Царица Асти продолжала смотреть на водную гладь, царица Нирмали улыбнулась, царевна Пундадари с любопытством разглядывала женщину, которая вошла в женское царство в сопровождении пяти служанок.

– Доброго дня, сестрица Ранджани, – поприветствовала её царевна. – Зачем ты здесь? Ведь ты была с моим братом?

– Да, царь приходил. Но сегодня я устала, – спокойно ответила третья царица, усаживаясь на подушки и беря печенье с блюда, протянутого царицей Нирмали.

– Ха! – ответила Асти, скинула покрывало и гибким змеиным движением бросилась в бассейн.

Три женщины, оставшиеся на мраморном берегу, посмотрели ей вслед и промолчали.

Служанки поднесли охлаждённую воду, подкисленную лимоном и подслащённую мёдом, чтобы царственные особы могли утолить жажду. Царица Асти продолжала нежиться в воде, плавая от одного края бассейна до другого.

Пундадари выпила свою чашу и не удержалась, спросила третью царицу:

– Сестрица Ранджани, ты даже не спросила, почему сестрица Асти так внезапно нас покинула.

Третья царица не ответила и ничего не сказала, поэтому царевна решила продолжать.

– Асти обижена, – подсказала она, таинственно понизив голос.

– Для меня это не новость, – отозвалась царица Ранджани. – Любая обиделась бы, приведи её муж очередную жену. Но здесь нет моей вины. В этом мире всё решают мужчины. Сестрице Асти это должно быть известно лучше всех.

– И мне это хорошо известно, – возразила Нирмали. – Но когда появилась я, сестрица Асти не вела себя так.

– Потому что вы с Асти – военный трофей, – подсказала царевна Пундадари, приняв самый невинный вид. – Вас мой брат получил вместе с двумя княжествами. А сестрицу Ранджани выбрал сам. И взял даже без выкупа. Впрочем, какой выкуп можно дать за богиню? За неё и целого мира мало.

– Я – не богиня, – быстро отозвалась Ранджани. – Я такая же простая смертная, как и вы.

– Твоей статуе начали поклоняться задолго до твоего рождения, – не унималась царевна. – Пусть ты и не богиня, но вполне можешь быть её воплощением. Говорят, боги часто шутят так над нами, людьми…

– Не тот случай, – пробормотала третья царица.

– Но Асти злится совсем не по этому, – продолжала Пундадари.

– А почему же? – удивилась Нирмали.

– Потому что с появлением сестрицы Ранджани, – пояснила царевна. – сестрица Асти перестала быть сокровищем чакравартина. До этого Асти была «драгоценной царевной», а сейчас она всего лишь первая царица. Всегда неприятно узнать, что кто-то превзошёл тебя в красоте и очаровании. Но мы ведь понимаем, что это временная победа. Да, сестрица Ранджани? Рано или поздно найдётся та, что превзойдёт тебя в красоте, изяществе и образованности. И в молодости.

– Так обычно и бывает, – со вздохом признала Нирмали. – Вот моя матушка считалась первой красавицей княжества…

– Ты такая умная, царевна, – перебила царицу Нирмали царица Ранджани, – Твои речи необыкновенно мудры, с ними невозможно не согласиться. В мире, где властвуют мужчины, женщинам ничего другого не остаётся, как подчиниться своей карме с покорностью и смирением. Если завтра появится та, которая превзойдёт меня красотой, и наш господин возьмёт её в жёны, признав истинной драгоценностью, я порадуюсь его счастью и её судьбе. Ведь соблюдая карму, мы улучшаем карму. А карма жены – делать так, чтобы счастье мужа было полным.

– Странно слышать такие речи от той, которая покорила моего брата одним взглядом, – улыбнулась Пундадари.

Третья царица вернула ей улыбку:

– Я говорю от чистого сердца, царевна. И это не я покорила твоего брата, это он милостиво обратил на меня свой взор. Мне оставалось лишь подчиниться его воле. Такова участь всех женщин. Единственное, что мы можем – иногда проявить усталость. Сегодня жарко, сестрицы, – Ранджани поднялась с шёлковых подушек, потянулась и сбросила покрывало, обнажив идеально сложенное тело с кожей белой, как молоко. – Пожалуй, последую за сестрицей Асти и поплаваю.

Она бросилась в воду сильно и гибко, даже не подняв брызг. Поплыла сначала под водой, обогнув царицу Асти, и вынырнула лишь у противоположного края бассейна.

– Служанки рассказывали, что наш господин купался с ней, – шёпотом произнесла Нирмали, глядя на третью царицу широко распахнутыми глазами. – И она задержала дыхание, нырнула, а потом…

– Не надо сплетничать о моём брате, – оборвала её Пундадари.

Она тоже не спускала глаз с белокожей фигурки, что плескалась в бассейне с грацией богини и проворством рыбки.

– Но я очень рада… – медленно сказала царевна и замолчала.

– Чему, сестрица? – не утерпела и спросила Нирмали.

– Тому, что не мой Рагху нашёл её там, в джунглях, – ответила Пундадари, разделась и тоже прыгнула в бассейн, окатив Нирмали тучей брызг.