Я проснулась с ощущением, что где-то допустила логическую ошибку. Не трагическую. Не катастрофическую. Просто… ошибку. Некоторое время я лежала и смотрела в потолок. Утро было тихим. Солнечный свет просачивался сквозь занавески, где-то на кухне хлопнула дверца шкафа — Лена уже проснулась.

Я попыталась вспомнить вечер. Набережная. Вино. Музыка. Хоккеисты. Танец. Стол. Разговор. Потом — диплом. Потом…

Я резко села на кровати.

— Ой.

Картина сложилась сразу и очень чётко. Я пригласила незнакомого человека танцевать. Потом села за стол к хоккеистам. Потом обсуждала их контракт. Потом предложила себя в жёны.

Я закрыла лицо ладонями.

— Отлично. Мама моя, дорогая!

Дверь в комнату приоткрылась. Лена глянула внутрь, прислонилась к косяку и внимательно посмотрела на меня.

— Ты жива?

— Пока да.

— Это временно.

Я осторожно опустила руки.

— Всё очень плохо?

Лена ничего не сказала. Просто подняла телефон и повернула экран ко мне.

На фотографии мы с Артуром стояли у стола и пожимали друг другу руки. Момент был пойман идеально. Я улыбаюсь, он смотрит серьёзно, вокруг — несколько человек с выражением лёгкого ужаса на лицах.

Я снова закрыла глаза.

— Пожалуйста, скажи, что это монтаж.

— Нет.

— Фотошоп?

— Нет.

— Тогда коллективная галлюцинация.

Лена вошла в комнату и села на край кровати.

— Ты вчера предложила хоккеисту жениться. На тебе.

— Я пошутила.

— Он пожал тебе руку.

— Это тоже была шутка.

— Вся команда смотрела.

— Отлично.

Я упала обратно на подушку и некоторое время смотрела в потолок. Всё происходило слишком быстро, чтобы мозг успевал придумывать оправдания.

— Мы можем переехать, — сказала я. — Например, в другой город.

— Ксения.

— Или страну.

— Ксения.

— Или на Марс.

Лена вздохнула.

— Он выглядел серьёзно.

— Может, он всегда так выглядит.

— Нет. Особенно в конце вечера.

Я некоторое время молчала. Потом выдавила:

— Это был просто эпизод.

— Конечно.

— Странный момент.

— Очень.

— И всё. Конец истории.

Лена не ответила. Я приоткрыла один глаз.

— Что?

Она медленно показала на телефон.

— Тебе звонили.

Я села.

— Кто?

— Мужчина.

— Согласна, плохой знак.

— Очень вежливый мужчина.

— Это ещё хуже.

— Он сказал, что представляет интересы Артура Демидова.

В комнате стало тихо. Я почувствовала, как внутри поднимается холодное любопытство. Медленно и неотвратимо.

— Что он хотел?

— Встретиться.

— Зачем?

— Обсудить детали.

— Какие детали?

Лена посмотрела на меня, как смотрят на человека, который вот-вот выйдет на сцену без текста. И штанов.

— Брака.

Некоторое время мы молчали. Я попыталась рассмеяться, но получилось не очень убедительно.

— Это шутка.

— Возможно.

— Конечно шутка.

— Возможно.

Я встала и подошла к окну. Волга блестела на солнце, люди гуляли по набережной, кто-то ехал на велосипеде. Мир выглядел абсолютно нормальным. Кроме того, что в нём существовал человек, который собирался обсудить со мной юридический брак после вчерашней шутки.

Телефон на столе разразился птичьими трелями.

Мы с Леной одновременно посмотрели на него.

Номер был незнакомый.

Ничего не оставалось, как только взять треклятый телефон.

— Алло.

Голос оказался спокойным. Очень доброжелательным. Таким голосом обычно объясняют условия банковского кредита или аренды офиса.

— Доброе утро, Ксения.

— Да.

— Меня зовут Игорь Левандовский. Я представляю интересы Артура Демидова.

Я молчала.

— Надеюсь, я вас не разбудил.

— Нет.

— Отлично. Мы бы хотели обсудить вчерашнее предложение.

— Это была шутка.

— Разумеется.

— Очень глупая шутка.

— Возможно.

Пауза.

— Тем не менее ситуация требует решения.

— Какая ситуация?

— Контракт Артура.

Я закрыла глаза.

— Я в курсе.

— Тогда вы понимаете, что проблема реальна.

— Понимаю.

— А ваше предложение… оказалось неожиданно рациональным.

Я медленно села на стул.

— Простите?

— Мы хотели бы встретиться и обсудить возможное сотрудничество.

— Какое сотрудничество?

— Брачный контракт.

Я некоторое время молчала. Ситуация выглядела абсурдной. А голос в трубке звучал так, будто речь шла о подписании договора поставки.

— Вы понимаете, что мы познакомились вчера?

— Да.

— И это было в кафе.

— Да.

— И я была… не совсем трезва.

— Это не проблема.

Я посмотрела на Лену. Она жестом показала: беги.

— И что именно вы предлагаете? — спросила я.

— Официальный брак.

— На какой срок?

— Это обсуждается.

— И если я откажусь?

— Это ваше право.

Пауза.

— Но вчера вы выглядели очень уверенно.

Я тихо выдохнула. Внутри боролись два чувства. Первое — дикое желание послать всё к чёрту и забыть этот разговор как страшный сон. Второе — любопытство. То самое, которое всегда заставляло меня ввязываться в авантюры.

— Хорошо. Давайте встретимся.

— Отлично. Я пришлю адрес.

Лена смотрела на меня круглыми глазами.

— Ты серьёзно?

— Я хочу понять, что происходит.

— Ты хочешь влипнуть в историю.

— Это одно и то же.

Через два часа я сидела в кабинете с панорамными окнами. И человеком, который выглядел будто всю жизнь занимается сложными решениями. Игорь Левандовский оказался аккуратным, рассудительным мужчиной лет сорока пяти. Никакой суеты, давления. Только папка и ворох бумаг на столе.

Он подвинул документы ко мне.

— Это проект контракта.

Я открыла папку. Страницы. Пункты. Юридический язык.

Пункт о сроке. Двенадцать месяцев. Возможно продление по соглашению сторон.

Пункт о публичном поведении. Совместные выходы. Фотографии. Отсутствие скандалов.

Пункт о конфиденциальности. Никаких интервью без согласования.

Пункт о дистанции. О!

Я подняла глаза.

— Дистанция?

— Формальность.

— Запрет на вопросы?

— Временная мера.

— Контроль передвижений?

— Скорее координация.

Я перевернула страницу. Финансовый раздел. Цифры. Приличные цифры. Очень приличные цифры.

Я снова подняла глаза.

— Это мне?

— Компенсация за неудобства.

— Щедро.

— Мы серьёзно относимся к сделкам.

Я перевернула ещё страницу. Пункт о расторжении. Условия. Штрафные санкции. Всё чётко, всё по делу.

Я закрыла папку и посмотрела на Игоря.

— Это выглядит серьёзно.

— А это серьёзно. Очень.

Мы помолчали. Он не торопил меня. Просто ждал. Как человек, который знает, что пауза иногда сильнее аргумента. Я снова посмотрела на документы. Контракт выглядел пугающе логичным. Каждая строчка была выстроена так, будто люди давно привыкли превращать человеческую жизнь в структуру.

— А Артур? — спросила я. — Где он?

— На тренировке.

— Он вообще в курсе, что я здесь?

— Конечно.

— И он согласен?

— Это была его идея.

Я моргнула.

— Его?

— Да. После вашего ухода он сказал: «Найди её. Завтра же».

Я откинулась на спинку стула.

Интересно получалось. Вчера он молчал весь вечер. Сегодня — отправляет адвоката.

— Он всегда такой… решительный?

— Когда надо — да.

— А когда не надо?

Игорь чуть улыбнулся.

— Тоже иногда.

Я снова посмотрела на папку. Потом в окно. Потом на свои руки.

— И что вы от меня ждёте? Прямо сейчас?

— Подписи.

— Сразу?

— Если вы готовы.

— А подумать?

— Можно. Но время идет.

— Контракт горит?

— Репутация — да.

Я кивнула. Понимаю.

В голове крутились мысли. Быстрые, хаотичные. Филолог во мне пытался анализировать ситуацию. Разбирать на составляющие. Находить подтекст.

А девчонка во мне просто хохотала.

Потому что это было безумие. Чистое. Абсолютное.

Именно поэтому я не могла отказаться.

— Хорошо.

Игорь поднял глаза.

— Хорошо?

— Да.

— Вы согласны?

Я кивнула.

— Да.

Он протянул мне ручку. Я некоторое время смотрела на документ. Потом поставила подпись. Красивая у меня подпись, всё-таки. Контракт был заключён.

Боже ты мой.