– Боги не могут даже починить свои виманы, – пояснил Танду. – Их чинит Лавана. Но даже он не может сделать новую виману или создать брахмастру – оружие, подобное тому, каким владеют боги. Не знаю, у кого они украли свои небесные колесницы и брахмастры, но и им когда-то придёт конец. Как и амрите. Её запасы не бесконечны. И она не даёт бессмертия, а только лишь продлевает жизнь на какое-то время.

– Обманщики… – произнесла Анджали потрясённо и с обидой. – А ты давно это знал?

– Все наги давно об этом знают.

– И молчат? И подчиняются?

– Ни у нагов, ни у людей нет такого оружия. А наши виманы уступают виманам богов. Они же не глупцы отдавать нам самое лучшее и быстрое. Да и эти виманы подарили лишь в обмен на ремонт своих колесниц.

– Получается, наги заключили союз с богами?

– Это лучше, чем быть уничтоженными.

– Но ты говорил, вас хотели убить люди?

– Да, говорил. Но ты ведь на своей жизни уже поняла, как боги умеют играть с людьми. Они всё держат в своих руках – боги. Держат, как лошадиную узду. И не дают ослабить удила. Когда боги появились здесь, они ещё не были богами. Это потом они так назвали себя. Они завоевали землю, завоевали Паталу и провозгласили себя высшими. Но и среди них было мира. Через какое-то время они рассорились между собой, начали воевать. Они и с прежней своей земли так же сбежали – после войны. Вот и здесь – тех, кто проиграл, лишили права на амриту, изгнали с горы Сумеру.

– Данавов? – догадалась Анджали.

– Да, – подтвердил Танду. – Кого-то изгнали, кто-то ушёл сам. Потому что сил не хватило смотреть на всё это.

Анджали долго молчала, обдумывая это.

– Теперь я понимаю, – произнесла она, наконец, – почему ты всегда относился к ним без особого почтения. Их сила – это не их заслуга. Любой может сесть в виману и полететь.

– Угу, – только и ответил из темноты Танду.

– Но кроме виман и оружия у богов есть ещё и другие силы, – продолжала Анджали. – Однажды я видела… как боги превратили мужчину в женщину… А чёрный танец?..

– Это называется майя. Ты права, к оружию и колесницам она не имеет никакого отношения. Но и майе можно научиться. Как ты научилась чёрному танцу.

– Получается, что сила богов лишь в том, что они обладают определёнными знаниями? Которые скрывают от других. И этими знаниями ни пользуются ради собственной выгоды. Не только обманщики, – Анджали пристукнула кулаком о ладонь, – но и негодяи!

– Угу, – снова поддержал её Танду.

– Какой ты сегодня сговорчивый. Даже подозрительно. Но не волнуйся. Мы больше никому не позволим навредить нам. У меня божественные знания, не забывай.

Она помолчала, ожидая возражений, но Танду молчал.

– Эй! – толкнула Анджали его в бок. – Ты не уснул?

– Нет, не уснул, – ответил он. – Сейчас точно не до сна. Просто размышляю. Вряд ли ты сможешь зачаровать танцем всех стражников во дворце. Даже если зачаруешь тех, кто рядом, кто-то может пустить стрелу издалека.

– Такая опасность есть, – признала Анджали. – Но я поступлю так же, как с Грахой. Заставлю Сатвана оправдать меня. Против чёрного танца он не устоит. При всех скажет, что преступления я не совершала.

– Возможно, это будет лучшим выходом, – ответил Танду.

Вроде бы и согласился, даже не спорил, но Анджали стало не по себе. Некоторое время они оба молчали, и тишина становилась гнетущей.

«Чем я тогда буду отличаться от богов? – подумала вдруг Анджали. – Применяю тайные знания ради собственной выгоды… Но это не выгода, это спасение жизни. Это другое!».

– Ужасно хочу пить, – сказала она. – Проклятый напиток кумари так и стоит в горле.

– Ни воды, ни еды нам не принесли, – сказал Танду. – Надеюсь, Сатван вернётся и не задержится.

По спине Анджали пробежал холодок – будто проскользнула тонкая холодная змейка. Не принесли воды… А если их решили прикончить вот так?.. Без особых трудов и затей? Тут и чёрный танец не поможет…

Испугаться по-настоящему она не успела, потому что заскрипели засовы, открылась дверь, пропуская оранжевый свет факелов, и грубый мужской голос произнёс:

– Царь вернулся. Вас ждут. Обоих.