Драгоценный читатель!

Позволь вновь поблагодарить тебя за участие в судьбе доктора Фалька и Лидии, и надеюсь, что эта книга тебе понравилась, детективная часть захватила, Зеленый луг остался столь же уютным, а отношения главных героев сложились так, как должно.

По сложившейся у нас традиции предлагаю безотлагательно взглянуть на исторические события, произведения и личностей, вдохновившие сюжет и персонажей романа. Про Зеленый луг и его прообразы я подробно рассказывал в первой книге, «Доктор Фальк и дачные убийства», а потому лишний раз останавливаться на нем не буду, сконцентрировавшись на новых элементах, появившихся во втором томе.

Открывающий книгу пассаж с раскуриванием сигары я себе, увы, полностью приписать не смогу, ибо мало кто умел так описывать сладостные пороки и вредные привычки, как дореволюционный автор и журналист Влас Дорошевич (если вы читали его знаменитый отчет о волжской рыбе в ресторане парохода, то знаете, о чем я говорю). Если же нет, но тема дореволюционной жизни вас интересует не меньше, чем меня, то обязательно ознакомьтесь с его произведениями, благо их сейчас не так сложно найти.

Зеленолужский яхт-клуб внешне похож на тот, что стоял в Зеленогорске (бывшем финском городке Терийоки), но сгорел в 1920-х. Сейчас в Зеленогорском парке находится отель, несколько вдохновленный внешне старым зданием, особенно в части башенки. Многочисленные описания его истории, быта и традиций – это собирательный образ из множества реально существовавших яхт-клубов Российской империи, с определенными художественными вольностями, необходимыми для повествования, конечно. Опять же, желающих поближе познакомиться с этим видом спорта в начале века могу адресовать к краеведческим работам Сергея Глезерова или, например, второму номеру замечательного журнала «Петрополь», где яхтам посвящена отдельная глава.

Все герои этой книги вымышлены. Они представляют собой собирательные образы архетипичных для начала XX века представителей богемы: авангардные режиссеры, жуликоватые антрепренеры, роковые артистки, молодые художники. Поэтому, при желании, параллели с реальными личностями провести можно (например, скрывающийся под псевдонимом режиссер – это понятная аллюзия на К. С. Станиславского, принадлежавшего на самом деле к богатому купеческому клану Алексеевых), однако, за исключением отдельных деталей биографии, их характеры и жизненные пути придуманы исключительно для этой книги.

Театральная труппа с оригинальным репертуаром, квартирующая летом в дачном поселке, вдохновлена реальным случаем. В 1913 году в один из прообразов Зеленого луга, все ту же финскую деревеньку Терийоки, также заехал театр во главе с режиссером Всеволодом Мейерхольдом. Спектакли действительно шли с переменным успехом, то срывая аплодисменты дачников, то с треском проваливаясь. Летние каникулы также были омрачены трагедией – во время морской прогулки утонул театральный художник, которому цыганка нагадала, что погибнет он от воды. Пусть мой роман – всего лишь плод вымысла, но хотя бы на его страницах я позволил себе этот печальный случай исправить.

Прямая линия княжеского рода Несвицких пресеклась в середине XIX века (хотя их кровь и текла в жилах Кропоткиных, Трубецких, Строгановых и некоторых других знатных семейств), поэтому ни один из их представителей не мог принимать участия в описываемых событиях.

Николаевского пансиона в Российской империи не существовало. Думаю, в нем угадывается аллюзия на Александровский (бывший Царскосельский) лицей, однако это учебное заведение обладало одним существенным минусом – в него принимались только дворяне. Поэтому я и создал собственный всесословный пансион, развязавший мне руки для построения сюжета.

Охотничий домик, вокруг которого развивается значительная часть книги, «переехал» в Зеленый луг из Петербурга. Его прообразом стал особняк княгини Кугушевой, в котором сейчас расположена художественная школа имени Кустодиева. В отличие от многих других красивых зданий, которые теперь можно встретить исключительно на старых открытках Сестрорецка или Терийок, он сохранился практически идеально. Соберетесь погулять по Елагиному острову – найдите его по адресу Боковая аллея, дом 1.

Фальк и Екатерина Юрьевна Красильникова навещают ее знакомого режиссера в доходном доме Евментьева на бывшей Алексеевской улице (ныне – Писарева) – им все еще можно полюбоваться, посетив Петербург. Здание, кстати, тоже связано с театром – с 1906 по 1907 год в нем действительно жил все тот же Всеволод Мейерхольд, петербургский дебют которого на тот момент не задался.

Замечание о том, что шрифт, которым на обложке первого тома был начертан «Доктор Фальк», слегка неразборчив и может быть прочитан как «Доктор Балык», высказал читатель на встрече в Нижнем Новгороде летом 2025 года. С данным утверждением я абсолютно не согласен, но оно показалось мне достаточно забавным, чтобы вставить его в книгу.

Мне же остается еще раз поблагодарить тебя за прочтенную книгу и пообещать, что доктор Фальк и Лидия обязательно вернутся, если «Убийства под парусом» тебе понравились. А мне пришла пора вернуться к работе над новыми приключениями Владимира Корсакова, которые, если все сложится хорошо, выйдут во второй половине 2026 года и помогут тебе скоротать время в ожидании следующего тома. Поэтому – до новых встреч и всего тебе самого наилучшего!