Суд перенесли.

Я узнала об этом утром, когда сидела на маминой кухне и допивала вторую чашку кофе. Позвонил адвокат — тот самый, которого я наняла две недели назад, молодая женщина с усталыми глазами и стальным характером. Она говорила что-то про загруженность судьи, про технические причины, про новую дату через месяц, но я почти не слушала. Внутри что-то оборвалось и повисло в пустоте.

Месяц. Ещё месяц неопределённости. Ещё месяц, пока Витя будет звонить, писать, угрожать. Ещё месяц, пока дети будут спрашивать, когда всё закончится. Я положила трубку и долго сидела, глядя в одну точку. Потом взяла себя в руки, накрасила ресницы и поехала на работу. Потому что у меня не было выбора. У матерей вообще редко бывает выбор.

В офисе пахло кофе и бумагой, как обычно. Алина махала мне из своего угла, Петрович что-то обсуждал с юристом, и всё было до отвращения нормально. Я повесила сумку на спинку стула, включила компьютер и попыталась сделать вид, что я в порядке.

— Оль, — Петрович появился у моего стола, как всегда неожиданно, — зайди на минуту.

Я зашла. Он закрыл дверь, и это движение — знакомое, привычное — почему-то сразу напрягло. Петрович сел, сложил руки перед собой и посмотрел на меня поверх очков.

— Ты как? — спросил он.

— Нормально, — ответила я. — Суд перенесли, но это техническое. Адвокат говорит, ничего страшного.

— Хорошо. — Он помолчал. — Оль, у меня к тебе разговор. Не очень простой.

Я напряглась. В памяти всплыло то утро, когда я пропустила сообщение Маргариты Аркадьевны и получила выговор. Неужели опять?

— Клиентка, с которой ты работала, — продолжил Петрович, — Маргарита Аркадьевна. Она хочет, чтобы ты вела её дальше. У неё там целая цепочка сделок, несколько объектов. И она попросила именно тебя.

Я моргнула.

— Меня?

— Тебя, — подтвердил Петрович, и в его голосе было странное сочетание гордости и недоумения. — Сказала, что ты произвела на неё впечатление. Что ты грамотный специалист и она хочет работать только с тобой. Я, честно говоря, удивлён. Она обычно требует самых опытных, а тут… В общем, поздравляю. Это большая ответственность. И большие комиссионные.

Я сидела, не зная, что сказать. Маргарита Аркадьевна. Мать Романа. Женщина, которая, как я точно знала, меня не одобряла. Женщина, которая прищурилась и спросила у пустоты: «И кто же она?» после того, как Роман признался ей, что у него кто-то есть. И теперь она просила меня — именно меня — вести её сделки.

Совпадение? Нет. Маргарита Аркадьевна ничего не делала случайно. Это был ход. Какой именно — я пока не понимала. Может, она хотела держать меня поближе, чтобы изучить. Может, хотела показать мне разницу между нашими мирами. А может, просто проверяла на прочность.

— Оль? — Петрович заглянул мне в лицо. — Ты чего зависла? Это же отличная новость.

— Да, — я встряхнулась и нацепила улыбку. — Конечно. Просто неожиданно.

— Ну, значит, так. Свяжись с ней сегодня, уточни детали. Она ждёт твоего звонка.

Я вышла из кабинета на ватных ногах. Алина сразу же подкатилась на своём стуле, сверкая глазами.

— Что там? Повышение? Премия? Ты такая, будто привидение увидела.

— Почти, — пробормотала я. — Новая клиентка. Очень требовательная.

Я села за стол и уставилась в монитор. Мысли скакали как бешеные. Маргарита Аркадьевна хотела работать со мной. Знает ли она, что я та самая женщина, с которой встречается её сын? Догадывается? Или знает точно? И главное — что мне теперь делать? Отказаться нельзя: Петрович не поймёт, да и профессиональная репутация дорогого стоит. Согласиться — значит шагнуть прямо в логово льва. В буквальном смысле.

Я взяла телефон и посмотрела на контакт Маргариты Аркадьевны. Палец завис над кнопкой вызова. Я вспомнила её лицо — то самое, когда она смотрела на меня поверх очков в золотой оправе. Вспомнила её голос, которым она сказала: «С вами всё в порядке? Вы вдруг побледнели». Она уже тогда что-то почувствовала. А теперь хотела продолжения.

Я набрала номер Маргариты Аркадьевны. Гудки шли долго. Потом щелчок — и низкий, хорошо поставленный голос:

— Слушаю.

— Маргарита Аркадьевна, это Ольга. Вы просили меня связаться с вами. Я готова обсудить детали сделок.

На том конце повисла короткая пауза. Мне показалось, что я слышу, как она улыбается. И от этой улыбки у меня по спине пробежал холодок.

— Ольга, — произнесла она, и в её голосе не было ни удивления, ни тепла. Только спокойная, выверенная интонация человека, который привык всё контролировать. — Я ждала вашего звонка. Давайте встретимся завтра. В одиннадцать. В моём новом пентхаусе. Там и обсудим. Думаю, нам с вами есть о чём поговорить.

— Конечно, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — В одиннадцать.