рассказывала про осколок?

— Нет, — буркнула я, но потом взяла себя в руки и продолжила: — Я и с Дальтиго делиться не собиралась. Он вообще изначально заинтересовался кое-чем другим…

— Это чем это? — вдруг взревел Дориэн. — То-то мне показалось, что вы стоите друг к другу слишком близко!

— Перестань говорить всякий вздор! У него есть невеста! Хотя, что это я… Ты, наверное, по себе судишь? Тебе наличие невесты ни в чем не мешает. Помолвочное колечко не жмет? Ой, прости… Ты же его не носишь…

— Оно не держится, — фыркнул Ренци. — Не отвлекайся, что там с Дальтиго?

Силы Небесные, можно я его убью? Ну, пожалуйста!

— Ничего. Я, собственно, не знала, что за вещи в коробке. Мне и в голову не могло прийти, что нечто настолько важное может запросто храниться в обычном ящике в библиотеке. Самое удивительное, об этом наследстве знали двое, и никто не проговорился.

— Двое? — удивился Дориэн.

— Да. Сама мэтресса Тилозо и ректор Коренжи, который коробку и запечатал. Странно, что Дальтиго до сих пор не проболтался своему дяде.

— Это как раз не странно. Кристиан Натори — выпускник Седьмого факультета и друг императора. Если ему в руки попадет этот осколок, то Рамису будет до него не дотянуться. А в плане безопасности — еще проще. Пока часть венца у тебя — его не смогут собрать. Восстановленный артефакт в грязных руках — страшное оружие, это даже такой дохлый теоретик, как Дальтиго, понимает.

Я бы не назвала Рамиса дохлым. Его мускулатура не сильно уступала мышцам тренированного боевика. Но я предпочла оставить это мнение при себе, чтобы опять не выслушивать фантазии Ренци.

— Я думаю, что нападения на адептов сейчас и то, что произошло в резиденции императора много лет назад, — вовсе не совпадение. Никакое это не подражание. Просто мы не понимаем конечную цель, а скорее всего, это многоходовка, в которой, каждая кажущаяся ошибка, ведет нас в неправильную сторону, чтобы мы не помешали осуществлению главной идеи.

— Тебе тоже кажутся странными обвинения пострадавших? Выяснить, что это не были не мы, с каждым разом становится все проще, — я стиснула кулаки. — Я просто не понимаю. Выходит, Велия — лишь марионетка, звено в цепи, которая тянется откуда-то издалека. Монферо? Кто он — организатор или исполнитель? Или вообще, всего лишь человек, который никогда не был другом моему отцу и теперь показал свое истинное лицо? Какое отношение к этому имеет осколок венца? На кого указывают записки? У меня сейчас голова взорвется… — я устало потерла переносицу.

Это еще слабо сказано.

Теперь я знала, что сны, преследовавшие меня когда-то и вернувшиеся вновь, — это вовсе не сны, а провалы в памяти. И как видно не у меня одной. Разве могла моя тетя не знать, что я играю с наследником Ренци? Почему я об этом забыла, а Дориэн помнит, но не узнает меня?

— Завтра мы поговорим с леди Лирди, — напомнил Ренци. — Она особа взбалмошная, но в разумности ей не откажешь. В конце концов, то, что она порвала с Натори, говорит в ее пользу.

— Порвала? — я была ошеломлена.

— Она его бывшая невеста, — словно само собой разумеющееся сказал Дориэн. Можно подумать, я была вхожа в светские круги!

Надо же. Количество бывших невест и невест действующих возрастает день ото дня.

— Ты надеешься, что она расскажет нам о деталях происшествия в императорской резиденции? С чего ты взял, что леди станет с тобой откровенничать? — изумилась я. Разумеется, я считала, что попытаться стоило в любом случае, но такой уверенности, как у Ренци, что мы получим ответы на вопросы, у меня не было.

— Я был представлен Алессии, у меня неплохие отношения с ее женихом. Ее лучший друг — мой кузен… Не думаю, что леди Лирди откажет мне в небольшой услуге.

Ого! У леди уже другой жених! Насыщенная у нее жизнь.

Я не могла сказать точно, завидую ли я, но определенно посмотреть на эту Алессию мне было любопытно.

В мои мысли вторгся бой часов.

— Кажется, нам пора, — вздохнула я.

Ренци поднялся и протянул мне руку, я упрямо ее проигнорировала и пошла к двери, где Дориэн без проблем меня нагнал и нагло сцапал мою ладошку сам.

Живительный ручеек энергии заструился по венам.

Очень приятное ощущение, поэтому я сделала вид, что вырывать свою конечность у Ренци ниже моего достоинства.

Вот еще один секрет, который нужно было разгадать.

Что пошло не так, когда Дориэн забирал откат на себя?

Если в ближайшее время я не разберусь хоть в чем-то, то я сойду с ума!

И надо написать тетушке!

Был еще один человек, которому я могла задать несколько вопросов, но я сомневалась, что он захочет отвечать. Учитель вообще не любил лишних разговоров.

Интересно, а где Ренци спрятал магсниматель?

Когда я увидела, куда он меня привел, у меня глаза на лоб полезли.