Утро следующего дня выдалось солнечным. Утро — это всего лишь момент, когда природа и городская жизнь переплетаются, создавая особую атмосферу. В такое утро особенно ярко проявляются красота света, звуки пробуждения и запахи, которые наполняют воздух свежестью и энергией. Первые лучи солнца, которые медленно проникают сквозь облака и рассеивают утреннюю дымку. Они окрашивают крыши домов, деревья и тротуары в золотые и розовые тона, создавая эффект позолоты. Лучи могут играть на стёклах окон, создавая «солнечных зайчиков», которые весело перемигиваются. В такие моменты город словно замирает, а через мгновение наполняется жизнью. Пение птиц, которое заливисто звучит на ветвях деревьев. Их трели проникают в открытые окна домов и возвещают о начале нового дня. Отдельный момент — это запахи, в воздухе может витать аромат свежевыпеченного хлеба из пекарни, кофе из уютных кофеен или зелени из парков и скверов. И вот когда природа пробудилась, наступает очередь городских звуков. Это может быть гул первого транспорта (трамваев, автобусов), трель велосипедного звонка, шаги первых прохожих, звон колоколов церкви или другие звуки, которые сопровождают пробуждение.

Ева медленно, зевая, открыла глаза. На удивление она спала спокойно и крепко, без сновидений. Согнув одну ногу в коленке и покачав ей, было принято решение поступить так и со второй. Зарядка оказалась короткой. Найдя на ощупь под кроватью тапочки и надев их, Ева, походкой шестидесятилетней пенсионерки шаркая, почесывая правую ягодицу, поковыляла в ванную комнату. Лавируя между комнатами, она нос к носу встретилась с Михаилом.

— Бля... стящие алмазы. Какого карася ты тут делаешь? — Ева явно была в шоке, она ни как не могла привыкнуть, что Михаил мог появиться где угодно и когда угодно, из ниоткуда.

— Доброе утро! — Михаил улыбнулся, видя, что Ева засмущалась. Он не хотел её застать врасплох.

Ева насупила брови и отодвинула его к стене, желая прочистить себе путь к туалету.

— Все разговоры потом, если я сейчас не покормлю белого пони, за последствия я не отвечаю. — Ева со скоростью истребителя залетела в туалет.

— У тебя живёт пони? — Михаил, хотел было войти и увидеть это чудо природы, но услышав крики Евы, решил повременить.

— Вот только попробуй сюда зайти, проникнуть, подсмотреть, пробраться, залететь и так далее. Я быстро твои крылышки пообрубаю. Это место неприкосновенно, понятно?

До Михаила, наконец, дошёл смысл сказанных слов.

— Ев, вряд ли ты сможешь меня чем — то удивить, если конечно у тебя за ночь не выросли рога. — Михаил явно остался доволен своим ответом. Из туалета Ева парировала ему:

— Миша, главное, что бы по жизни они у тебя не выросли. Ты так и будешь стоять под дверью или всё же дашь мне насладиться процессом. Спасибо.

Михаил зашагал на кухню, захотелось приготовить Еве завтрак, вот кем-кем, а поваром воплощаться ему не доводилось. Был он и военачальником, и ремесленником, и художником и сталеваром и прочее, прочее, прочее. А вот в кулинарии была прореха.

Выйдя из неприкосновенной комнаты, Ева почувствовала запах жаренной колбасы. Не поверив собственному носу, и мимолетом взглянув на себя в зеркало, она поплыла по течению прямо на кухню. Михаил стоял в белом кухонном фартуке, и напевал себе что-то под нос, покачивая бёдрами.

— Я наверное ещё сплю, ущипните меня. — Ева зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться. — И как часто архангел жарит колбасу?

— В свободное от работы время. Мне присущи все мирские радости. Хочешь я тебе расскажу, что мне доставляет удовольствие? — Михаил развернулся и доедая лист салата, принялся философствовать:

— Прогулки на свежем воздухе, вид красивых пейзажей, звёздное небо, пение птиц, запах мокрой земли после дождя или аромат цветов. Любовь и тёплые отношения с близкими людьми. Смех ребенка — один из самых ценных источников радости. Радость от преодоления трудностей. Помощь другим — это приносит пользу не только адресату, но и тому, кто помогает. Я от этого чувствую себя счастливее. Помощь тем, кто в ней нуждается это и есть смысл жизни и цель. Маленькие радости повседневности — первый глоток кофе, любимая песня, тёплый солнечный луч, искренняя улыбка твоего друга. Ев, у людей есть возможность дышать, видеть, слышать — это основа для многих положительных эмоций. Важно научиться замечать и ценить эти моменты, так как радость часто кроется в мелочах. — Михаил положил мне на тарелку жареную колбасу и глазунью. Кофе остывало в кофейнике...

"Просто не мужчина, а чудо какое — то... в перьях". - подумала Ева. Когда с завтраком было покончено. Ева загрузила посуду в посудомойку и начала собираться на работу. Михаил задержал её:

— Ева, мы уезжаем из города, ненадолго, пока страсти не улягутся. Тёмные знают, где ты. Нельзя рисковать, мы не в том положении, чтобы в открытую разгуливать по городу.

Ева обернулась, и вопросительно посмотрела на Михаила.

— Куда уезжаем? — спонтанные решения ей давались не просто. Сначала нужно всё взвесить, обдумать.

— В деревню, 6 часов езды отсюда. Там брошенная деревня, есть дом, вполне себе пригодный для проживания, остановимся там.

— Сколько? Мы что в самую глушь поедем, там интернет хотя бы есть?

— Нет, не зачем кому — либо знать твою локацию, собирайся, выезжаем сейчас.

— Я никуда не поеду, у меня работа, друзья, и вообще личная жизнь! Я никогда не была в деревне, я определённо городской житель, мне нужна цивилизация, интернет, тёплый туалет, мобильная связь, стиральная машина, наконец. Меня абсолютно не прельщает деревенская жизнь, там комары и мошки. Там эти — козы, которые бодаются. — Ева категорично замахала головой.

— Ева, я тебя не спрашиваю, я тебя ставлю перед фактом. Собирайся или ты поедешь вот так. — Михаил показал на неё рукой, ясно давая понять, что возражения бесполезны, в его голосе зазвучали нотки раздражения.

"Интересно, какой он в гневе? " Сейчас это выяснять не хотелось.

Сумки были собраны в течение часа, кое — как, обдумывая каждую вещь, Ева набрала огромный чемодан. Михаил в это время нервно ходил по комнате.

— Ты берёшь с собой весы? Зачем? — Михаил искренне не понимал, зачем столько не нужных вещей, Ева запихивает в чемодан.

— Затем, чтобы взвешивать свою нервную систему, с момента знакомства с тобой, мои нервные клетки явно исхудали. — На самом деле всё было очень просто, она следила за своим весом, и проживание в деревне на парном молоке и сливках могло отразиться на весах.

— Я вот что подумала, мы сейчас попадём в самый час пик, сегодня пятница, эти сумасшедшие любители шашлыка и барбекю уже атаковали МКАД.

— Что ты предлагаешь? — Михаил стоял около порога и перетаптывался с ноги на ногу.

— Телепорт. Берём мой маленький чемоданчик, и ты переносишь нас край вселенной, где нет интернета, связи с людьми и света наверно тоже нет. — Ева оседлала чемодан и пыталась на нём скакать.

— Не всё так просто. У меня конечно есть кое — какие способности в человеческом теле и если нужно переместиться, то я это делаю, но как ты называешь "телепорт", требует значительных энергетических затрат. И как ты успела заметить, я не совсем человек. Мне это подвластно. Если взять тебя с собой, боюсь что какая — то часть твоего организма, может просто не перенести такого путешествия. Хочешь остаться без руки, или например с одним ухом? — Михаил следил за выражением лица Евы и хотел предугадать её реакцию на такое предупреждение, рискнёт или нет!? Услышав ответ, он улыбнулся...угадал!

— Давно не путешествовала. Возможно, эта поездка на край цивилизации будет даже забавной!

Трасса жила своей жизнью. Асфальт, изрезанный трещинами, словно карта древних дорог, хранил следы миллионов колёс. По ней мчались машины — стальные птицы, чьи крылья — диски колёс. Светофоры, как часовые, сменяли цвета, регулируя этот бесконечный поток. В воздухе витал запах бензина, смешанный с ароматом жареного кофе из ближайшего кафе. Деревья вдоль обочины, будто стражи, шептались листьями, наблюдая за суетой. И в этом контрасте — между хаосом движения и спокойствием природы — скрывалась душа города. Через четыре часа путешествия, природа стала меняться, среди бетона и стекла пробивались островки жизни: пыльные газоны вдоль обочин зарастали зелёным ковром, деревья, стали появляться чаще, их кроны, колыхались в такт проезжающим машинам. Воробьи, пролетающие перед лобовым стеклом, нагло штурмовали крышу машины. Трасса одевалась в нежную зелень.