ГЛАВА 14 — БЛЕЙК

Когда я пришел, внутренний двор уже был заполнен людьми. Звуки лязгающего оружия раздавались отовсюду — шло занятие по защитным искусствам под открытым небом.

Мне не потребовалось много времени, чтобы перевестись в эту секцию. Пришлось немного подлизаться к профессору Шанкаре. Преимущества статуса Главы Дома. На четвертом курсе в моем расписании было несколько свободных окон, и я очень любезно вызвался помочь Шанкаре с ведением занятий.

Разумеется, исключительно из доброты своего нежного сердца. На самом деле я получал за это дополнительные баллы и, что важнее, возможность присматривать за Пендрагон. После того утра я не собирался надолго выпускать её из виду. Мне нужно было напомнить ей, где её настоящее место.

Небрежно прислонившись к каменной стене, я наблюдал, как она наконец вошла во двор в сопровождении Виши и Тео. Я нахмурился. Они что, её личные телохранители?

Сначала Пендрагон даже не замечала меня. Она была слишком занята — смеялась и болтала с ними. Ее вид вызвал у меня приступ раздражения. Ее рыжие кудри так ловили солнечный свет, льющийся сверху, что мое сердце забилось быстрее. Даже ее дурацкие веснушки, рассыпанные по бледной коже щек, как идеальные маленькие угольки, почему-то казались мне привлекательными.

Она была одета в простую черную тренировочную форму, облегающая ткань подчеркивала ее атлетичное телосложение. Я прищурился, заметить, что ни на одной вещи не было эмблемы Дракхэрроу. Она сорвала каждую нашивку, уничтожила каждый кусочек вышивки. Намеренно испортила имущество Дома.

Я заметил, что за ней следит не одна пара мужских глаз, да и пара девчонок тоже вытаращились. Но Пендрагон даже не замечала этого внимания. Она вообще ничего не замечала, пребывая в своем маленьком мирке, отдельно от всех нас. От этого у меня зубы заныли. Очевидно, она предпочла бы проводить больше времени с Кейджем Танакой, чем в собственном Доме.

Но как бы она ни сопротивлялась, она была моей. Мой консорт. Мой источник. Если я позволю ей, она продолжит подрывать мой авторитет. Ее опасная склонность к нелояльности имела последствия для нас обоих. Мой дядя по-прежнему представлял для нас угрозу. Это шло вразрез со всем, чему учил меня отец, но я должен был это сделать. Пендрагон должна была знать свое место, как и все остальные. Это было для ее же блага, поэтому я немного закалял ее. В конце концов, она зашла слишком далеко и переступила черту. Может быть, это даже помогло бы ей справиться с драконом. У них обоих, похоже, были проблемы с чрезмерным своеволием. Пендрагон не сможет обуздать этого ящера, если сама не научится следовать правилам, верно?

Я вышел в центр двора и крикнул:

— Так, все, слушайте сюда!

Голова Пендрагон резко повернулась ко мне. Я чуть не рассмеялся, увидев выражение шока на ее лице.

— У профессора Шанкары заседание совета, поэтому он опаздывает, — сказал я, обращаясь к группе. — Он может появиться ближе к концу урока, но до тех пор сегодняшнее занятие буду вести я. — Я встретился взглядом с Пендрагон. — В этом семестре я вызвался помогать Шанкаре. — Я ухмыльнулся. — Так что привыкай видеть меня рядом.

Несколько студентов засмеялись. Большинство из них видели, как я заменял Шанкару в прошлом году, и знали, чего ожидать. Тео бросил настороженный взгляд в мою сторону. Я думал, что Пендрагон попытается возразить, но она только нахмурилась, глядя на меня, как будто провоцируя начать. Что я, конечно, и планировал сделать.

— Сегодня мы начнем с рукопашного боя, — продолжил я, медленно расхаживая по кругу. Я уже решил, что давать им острое оружие на первом занятии слишком опасно. Я не собирался рисковать тем, что Пендрагон снова истечет кровью и на меня набросится толпа неконтролируемых учеников, особенно когда Шанкары не было рядом, чтобы меня подстраховать. — Но сначала, почему бы нам всем не поприветствовать нашего почетного гостя?

Я начал медленно хлопать в ладоши, поворачиваясь к Пендрагон и с восторгом наблюдая, как на ее щеках проступает румянец.

— Мисс Пендрагон. Как невероятно великодушно с вашей стороны почтить нас своим присутствием сегодня. Я уверен, нам всем не терпится засвидетельствовать ваше мастерство в качестве новой всадницы Санграты, не так ли, класс?

Послышался разрозненный смех и издевательские аплодисменты. Я сделал паузу.

— Конечно, если вы готовы показать нам, на что способны. Я имею в виду, ты ведь привела с собой своего дракона, верно, Пендрагон? — Я оглядел двор. — Черт возьми, я нигде его не вижу. Кажется, он исчез. Такое впечатление, что ты ему не очень-то нравишься.

Ее щеки покраснели еще сильнее, но она не поддалась на провокацию.

— Взял тебя на одну прогулку, ему стало скучно, и он улетел, верно? Ну, я думаю, мы все знаем, как это бывает. Я, конечно, не могу винить его, — сказал я с хитрой улыбкой, вкладывая в свои слова двойной смысл и бросая на остальной класс понимающий взгляд. — В любом случае, сегодня никаких драконов. Прошу прощения у всех. Но я уверен, что нам по-прежнему не терпится увидеть, на что ты способна, Пендрагон.

Я пожал плечами, пытаясь ослабить напряжение, которое нарастало просто от ее присутствия.

— Давайте вызовем добровольцев. Мы посмотрим на спарринг нашей первой пары, я понаблюдаю и дам несколько советов. Кто хочет выйти первым?

Немедленно взлетели руки. Все хорошие ученики Дракхэрроу. Я был горд видеть их энтузиазм. Неудивительно, что руки Пендрагон остались опущенными.

Тео и Виша подозрительно наблюдали за мной. После прошлого года Виша должна была знать, что я что-то замышляю. Я ухмыльнулся. Мне было плевать, знали они или нет. Они все равно не смогли бы меня остановить.

— Нашим первым добровольцем будет Пендрагон, — сказал я, указывая на нее. — Подходи.

Она нахмурилась, но сделала шаг вперед.

— Но я не вызывалась.

Я проигнорировал ее слова. Сделал паузу, как будто всё еще обдумывал другие варианты.

— И давай… Лоран. — Я указал на Высокородного студента.

Первокурсник шагнул вперед с хитрой ухмылкой, подпрыгивая на пятках, как будто ему не хватало терпения поскорее начать. Его светлые волосы были зачесаны назад, подчеркивая тонкие, как у хорька, черты лица. Лоран раздражал, но я знал, что он может быть полезен, если я ему позволю. К тому же он был худым и жилистым, так что не собирался раздавить Пендрагон своим весом, что было плюсом. Я не хотел ее покалечить, я просто хотел немного закалить ее.

Я уже велел Лорану не сдерживаться, но и не избивать ее до полусмерти. Речь шла об унижении. Я не хотел, чтобы её травмировали.

Я подошел к одному из огороженных веревками спарринг-рингов и жестом пригласил их войти внутрь.

— Рукопашный бой, — повторил я. — Никакого оружия. У вас было всё лето, чтобы расслабиться. Покажите мне, на что вы способны.

Пендрагон неохотно вышла на ринг.

Поединок начался. Лоран обошел ее, его движения были быстрыми и расчетливыми. Он был выше нее и не побоялся использовать свою вампирскую скорость. Бросившись вперед, он нанес удар кулаком ей в плечо.

Но Пендрагон тоже была быстрой. Быстрее, чем в прошлом году с Вишей. Я подумал, не улучшились ли ее навыки благодаря практике? Тренировалась ли она, будучи запертой в своей комнате изо дня в день? Или, может быть, это было как-то связано с нашей связью? Сохранились ли в ней мои силы? Или это ее кровь всадницы наконец-то проявилась?

Несмотря ни на что, это не имело значения. Она все равно не могла быть быстрее вампира. Будь моя воля в этом семестре, она была бы унижена и лежала бы на лопатках на каждом уроке.

Пендрагон увернулась, развернувшись на каблуках. Она двигалась осторожно, держа кулаки поднятыми. Она не выглядела такой нервной, как я надеялся, даже при том, что весь класс наблюдал за ней. Ей следовало бы обратиться ко мне за советом — или, еще лучше, за милосердием. Вместо этого она посмотрела на Лорана так, словно оценивала его. Как будто планировала победить.

— Лоран, ты сдерживаешься? — крикнул я, мой голос был резким, как удар хлыста. — Потому что прямо сейчас это выглядит так, будто ты дерешься со своей младшей сестрой.

Со стороны наблюдавших студентов раздалось несколько смешков. Нахмурившись, Лоран снова сделал выпад, целясь быстрым ударом ей в живот. Пендрагон отступила в сторону, легко перемещаясь на ногах, и нанесла резкий удар ногой в голень Лорана.

— Отличная работа ногами, Пендрагон, — крикнул я с сарказмом. — Если бы мы практиковались в бальных танцах, я бы поставил тебе высший балл.

Она не ответила. Но я увидел, как напряглись ее плечи. Крошечная трещина в ее броне. Этого было достаточно, чтобы мотивировать меня продолжать.

Лоран снова двинулся на нее, осыпая ударами. Пендрагон блокировала большинство из них, но один задел ее плечо, и она, пошатываясь, отступила на шаг.

— Где теперь твоя причудливая работа ногами, Пендрагон? — крикнул я. — Соберись, или в мгновение ока окажешься на спине. Мы бы не хотели этого, верно? — Я злобно ухмыльнулся толпе Высокородных студентов, и некоторые из них рассмеялись.

Пендрагон бросила на меня сердитый взгляд. Огонь в ней и не думал угасать. Это сводило с ума и притягивало одновременно.

Лоран воспользовался преимуществом, снова набросившись на нее и вынудив отступить. Удар пришелся ей по ребрам, она слегка пошатнулась, но быстро оправилась и нанесла встречный удар в челюсть Лорана. Парень Высокой крови отшатнулся с выражением шока на лице.

Я нахмурился, когда некоторые из наблюдавших студентов ахнули.

— Неплохо, правда? — пробормотал Тео, незаметно подошедший ко мне. Я уставился на него. — Особенно учитывая, как ты над ней издеваешься.

— Удачный удар! — громко крикнул я пренебрежительным тоном. — Лоран, не позволяй ей заманить тебя в ловушку.

— Забавно слышать это от тебя, Дракхэрроу, — отозвалась Пендрагон.

Лоран набросился на нее сильнее, его движения стали быстрее и агрессивнее. Она попыталась увернуться, но была недостаточно проворна, и его кулак угодил ей в глаз. Она вскрикнула и отшатнулась, схватившись за лицо.

Я подался вперед, мой голос легко разнесся по рингу:

— Осторожнее, Пендрагон. Ты же не хочешь опозорить себя. Или своего дракона. О, подожди… Слишком поздно.

Я уже осмотрел ее. Ее глаз не кровоточил. Конечно, к завтрашнему дню он, вероятно, заплывет черно-синим синяком, но она поправится. Тем не менее, она яростно смотрела на меня. Именно на такую реакцию я и надеялся. Тем временем она отвлеклась от противника, и Лоран воспользовался этой возможностью, пнув ее в бок и заставив пошатнуться. Этот удар выбил из нее дух. Она согнулась пополам, тяжело дыша.

Я вздрогнул, инстинктивно приложив руку к собственному боку. Затем я поймал на себе странный взгляд Тео и мгновенно опустил ее.

— Сосредоточься, Пендрагон! — рявкнул я. — Или ты закончила? Это было слишком для тебя? Уже сдаешься?

Прежде чем она успела ответить, воздух прорезал мощный звук. Глубокое, ритмичное биение, которое становилось громче с каждым мгновением. Класс замер. Лоран застыл на середине удара, вскинув голову. Внутренний двор над нами погрузился во тьму.

Мой пульс участился, у меня не осталось сомнений в том, кто создавал эту тень над головой. Никсарис кружил над внутренним двором. О, черт.

— Что, чёрт возьми, эта тварь здесь делает? — громко прошептал кто-то, судя по звуку, готовый наложить в штаны.

Массивные крылья дракона захлопали, когда он пошел на посадку. Его когти скрежетнули по краю каменной стены. Я нервно посмотрел на кладку. Было удивительно, что стена вообще выдержала его вес. Я представил, как Шанкара вернется и обнаружит свой класс в руинах — он явно будет не в восторге.

Янтарные глаза дракона осмотрели тренировочный двор, задержавшись на Пендрагон… а затем переместились на меня. Тяжесть взгляда Никсариса поразила меня, как удар крыла. У меня закружилась голова, дыхание перехватило. В выражении драконьей морды было что-то такое, от чего я невольно отшатнулся. Презрение. Абсолютное презрение.

У меня мурашки побежали по коже. Это существо видело меня насквозь, и было ясно, что ему крайне не понравилось увиденное. Пендрагон ненавидела меня, я это знал. Но чего я не понимал, так это того, что её дракон тоже меня ненавидел.

Мои руки сжались в кулаки. Я хотел отвернуться, разорвать этот зрительный контакт, но заставил себя выпрямиться. Под кожей начал разливаться нестерпимый жар. Сердце болезненно колотилось в груди, на висках выступил пот.

И тут, к своему ужасу, я это увидел. На внутренней стороне моего предплечья, чуть выше запястья, поблескивало чешуйчатое пятно. Я моргнул, уверенный, что это иллюзия. Какой-то обман зрения. Сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Но дорожка из чешуек поймала солнечный свет, мерцая, как расплавленный огонь. Они не исчезали. Они не были плодом моего воображения. Эти чертовы штуки были реальными.

Я быстро скрестил руки на груди, тщательно скрывая чешую от посторонних глаз. Когда мои пальцы коснулись их и я почувствовал их грубую текстуру, по спине пробежал ледяной холодок. Что, чёрт возьми, со мной происходит?

Я стиснул челюсти, заставляя себя переключить внимание на внутренний двор, где дракон всё еще восседал на стене. Студенты нервно перешептывались. Я был даже немного впечатлен тем, что никто до сих пор не убежал с криками.

Дракон всё еще смотрел в мою сторону, его взгляд буквально обнажал меня. Внезапно я испугался, что он заметил чешую на моей руке. Грудь сжалась, когда жар, копившийся под кожей, внезапно вспыхнул с новой силой. Мои щеки запылали, словно их подожгли.

Дракон оглушительно взревел. Ученики закричали. И внезапно я не смог больше этого выносить. Я сорвался.

— Урок окончен! — крикнул я на весь двор. Некоторые ученики подпрыгнули, но другие уже вовсю бежали к дверям. Им не нужно было повторять дважды. — Мы здесь закончили. Все свободны.

Я стремительно вышел со двора, не дожидаясь, послушаются ли они. Шанкара разберется с ними, когда появится. Мне было интересно, останется ли дракон там.

Как только тренировочный двор скрылся из виду, я метнулся в пустой класс. Закрыл глаза и прерывисто вздохнул. В груди всё еще было слишком тесно, пульс бешено стучал. Образ Никсариса стоял перед глазами. Его взгляд был полон того, что подозрительно напоминало осуждение.

Итак, я не нравился дракону Пендрагон. Черт возьми, да я в половине случаев сам себе не нравился.

Я провела рукой по лицу, сердце всё еще колотилось как безумное. Что я вообще творил? Издевался над своей супругой, чтобы доказать правоту? Вел себя как мелкий тиран на глазах у всего своего Дома? Неужели я действительно стал таким?

Неожиданно я поймал себя на мысли о старшем брате. Будь он на моем месте, Маркус ни на секунду бы не усомнился в себе. Он бы высмеял меня за саму мысль о том, что я могу быть неправ, и заставил бы идти до конца. Но Маркус был отвратительным ублюдком, который убил одну из своих жен. Действительно ли он был тем идеалом, к которому я хотел стремиться?

Почему Никсарис внезапно явился? Почему именно сейчас? Это что-то значит. Должно было. Знал ли он, что я делаю? Рассказала ли она ему? Что еще более важно: неужели Пендрагон гораздо ближе к истинной связи со зверем, чем показывает?

Эта мысль вызвала во мне глупую, иррациональную ревность. Теперь я соревновался с Кейджем не только за ее лояльность — мне пришлось соперничать с грёбаным драконом за ее внимание. И хуже всего было то, что я был почти уверен, что уже проиграл.

Никсарис явно был ей предан. Защищал её. Он явился как предупреждение мне? Чтобы напомнить, что я ничего не контролирую? Ни Пендрагон, ни свой Дом, ни даже самого себя?

Я жарко выдохнул и запустил пальцы в волосы. Мне хотелось разозлиться на Пендрагон, но, по правде говоря, она впечатлила меня. Дракон не стал бы проявлять верность к тому, кто этого не заслуживает. Эти существа были безжалостны — Сумеречный дракон уже доказал это с лордом Мортис. Я не мог отрицать, что моя супруга обладала силой. Она стойко дралась с Лораном и вполне могла победить. Она выстояла под моими колкостями.

Может быть, я был идиотом, давя на нее таким образом. Может быть, существовал другой способ справиться с ней, привлечь ее на свою сторону. Я вспомнил, насколько близкими мы стали в прошлом году. Как хорошо было думать, хотя бы ненадолго, что она на моей стороне. Мы вдвоем против целого мира.

Теперь я снова был один. О, я и раньше был один, Риган никогда не была настоящим партнером. Но сейчас всё ощущалось иначе. Намного хуже. Теперь я знал, каким может быть настоящее партнерство. Я почувствовал вкус чего-то подлинного. И сам же это уничтожил.

Я взглянул на свою руку. Грёбаная чешуя никуда не делась. Она немного поблекла, но всё еще была заметна. Мне пришла в голову мысль — неужели это дракон так повлиял на меня? Может быть, дело было просто в физической близости, и я не единственный, с кем это произошло? От этой мысли тело немного обмякло от облегчения.

Желудок скрутило, когда я уставился на чешуйки, отчаянно желая, чтобы они исчезли. Но было ли это настоящим объяснением? В конце концов, никто больше не среагировал так, как я.

Никсарис, возможно, был проблемой Пендрагон. Но теперь у меня появилась своя собственная новая проблема.