Конфликт рождается из противодействия. У любой идеи есть идея-антагонист. Поскольку мы живем в относительной, непрерывно меняющейся вселенной, не существует ни одного понятия, которое не имело бы противоположности: верх/низ, внутри/снаружи, добродетель/грех, униженность/гордость, доброта/злоба, целомудрие/похоть, воздержание/чревоугодие и т. д.

Однако в промежутке между любой парой противоположностей имеется континуум, который их соединяет. Мы живем не в бинарном мире, где есть только черное или белое, мужчина или женщина, грех или добродетель. Нам только так кажется из-за наших мысленных и эмоциональных установок. Мы живем в сложном мире, где каждая история и каждый персонаж включают в себя полную палитру оттенков серого. Если ваши персонажи, образно говоря, предстают исключительно во всем белом или во всем черном, вы получаете картонных героев из мира Роя Роджерса[11] с вымученными диалогами.

У палки два конца. Батарейка имеет положительный и отрицательный электроды. Так и люди тяготеют к той или иной крайности. Автор должен помнить о континууме между двумя позициями, в котором может произойти трансформация — или не произойти. Писатель работает с нюансами, с палитрой сложных неоднозначных качеств, которые не бывают четко выражены у многомерной личности.

Вот монолог из пьесы «Проклятье голодающего класса» (Curse of the Starving Class) Сэма Шепарда — Уэстон рассказывает о том, как орел устремляется вниз, стискивает своими когтями кота и взмывает в небо. Уэсли, его сын, завершает рассказ:

— Кот и орел начинают драться в поднебесье — кот дерет когтями грудь орла, и орел пытается сбросить его. Но кот не желает отцепляться, потому что тогда он упадет на землю и погибнет. Нет, он хочет, чтобы орел упал, пусть даже и для самого кота все будет кончено.

Истории подобного рода демонстрируют парадокс непреодолимой силы — неудержимая сила наталкивается на непреодолимое препятствие. Авторы выдающихся произведений часто исследуют вопрос о том, почему и когда одна сторона конфликта уступает. Если не уступает никто, история зачастую становится трагедией, поскольку ни один из ее участников не эволюционирует, не достигает большего понимания себя и мира.