Через некоторое мнение в маленький чайный дом вошли слуги, которые выставили на стол крохотные фарфоровые чашечки для саке и графинчик из темной керамики. Рядом, на блюдцах из темной керамики, были выставлены изящно нарезанные закуски: тонкие ломтики копченого угря, маринованные овощи с имбирем и крошечные рисовые колобки с кунжутом.

Сумико, управляющая домом, незаметно проскользнула за ними. Её лицо оставалось бесстрастным, но глаза, казалось, не упускали ни единой детали. Она заняла место в дальнем углу, формально присутствуя, но фактически растворяясь в тенях, словно часть самой архитектуры. Она наблюдала за каждым движением, за каждым вздохом, пытаясь разгадать истинные намерения молодого господина и оценить реакцию пленниц.

Араками, первый молодой господин клана, сидел перед низким лакированным столиком с грацией, присущей его благородному роду. Его движения были отточены, каждое действие исполнено достоинства и внимательности. Напротив него с нескрываемым любопытством, расположились две девушки — Асю и Касуми. Их глаза внимательно следили за каждым жестом молодого господина.

— Пожалуйста, угощайтесь, — мягко произнес Араками, его голос был тих, но полон любопытства.

Минамото медленно, с почтительной торжественностью, наливал теплое рисовое саке в тонкие фарфоровые пиалы, которые отсвечивали приглушенным блеском. Аромат саке, едва уловимый, смешивался с запахом дерева и бумаги, создавая уникальную атмосферу уюта. Затем молодой человек предложил девушкам маленькие, искусно приготовленные закуски: ломтики сушеной рыбы, нежные моти с пастой из красной фасоли и тончайшие полоски водорослей нори, умело приправленные кунжутом. Фукуи принимала угощения с легкими поклонами, ее пальцы осторожно касались края пиал. И даже Ася включилась в игру, повторяя движения подруги.

— Это саке урожая этого года, — пояснил Араками. — Очень мягкое, с легкой сладостью.

Ася, более смелая из двух, потому что ей приходилось пробовать много чего в своей не слишком длинной жизни, сделала небольшой глоток и благодарно улыбнулась.

— Оно превосходно, господин Араками. — Блондинка одобрительно покачала головой. — Мы очень тронуты вашей щедростью.

— Такие чудесные угощения... — Касуми, краснея, тихо кивнула в подтверждение, её взгляд скользнул по изысканным закускам.

Араками лишь слегка улыбнулся, наблюдая за ними. Для него это было не просто формальным жестом, но возможностью проявить гостеприимство и укрепить связи внутри поместья. В углу комнаты, почти незаметная, но со всевидящим взором, стояла Сумико. Управляющая поместьем, женщина почтенных лет с седыми висками, она казалась частью самой стены, её присутствие было незримым, но ощутимым. Она наблюдала за молодым господином и его гостьями. Её взгляд скользил по Араками, оценивая его изящные, слегка нарочитые манеры, его умение быть радушным хозяином. Её глаза останавливались на Асю и Касуми, проверяя их скромность и уважение. Сумико была хранителем традиций и порядка, и в этот момент она видела, что все идет правильно. Молодой господин безупречен, девушки почтительны. Сердце управляющей наполнялось тихим удовлетворением, а в чайной комнате продолжали царить гармония и едва слышный шепот вежливости и юной радости.

Через некоторое время слуги были отправлены за дополнительными порциями прекрасного, но крепкого напитка.

— Знаете, — в его голосе прозвучала странная нотка, — начинает казаться, что ваш «лес» — это не просто место с деревьями. Это состояние души. И мне чертовски интересно, что произойдет, когда этот ваш лес окончательно разрастется в нашем каменном саду.

— А вы провокатор, Араками-сан, — отозвалась расслабленная Ася. — Пытаетесь нашими руками насолить брату? Мало вам... — Девушка запнулась. — И вообще. Почему бы вам не показать ваш сад. В нем-то мы с удовольствием наведем шороху.

Минамото откинулся назад, его глаза сверкнули озорным огнем. Он явно наслаждался тем фактом, что его раскусили, но ни капли не смутился.

— Провокатор? Я? — он приложил руку к груди в притворном возмущении. — Я просто предлагаю вам альтернативные маршруты для прогулок. Сад Ёсихиро — это скука смертная. А вот мой сад... — он сделал театральную паузу, — там есть уголок, где дикий виноград переплелся с заброшенной беседкой, и если долго сидеть там, можно увидеть, как лисы приходят пить воду из старого пруда.

Сумико, которая уже привыкла к выходкам первого господина, едва заметно покачала головой, но не стала вмешиваться. Похоже, даже она признала, что сегодняшний день выбивается из всех правил.

— Лисы? — переспросила Касуми с неподдельным интересом. — Настоящие?

— А вы думаете, в этом доме есть место чему-то ненастоящему? — усмехнулся Минамото, поднимаясь с колен и отряхивая кимоно. — Кроме улыбок моего брата, разумеется. Ну что, дамы, принимаете приглашение? Обещаю: никаких ловушек, никаких шиноби в кустах. Только лисы, виноград и, возможно, пара спелых слив, если повезет. Он протянул руку в сторону выхода из чайной комнаты, явно ожидая их решения.

Ася и Касуми, которые расслабленные алкоголем и покоем, наконец-то почувствовав себя простыми девушками, а не пленницами, шпионам, воинами и еще бог знает кем, с радостью огласились на прогулку, поблагодарив Сумико-сан за компанию и угощение. Ася впервые расслабленно улыбнулась, возвращаясь из прострации. А Фукуи даже позволила бросить взгляд сквозь ресницы в сторону Араками, Молодой человек не пропустил этот взгляд. Он уловил его так же четко, как опытный охотник улавливает движение в зарослях. Его губы тронула едва заметная, но торжествующая улыбка — он чувствовал, что лед в этом странном союзе начинает таять, уступая место чему-то более живому и непредсказуемому.

— После вас, дамы, — он с галантным поклоном пропустил их вперед, но при этом намеренно сократил дистанцию, чтобы его голос звучал почти интимно. — Только предупреждаю: в моем саду не действуют правила тишины Сумико-сан. Там можно смеяться, спорить и даже... — он заговорщицки понизил голос, — называть моего брата занудой.

Домоправительница проводила их долгим, задумчивым взглядом. Она видела, как блондинка расслабила плечи, как исчезло это вечное напряжение хищника, готового к прыжку. Впервые за долгое время в западном крыле поместья Минамото повеяло не дисциплиной и страхом, а чем-то, что Сумико почти забыла — легкостью.

Компания вышла на открытый воздух, и Араками повел девушек прочь от выверенных линий главного сада, в сторону более заросших, темных участков поместья, где природа медленно, но верно отвоевывала пространство у архитектуры.

— Смотрите, — он указал на старую каменную арку, почти полностью поглощенную густыми зарослями винограда. — Здесь начинается зона моего «неповиновения». Ёсихиро ненавидит это место, потому что не может заставить эти лозы расти по линейке. Именно поэтому оно мне так нравится.

Девушки вдохнули полной грудью, чувствуя запах влажной земли и листвы. Это было гораздо ближе к тому «лесу», о котором говорила Ася, и в этом хаосе она впервые за всё время пребывания здесь почувствовала себя... дома.

— Видите тот переход? — Араками указывает на изогнутый деревянный мостик без перил, перекинутый через ручей. — Говорят, если перейти его с закрытыми глазами и загадать желание, оно сбудется. Но только если не боишься упасть в воду. — Он останавливается и оборачивается, глядя на девушек. В его взгляде — смесь вызова и приглашения. — Кто рискнет первой? Или мне показать пример, как это делают наследники клана Минамото, когда хотят чего-то по-настоящему?

— Вы становитесь таким загадочным и бесстрашным, Араками-сан. — Косуми изобразила на лице деланное шуточное удивление.

— Непревзойденный смельчак просто. — Подхватила Ася. — Удивите же нас, герой клана Минамото.

Молодой человек театрально приложил руку к сердцу, его лицо исказилось в гримасе притворного страдания от такой «жестокой» иронии. Но на самом деле он чувствовал, как между ними наконец-то возникла та самая искра настоящего, живого общения, где сарказм был не оружием, а способом сблизиться.

— О, эта беспощадная критика! Моё сердце разбито на тысячи осколков, — первый сын клана картинно вздохнул, но в глазах плясали демонята. — Раз уж вы так жаждете зрелищ и сомневаетесь в моей отваге... Что ж, смотрите и учитесь.

Мужчина сделал глубокий вдох и, не раздумывая, зажмурил глаза. Его лицо стало неожиданно серьезным, почти сосредоточенным. Сделав первый шаг на старое, потемневшее от времени дерево, он начал медленно двигаться вперед. Мостик слегка прогибался под его весом, а внизу весело журчал ручей, который в любой момент был готов принять неосторожного гостя в свои холодные объятия. Араками шел на ощупь, слегка покачиваясь из стороны в сторону, что выглядело почти комично для наследника великого клана. Он балансировал, вытянув руки в стороны, словно канатоходец в цирке.

— Я загадываю... — прошептал Минамото, не открывая глаз, чтобы девушки слышали его голос, — чтобы в этом доме наконец-то перестали считать, что порядок — это единственная форма существования. — Когда он сделал последний шаг и почувствовал под ногами твердую землю другого берега, он резко открыл глаза и обернулся к ним с сияющей улыбкой победителя. — Ну что? Достаточно ли это было героически для вашего вкуса? Или мне стоит попробовать пройти его задом наперед, чтобы окончательно закрепить успех?

В ответ он получил бурные аплодисменты.

— Вы бесподобны, ваше сиятельство! — Засмеялась Косуми.

— А теперь мы! — Ася схватила подругу за руку и потащила ее к мостику.

Они посмотрели друг на друга и одновременно произнесли: «Хотим домой!». Так же синхронно закрыли глаза и одновременно сделали шаг вперед. А затем, балансируя на мосту, они проверяли края моста, свободными ногами. Медленно, но верно, пленницы преодолели преграду. Когда девушки открыли глаза на твердой почве, то громко рассмеялись и запрыгали на месте в безудержной радости.

Араками замер, наблюдая за этой сценой с выражением искреннего, почти детского изумления. Он привык к тому, что люди вокруг него либо зажимаются от страха, либо пытаются казаться идеальными. Но этот синхронный прыжок, этот общий шепот о доме и то, как они, даже с закрытыми глазами, профессионально «прощупывали» пространство ногами, выдавало в них не просто девушек, а команду. Настоящий, слитный механизм. Когда они открыли глаза и начали прыгать от радости, молодой человек невольно улыбнулся. В их смехе не было ни капли фальши или придворного этикета. Это была чистая, концентрированная жизнь, которая сейчас буквально взорвала тишину уединенного сада.

— Боги, вы просто невозможны, — парень рассмеялся вместе с ними, качая головой. — Если Ёсихиро увидит вас в таком состоянии, он решит, что вы окончательно сошли с ума от нашего климата. Или что я применил к вам какое-то запретное колдовство. — Он подошел к ним ближе, и в его взгляде на мгновение промелькнуло что-то серьезное. Слова «хотим домой», произнесенные ими в унисон, эхом отозвались в его собственном сердце. Он знал, что такое чувствовать себя чужим в собственном доме, запертым в золотой клетке ожиданий и долга. — Знаете... — Араками засунул руки в широкие рукава кимоно, глядя на них с теплотой. — Я не уверен, что этот мостик обладает магией возвращения в другие миры. Но глядя на вас сейчас, я начинаю думать, что ваш «дом» — это не место на карте. Это то, что вы носите с собой. Ваша связь. — Он вдруг хитро прищурился, возвращаясь к своему обычному образу. — Но раз уж вы теперь официально «смельчаки», может, рискнете проверить, действительно ли на том дереве есть сливы? Только осторожнее: если увидите там шиноби Такео, просто скажите ему, что это был приказ Араками-сама по части... стратегической разведки продовольствия. А еще, — мужчина изобразил на лице выражение великой тайны. — Я знаю одно место в саду, где растут самые уродливые и колючие кусты в истории клана Минамото. Ёсихиро считает их «символом стойкости», а я считаю их просто глазами мозолящими. Как насчет того, чтобы... немного «скорректировать» их форму?

Девушки переглянулись между собой: пары саке давно ударили им в голову, придавая глазам особый блеск, мыслям — легкость, а силам — бесконечность.

— Я за сливами! — крикнула Фукуи.

— Я стричь кустарники. — Ответила Ася.

И так как бежать было в одну сторону, то девушки сорвались с места и бросились вперед. Каскадерша, подбежав к дереву, внимательно его осмотрела, а потом смело полезла наверх по веткам. Морпех обнаружила рядом с кустами садовые ножницы и принялась творить. В итоге, Косуми спустилась вниз с подолом почти полным фруктов, а Ася с гордостью взирала на кривого зайца, в который она смогла превратить один из кустов.

Араками застыл на месте, наблюдая за этой картиной с выражением абсолютного, благоговейного шока. Он предлагал «немного скорректировать» форму, но в его представлении это было что-то вроде обрезания пары веток или легкого беспорядка. Когда он подошел ближе и увидел результат работы блондинки, его челюсть медленно поползла вниз. Вместо «символа стойкости» и суровой дисциплины Ёсихиро на него смотрел огромный, нелепый, абсолютно кривой заяц из колючего кустарника. Заяц выглядел так, будто он только что пережил очень тяжелый день и теперь с глубоким укором смотрел в сторону главного дома. Старший Минамото несколько секунд молчал, а затем разразился таким громким, искренним хохотом, что, вероятно, его было слышно даже в покоях даймё. Он согнулся пополам, хватаясь за живот, и едва не свалился с ног.

— О боги... — выдавил он сквозь смех, вытирая слезы из глаз. — Ася-сан... это... это шедевр! Это самое великое преступление против эстетики Минамото за последние сто лет!

Парень посмотрел на Фукуи, которая с гордым видом спускалась с дерева с охапкой слив, а затем снова на этого «зайца». В голове Араками уже рисовалась картина того, как Ёсихиро впервые увидит это произведение искусства во время своей утренней прогулки. Это было не просто хулиганство — это было изысканное, тонкое издевательство над всем, что его брат считал священным.

— Вы просто гении хаоса, — он подошел к блондинке и с глубочайшим почтением поклонился перед кустом-зайцем. — Я официально объявляю этого зверя новым хранителем моего сада. Теперь каждый раз, когда Ёсихиро будет проходить мимо и пытаться найти здесь «стойкость», он будет встречать взгляд этого... этого великолепия. — Старший Минамото перевел взгляд на девушек, и в его глазах вспыхнул настоящий восторг. — Знаете, я передумал насчет одного дня перемирия. С такими союзниками я готов объявить войну даже законам гравитации. Только давайте поспешим уйти отсюда до того, как Сумико-сан почувствует запах слив или заметит, что её «символы стойкости» обрели уши и хвост.

— Так вы нас обманули?! — Сразу среагировала Ася. — Это не ваш сад!

Араками на мгновение замер, и в его глазах вспыхнул настоящий, почти панический ужас, который тут же сменился привычной, хотя и слегка нервной улыбкой. Он медленно сделал шаг назад, понимая, что сейчас находится в эпицентре бури, которую сам же и раздул.

— Ой... — он неловко почесал затылок, глядя на двух разъяренных девушек. — Ну, технически... это ПОЧТИ мой сад. В смысле, он находится на территории, за которой я присматриваю. Просто... граница между моим «зоной неповиновения» и «священным участком» Ёсихиро довольно размыта. — Мужчина увидел, как Ася сжимает ручку садовых ножниц, и инстинктивно прикрыл ими свою шею. — Послушайте! — он заговорил быстро, почти захлебываясь словами. — Разве вы не чувствуете этот прилив адреналина? Это же было потрясающе! Вы только что совершили акт вандализма государственного масштаба! Вы превратили символ его непоколебимой воли в... в грызуна! Разве это не лучший подарок, который вы могли сделать в знак нашей дружбы? — Араками попытался снова улыбнуться, но на этот раз в его взгляде читалось: «Пожалуйста, не стригите меня так же, как этот куст». — К тому же, — добавил он, в надежде на спасение, — если бы это был мой сад, я бы просто разрешил вам всё. А так... мы только что создали легенду. Теперь Ёсихиро будет думать, что в его поместье завелся какой-то безумный садовод-анархист. Разве это не куда веселее, чем просто прогулка по лесу?

— Мы? Выдадим? Да не в жизнь! — Косуми аккуратно сложила сливы на садовый столик.

— Заяц, говоришь, нравится? — Ася мило улыбнулась. — Вот мы там тебя сейчас тихо и прикопаем!

Обе девушки закатали рукава и ринулись на Араками с двух сторон. Мужчина, который только что пытался играть роль вдохновителя и «соучастника», внезапно осознал, что в этой игре он из кукловода превратился в мишень. Когда Ася мило улыбнулась, он на секунду даже поверил, что его обаяние сработало. Но фраза про «прикопать» подействовала на него как ушат ледяной воды.

— Погодите! Стойте! — вскрикнул он, когда девушки синхронно закатали рукава. — Я же был в сговоре с вами! Я был вашим проводником! Вашим... вашим вдохновителем! — Он попытался резко развернуться и броситься наутёк, но в этом саду, который он так хвалил за «хаос», внезапно обнаружилось слишком много препятствий. Запутавшись в собственных широких рукавах кимоно и едва не споткнувшись о корень того самого дерева со сливами, Араками с глухим вскриком повалился на мягкую траву прямо перед своим «корешем»-зайцем. — Пощадите! Я слишком красив для того, чтобы быть прикопанным в саду! — Завопил молодой человек, отползая назад на локтях, пока Ася и Касуми надвигались на него с двух сторон, словно два хищника, загнавших добычу в угол. — По крайней мере, не в этом. И от такого подарка Ёсихиро просто поседеет!